В России инцидент с антирелигиозным демаршем "семи академиков" понемногу становится достоянием анекдотов. В остальном мире наука как не вмешивалась, так и не вмешивается в вопросы свободы совести. Ее отношения с религией – это сотрудничество. Наука дает обществу знания в области материального, а религия вносит духовные и этические критерии.
Поиск возможностей для диалога продолжается.
29 октября пройдет юбилейная международная научно-практическая конференция "Государство, религия, общество в современной России", посвященная 50-летию ведущей школы российского религиоведения – кафедре государственно-конфессиональных отношений Института государственной службы и управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации.
В рамках этого мероприятия между Русской Православной Церковью и Российской Академией народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации будет подписано соглашение о совместном сотрудничестве в области развития церковно-государственных отношений и в сфере образования. На конференции состоится совместный брифинг Митрополита Илариона и ректора Академии Владимира Мау. В преддверие этого события заместитель заведующего кафедрой государственно-конфессиональных отношений ИГСУ РАНХ иГС , кандидат философских наук, Вероника Владимировна Кравчук ответила на вопросы корреспондента "Религаре"
– Есть мнение, что в религиоведении сегодня не осталось "белых пятен": все, что можно было, уже изучено. Это правда?
– Никак не могу согласиться с этим мнением. За последние сто с лишним лет религиоведение действительно продвинулось очень далеко, исчезли многие "белые пятна", но ведь появились и новые. Еще каких-нибудь сорок лет назад религиоведы придерживались того взгляда, что религия постепенно утрачивает свои позиции в современном обществе, сегодня все наоборот. На смену "секулярным" теориям религии пришли постсекулярные. И уже мало кто говорит о закате религий. Многие фундаментальные и вроде бы известные вещи начинают открываться в новом свете. Так, например, недавно известным исследователем Р.Фридманом были опубликованы новые данные об авторстве Ветхого завета, которые просто перевернули все представления об этом предмете. Конечно, в его распоряжении были все самые современные возможности: данные археологии, лингвистики и многое другое. Религиоведение сегодня стало интердисциплинарным, то есть исследует общественные процессы не только на стыке разных гуманитарных дисциплин: социологии, политологии, философии, теологии, психологии, но и привлекает дисциплин, на первый взгляд очень далекие от нашего предмета. Разделить области гуманиарного знания и рассматривать их отдельно сегодня уже не получается: все взаимосвязано в нашем сверхкоммуникационном мире. Сегодня вообще вся наука, все открытия и в области естествознания и в гуманитарной сфере происходят на стыке разных наук. Только в этом случае возможен более или менее полноценный научный анализ, прогнозирование и моделирование.
– То есть объект исследования меняется сам в себе, меняется и методология?
– Я бы сказала так: усложняется и объект и методология. Отдельные фундаментальные вещи меняются в связи с открытием новых артефактов. Возможным оказывается то, о чем раньше говорили, что, мол, этого не может быть, потому, что не может быть никогда.
– Например?
– Например, находят новые документы, делаются открытия, уточняющие датировку событий, связанных с возникновением человечества, пересматривается не только хронология, но вообще вся картина мира, требующая переосмысления фундаментальных вещей, в том числе религиозной сфере. От взгляда в прошлое зависит, как известно и настоящее и будущее. К тому же значение религии в современном мире возрастает, а значит, религиоведам всегда будет, чем заняться.
.
– Роль религии возрастает в том числе и в России?
– Безусловно. За последние 20 лет, только по данным минюста, количество зарегистрированных религиозных организаций выросло в 4 раза. Рост религиозности регистрируют социологи. Нельзя не увидеть влияние религии на государственную идеологию и политику. Например, идея "русского мира", рожденная в недрах Руссой Православной Церкви, сегодня активно используется в государственной идеологии. Преломление религиозной проблематики в разных процессах уже нельзя не видеть. Например, в геополитических, геоэкономических, культурно-национальных процессах. Посмотрите на темы современных научных исследований. Они посвящены религиозному фактору в геополитике, исламскому банкингу, проблемам этнорелигиозной идентичности и ее влияния на современные процессы в всем мире. В новой Концепции внешней политики Российской Федерации впервые упоминается цивилизационный и религиозный факторы, влияющие на современные международных отношений. Раньше так остро это не ощущалось.
