Легкий путь

Почти половина россиян, по данным ВЦИОМ, поддержала бы уход своего близкого родственника в монахи. Немного меньше тех, кто против такого поступка. 43 процента готовы благосклонно принять такое решение близкого человека, 40 – не одобрили ли бы его. 19 процентов опрошенных уверены, что в монастырь сбегают от жизненных проблем и суеты; 8 считают, что в монашескую келью влекут вера и убеждения. Стремление быть ближе к Богу, спасение души, смысл жизни – такие мотивации также подразумеваются у "отказавшихся от мира". Только 2 процента опрошенных называют монашество уделом слабых и одиноких. "Уйду в монастырь" – эта фраза все еще звучит как шуточная угроза из советской кинокомедии. Так молодые красавицы шантажировали родных, а то и будущих мужей.

Но вообще "тема ухода" как поиск иного жизненного пути, как попытка вырваться из колеи привычного с его вечным недобором счастья и смысла и пойти не так, как все, актуальна среди молодой интеллигенции еще с 60-х годов.

Известный мультипликатор, "оскароносец" Александр Петров говорил, что в его молодости бродила мода на "все бросить и уйти" – из вуза ли, с привычной ли работы. Вечный мотив вампиловских героев – уехать куда-нибудь, хоть на утиную охоту. И в этом порыве – поиск "иного" пути жизни.

Когда в России начало восстанавливаться религиозное сознание, вернулся и утвердился древний и лучший путь спасения – монашество. С мирской точки зрения монашество-жесткий путь: ни жены, ни детей, ни личного богатства. Но с духовной – легкий, потому что прямой и понятный, без отвлечения на удовольствия.

В дореволюционной России в крестьянских семьях была присказка об обязательности трех сыновей: один погибнет на войне, защищая Родину, другой женится и продолжит род, а третий уйдет в монастырь. Монашеский путь мнился как один из необходимых. Мы обсуждаем эту тему с писателем, номинантом на Патриаршию литературную премию Дмитрием ВОЛОДИХИНЫМ.

– Монашеский путь для верующего человека – высший?

– Для верующего человека не столь важно, "высший" или нет, тут все пути – "важнее". Монашеский путь дает хорошие условия для спасения души. Это возможность отвлечься от повседневной суеты, уйти от соблазнов, посвятить себя молитве и таким образом быстрее и решительнее приблизиться к Богу.

– Многие видят в уходе в монастырь бегство от мира и желание снять с себя ответственность за проблемы...

– Жизнь современных монахов весьма тяжела. Если человек идет на иноческий постриг "на истерике" и эмоциональном порыве, желая убежать от каких-то несчастий, то, скорее всего, он быстро покинет монастырь. Монахами становятся осознанно. Это на всю жизнь. Это "смерть для мира". Это служение требует колоссальной воли, колоссального тщания и колоссального трезвения. Дело не в попытке эскапизма и расстроенных чувствах, а в чрезвычайно важном, твердом и обдуманном решении.

– Как ответить тем, кто говорит, что уход в монастырь – это удар по демографии?

– Монастыри – столпы веры, опора христианства. У нас сегодня единственным мощным стимулом к деторождению являются традиционные ценности, и прежде всего православная вера. Чем крепче будет православие, тем больше будет людей, вступающих в брак для того, чтобы родить детей, воспитать их, оставаясь любящими и уважающими друг друга людьми. И руководствуясь не престижем или эротическим влечением, а любовью друг к другу и Господу Богу, который освящает брак через венчание. При крепких монастырях все нормально будет и с деторождением, и с демографией.

– Ну вот монашеский путь какого-то человека вдохновил. А может быть так, что это не его призвание?

– Опытный монах, в особенности монах-священник, как правило, видит, приведет ли постриг к добрым результатам или лучше повременить, а то и отказаться от этой идеи. У Церкви – тысячелетний опыт устройства монашеской жизни, и священники из поколения в поколение передают понимание того, кому монашество нужно, а кому нет. Например, в XIX веке русский философ Константин Николаевич Леонтьев долгое время провел на Афоне, учился у старцев и пожелал принять монашество. Но они сказали ему, что он не готов. Леонтьев не послушался и попытался принять постриг в Николо-Угрешском монастыре. Но ни его здоровье, ни состояние его смирения и его дел не позволили ему стать иноком. Из монастыря он ушел, побыв несколько месяцев послушником. А спустя много лет, когда его характер изменился, когда он устроил свои дела, раздал долги и душевно подготовился к монашеству, его постригли в Оптиной пустыни. Этот пример показывает, что далеко не всем христианам стоит мечтать о немедленном принятии монашества.

– Почему женских монастырей у нас сегодня больше, чем мужских?

– У нас до сих пор длится "второе Крещение" Руси. Опыт христианства показывает, что женщина может уверовать быстрее, а мужчина – прочнее. Пока у нас христианство в большей степени связано с женской "быстрой верой". Думаю, ситуация изменится.

– Монах – человек, посвятивший жизнь Богу, принесший ему обеты?

– Монашеские обеты – лишь семя, брошенное в почву души, и от инока зависит, взойдет ли оно добрым ростком или погибнет. Инок должен вести чрезвычайно тяжелую жизнь, не похожую на ту, которую ведут миряне. Инок о многих вещах – не только о браке или гурманстве – должен забыть. Он должен сосредоточиться на служении Богу всей силой души, интеллекта и всеми физическими силами. Монах сосредоточен на Господе Боге. Все остальное третьестепенно.