Путь, устремлённый к Монастырю

Приближающийся Арктический форум – это также повод поговорить о глубинных вопросах нашего исторического пути и самопознания.

Известный российский социолог религии, специалист в области государственно-конфессиональных отношений, доктор политических наук Александр Щипков, который сейчас занимает должность первого заместителя председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, выступил со статьёй "Сакральная география России: от Херсонеса до Соловков". И она уже стала программной. Один из её главных посылов – Соловки наряду с другими сакральными местами России являются каркасом, на котором держится наша национальная идентификация.

Почему это так важно сегодня для нас? Почему Соловецкие острова имеют такое значение во всех сферах жизни?

Порассуждать на эту тему мы попросили Василия Матонина, доктора культурологии, жизнь которого тесно связана с Соловками:

–  Когда традиционные ценности забыты или отвержены, проблема самоопределения получает не столько теоретическое, сколько практическое значение в повседневной жизни. Кто мы? Из какого прошлого родом? В чём наше отличие? У каждого народа "свой крест" – миссия по отношению к человечеству. Исторически сложилось (это не хорошо и не плохо и ни в коем случае не предмет для гордости, матери всех пороков), что не прижились у нас идеальные образы рыцаря без страха и упрёка, честного чиновника или прекрасной дамы. Монаха – да, святого – да. Даже русский коммунизм познаётся как оппозиция православию.

Кроме духовного идеала, отечественная культура никаких иных устремлений, выдержавших испытание временем, не сформировала. Вокруг христианского идеала или в противостоянии ему складывались представления о "Святой Руси", о "Беловодье", о "Москве – третьем Риме", о "Союзе нерушимом республик свободных".

Русский путь – это реализация идеи о спасении и Царстве Божьем. Это радостно-эсхатологический путь. Поэтому он устремлён на Север. Самопознание приходит через холодную русскую зиму, через Сибирь и, образно говоря – "через Монастырь".

Роль Соловецкого Спасо-Преображенского монастыря в истории России трудно переоценить. До конца XVIII века он оставался духовным, хозяйственным и культурным центром Русского Севера. Если мы отказывались от пути возрастающей аскезы, то внешние враги или бунты внутри страны заставляли нас вернуться к своему историческому предназначению. Добровольное самоограничение, основанное на божественной свободе выбора – это счастье самопожертвования, спасения и подвига как исправления своих или чужих ошибок.

Насильственная аскеза воспроизводит неистребимое намерение "железной рукой загнать" человека или человечество в "светлое будущее". Ответом на принуждение становятся сектантство, атеизм, анархия.

В постиндустриальную эпоху необходим выход из потребительского тупика. Общество возрастающих потребностей имеет суицидальный характер, а потому нам необходимо сознательное самоограничение. Понимая или чувствуя это, мы обращаем взоры в сторону Монастыря и видим Соловки: как тюрьму или возможность спасения.