– А в мире в целом – почему происходит возврат к религиозному?
– Отвечая на этот вопрос трудно быть оригинальной. В эпоху глобализации активно идут процессы поиска этнической и культурной идентичности. На всякий яд есть противоядие. Есть пределы глобализации и есть обратная реакция на нее: взрыв локальных культур, поэтому актуализируется переживание идентичности. Возникает вопрос: на сколько сильна каждая составляющая в небезызвестном треугольнике идентичности ? Этническая, религиозная или гражданская? Мы помним, что во время югославского конфликта часть россиян была на стороне албанцев, а часть на стороне сербов. Судя по всему, есть триггеры, включающие процессы этнической религиозной самоидентификации и они очень важны. Понятно, что все кровавые конфликты сегодня происходят на экономической почве, с сознательным использованием религиозной или этнической подкладки, но "столкновение цивилизаций" и религиозных систем имеет более глубокие, я бы сказала, глубинные причины, если рассматривать исторический процесс с точки зрения культурно-исторических типов, в духе Арнольда Тойнби и Николая Данилевского..
– Эти процессы связаны с явлением постсекуляризации?
– Безусловно. Об этом мы уже немного говорили. Секуляризация достигла пика в 70-е годы, потом заговорили о возрождении религии в связи с иранской революцией 1979-го. Потом заговорили о феномене "южного" христианства, пятидесятнических церквах в Африке и Южной Америке, религиозном возрождении в России, наконец. Все чаще возникала мысль о том, что наша современность не столь уж секулярна, что возможно все не так однозначно, как вначале представлялось теоретикам секуляризма, а может все совсем не так, и нужно вести речь о религиозном возрождении? Или, во всяком случае, о том, что нельзя применять одни и те же критерии к разным регионам мира. Был пересмотрен и второй устоявшийся тезис – о том, что религия не совместима с модернизацией. Есть страны, где религиозные системы гармонично вписываются в социально-экономическое развитие, помогая модернизации – например, Индия, Южная Корея. "Секулярный мир" оказался совсем не однообразным, а отношения религиозной и светской сфер не однолинейными.
– Несмотря на это в российской публицистике до сих пор еще встречается выражение "Церковь и общество". Хотя Церковь и де юре общественная организация, да и по сути это важная часть общества, не говоря уже просто о людях с православными убеждениями. Почему так устойчива эта формулировка?
– Это выражение, конечно, не корректно: правильно было бы говорить не о "Церкви и обществе", а "Церкви в обществе". Мне кажется, во – первых Церковь как "тело Христово" в отличие от секулярного общества живет по несколько иным законам, не принимая некоторые явления, которые светское общество считает достижениями в области прав человека. Во вторых, отчасти это противопоставление – результат неудачных поисков национальной идеи, которыми активно занимались политики в 90-е годы, страшное время для страны. Это была попытка как-то выстроить новый идеологический вектор после краха коммунистической идеи. Либеральные ценности не прижились. Единственное ,что помогло тогда не развалиться стране – православие. Другого и не могло быть. Русский народ (67% относят себя к православию) является осевым этносом и на основе православия возникла осевая культура. В кризисных условиях эта идея была необходима. Но сегодня уваровская триада "православие,самодержавие, народность" многих раздражает и порождает социальную напряженность.
– Это была естественная потребность общества?
– Куда уж естественней. С падением СССР в общественном сознании нашего общества произошли значительные и очень болезненные сдвиги. Государство, к которому большинство населения относилось как к главе семейства, отказалось от своих патерналистских обязанностей, оставив население один на один с шоковыми либеральными реформами. Так вот, в глазах большинства населения, церковь как бы заместила собой прежнюю патерналистскую роль государства . Возможно ошибка заключается в том, что оформить этот процесс, направить его в какое-то понятное русло не удалось. Тем не менее Русская ПравославнаяЦерковь – это один из самых больших социальных институтов на сегодняшний день, пользующийся огромным авторитетом, и, по – прежнему, цементирующий общество фактор.
– Кстати, единственный из дореволюционных институтов, переживший советский период. Сохранивший в себе нить традиции.
– Поэтому она и имеет такое колоссальное влияние. Православие в России помимо чисто религиозной всегда выполняло культуро – и государствообразующие функции, то на, что при советской власти монопольно претендовала коммунистическая идеология.
– Отсюда и жесткая конкуреция, и отделение церкви от общества (не только от государства), невозможное в секулярной Европе того времени? А сегодня восстановление религии в исторических правах для многих естественно, но у кого-то вызывает резкое неприятие. Возникает конфликт...
– Это странная ситуация, потому что в России православие –культурообразующая и государствообразующая религия, как уже упомянула. Как известно, до XVII века вся культура была религиозной . Возьмите музыку, иконопись, храмовую архитектуру. У нас многовековая христианская традиция в отличие, например, от США, которым столько же лет, сколько нашему балету... Справедливости ради надо сказать, что процесс отделения религии от общества начался в нашей стране еще при Петре I, когда на 200 лет церковь, что называется, заковали в чиновничий мундир. Большевики потом отделили церковь от государства (что, по-моему, правильно), но не только не допустили церковь до общества, но и маргинализовали ее. В постсоветский период все пошло тоже непросто. В какой-то момент мы выбрали странную модель религиозной политики – отделения церкви от государства с одновременным ее сближением с ним, не учитывая ни свой собственный исторический опыт, ни опыт других европейских стран, где есть конкордатная и другие системы сотрудничества, где и сейчас (например, в Германии, Италии), несмотря на светскость, государство финансирует деятельность религиозных организаций и задает правовые рамки этого сотрудничества. На мой взгляд, не надо было слепо копировать навязанную модель, с тем, чтобы потом пытаться втиснуть в нее существующие реалии. В этом смысле Европейский опыт взаимоотношений государства и религиозных организаций во многом применим к нашей стране.
– Что можно будет увидеть и услышать на конференции?
– Во-первых, выставка публикаций, начиная с изданий Института научного атеизма Академии общественных наук при ЦККПСС и до сегодняшних изданий кафедры государственно-конфессиональных отношений РАНХи ГС; будет показан фильм об истории старейшей религиоведческой школы, преемницей которой стала наша кафедра. В рамках юбилея пройдет несколько презентаций, в том числе , нашего журнала "Государство, религия, церковь в России и за рубежом", который благодаря усилиям Д.Узланера (главного редактора) издается не только на русском, но и на английском языке.
Программа конференции предполагает несколько фундаментальных научных докладов, с которыми выступят М.Мчедлова-руководитель центра "Религия и общество" Института социологии РАН, Ю.Смирнов-профессор кафедры философии Ленинградского педагогического университета, протоиерей В.Чаплин-Председатель синодального Отдела по взаимодействию Церкви и общества РПЦ, член Межрелигиозного Совета России
Секции тоже будут интересными:
Первая-о месте религиоведения и теологии в сфере современной гуманитарной науки.
Вторая посвящена динамике изменений конфессионального и этнического портрета России.
Ну а третья – самая злободневная. На ней обсудим государственно-конфессиональные и межрелигиозные отношения.
– Актуальная политика тоже?
– Мы постараемся не затрагивать тему Крыма. Хотя пригласили экспертов из Украины. Это слишком остро и политизировано. Для серьезного анализа проблеме нужно дать отстояться. Подождем. Большое видится на расстоянии, как говорится.
Пользуясь случаем, приглашаю всех специалистов, экспертов и просто заинтересованных религиозной проблематикой людей принять участие в нашей конференции.
Ссылка для регистрации http://www.ranepa.ru/activities/item/5352-igsu-29-10.html
