О ТОМ, как общественная палата может послужить борьбе с терроризмом, рассказывает председатель думского Комитета по делам общественных объединений и религиозных организаций Сергей Попов.
– Сергей Александрович, надо понимать – в стране идет всеобщая мобилизация. На борьбу с терроризмом призываются все – и губернаторы, которых теперь в связи с грозящей России опасностью будут назначать, и разные парламентские комиссии, и партии, и общественная палата, которой пока еще нет, но многие уже убеждены, что именно ее нам недостает для того, чтобы добиться успеха в борьбе.
– О важности и роли общественной палаты президент впервые сказал в мае, представляя свое ежегодное послание Федеральному Собранию. Выступая 13 сентября – когда всем уже было очевидно, что терроризм объявил нам войну, – Владимир Путин произнес очень важные и знаковые слова: если мы хотим, чтобы общество откликнулось и приняло участие в борьбе с терроризмом, власть должна слышать мнение людей. И, с точки зрения президента, общественная палата может обеспечить связь власти и общества. Но, с другой стороны, эта форма может представлять собой и высшую организацию гражданского общества. Именно с таких позиций мы обсуждали инициативу президента на недавнем "круглом столе" в Госдуме. Многие сходились во мнении, что нужно покончить с благодушием, царящим в обществе, надо настраивать людей на то, чтобы они понимали личную ответственность за происходящее. Последние взрывы в Москве тому доказательство. Нужно менять отношение к явлениям, к которым общество прежде было довольно снисходительно. Люди ругали коррупцию в высших эшелонах власти, но смирялись с ней на бытовом уровне и даже сами в ней участвовали. Поэтому и возникали такие ситуации, когда, заплатив пятьсот рублей милиционеру, можно было провезти в машине что угодно, в том числе и динамит, и оружие. Все это говорит о том, что слова Фучика "Люди, будьте бдительны!" сегодня актуальны как никогда. Может быть, имеет смысл создать организации по типу добровольных народных дружин – они уже возрождаются в целом ряде субъектов Федерации, – общественные комитеты по борьбе с коррупцией.
– И вооружить общественность не только идеями, но и чем-то более адекватным ситуации? Такие предложения тоже звучат: от общественной палаты – к народному ополчению...
– На "круглом столе" в Госдуме один молодой политолог приводил пример Израиля, где еще десять лет назад, когда Израиль действительно вплотную столкнулся с проблемой терроризма, были созданы силы самообороны. И все эти десять лет они играли значительную роль в борьбе с терроризмом, поскольку обеспечивали порядок на улицах, помогали полицейским в проверке пропускного режима, очень тщательно отслеживали обстановку на автобусных остановках. Но это вовсе не значит, что мы должны копировать израильский опыт, давать нашим общественникам в руки оружие. Для нас гораздо важнее сегодня именно идеи. За восемьдесят советских лет мы привыкли – это нам вдолбили, – что все за нас решат те, кому положено, все за нас великие правители сделают...
– А мы можем спать спокойно, потому что милиция наш покой бережет...
– Вот-вот. И мы как Иванушки на печи – лежим и думаем, что все самой собой произойдет. А что на самом деле происходит в результате такого отношения к себе, к своей судьбе, к судьбе страны, и показала история терактов в России. Все особенности нашего общественного настроения в ней и проявились.
– Общественная палата должна общество напугать, чтобы его настроение изменилось?
– Нет, я бы так не говорил – напугать. Президент определил основные функции общественной палаты. Первая и основная задача – это общественная экспертиза законопроектов. В российской законотворческой практике прижились некоторые формы экспертизы – юридическая, экономическая, отчасти социально-экономическая экспертиза. Но как таковой общественной экспертизы у нас нет, хотя во многих странах такая форма есть. И общество по определяющим законопроектам, от которых зависит жизнь людей, их безопасность и безопасность страны, может и должно высказать свою позицию. Это будет значительно более передовой шаг, чем если бы мы сидели у себя на кухнях и судачили – вот это надо было сделать по-другому.
– Как большая кухня России?
– Пускай так, мне это нравится. Но кухня в хорошем смысле. Где не просто пар уходит в свисток, а что-то варится и есть продукт, который можно попробовать.
– Экспертиза законопроектов, формирование общественного мнения и настроения... Чем еще общественная палата может помочь в борьбе с терроризмом?
– Общественным контролем – контролем за министерствами и ведомствами и вообще за всем происходящим. Прежде всего за расходованием бюджетных средств – в том числе и тех, что выделяются силовым ведомствам и правоохранительной системе. Эта форма общественного контроля особенно важна в борьбе с терроризмом. К тому же общественная палата может аккумулировать все здравые идеи, которые возникают на местах, и в виде общефедеральных проектов предлагать их и власти, и обществу.
И я думаю, что если туда придут – а я уверен, что должны прийти, – профессионально подготовленные, эрудированные, известные, авторитетные, совестливые люди, она будет серьезно влиять на все происходящее.
– Вы говорите об объединении. За объединение взялась и оппозиция. Но не войдут ли эти два желания с той и другой стороны, две объединительные, но разнонаправленные идеи в противоречие, не рассорят ли опять Россию?
– Для меня всегда вопрос объединения начинается с принципиального вопроса – во имя чего. У оппозиции объединение всегда происходит против кого-то. Представляете разницу – во имя чего или против кого. Против – объединиться не так уж сложно. Но это сиюминутное объединение, которое в себе не несет никакого позитива. Просто фиксируется позиция несогласных. Объединение во имя чего-либо – это объединение сил для позитивного поступательного движения вперед. Это всегда прогресс – в этом принципиальное различие.
– Помнится, процесс формирования прежней общественной палаты и созыв Гражданского форума сопровождались разногласиями внутри общественных организаций, разными обидами – того взяли, этого забыли, какой-то общественной организацией пренебрегли. Что, на ваш взгляд, нужно сделать, чтобы прежние ошибки не повторились?
– Должен быть четко прописан механизм формирования общественной палаты и ее работы. Поэтому нужен закон, который регламентирует эти вопросы. Когда такого закона не было, представителям разных общественных организаций – разных и по величине, и по авторитету в обществе, и по делам – договориться было сложно. Нужны правильные критерии отбора – не только регистрация в Минюсте, не только численность, но и то, что общественные организации сделали для общества в последние годы, какие социальные проекты ими были предложены, реализованы. Если эти критерии будут понятны, обид удастся избежать. И потом – никто ведь не собирается наглухо закрывать двери общественной палаты от общества. Это не синекура – здесь не будет машин с мигалками, не будет зарплат, не будет пайков, это общественная палата, в которой нужно будет заниматься не лоббированием своих организаций, а серьезными проблемными государственными задачами.
– Как вы относитесь к идее вето? Может ли общественная палата получить право препятствовать вступлению в силу каких-то общественно опасных законов?
– Это неправильно. У палаты ведь не будет права законодательной инициативы – иначе пришлось бы вносить поправки в Конституцию, где все субъекты законодательной инициативы перечислены и общественной палаты в этом списке нет. Значит, у нее не может быть и права вето – с юридической точки зрения.
– Значит, общественная палата – это глаза и уши одновременно и для власти, и для общества?
– Я думаю, еще и душа.
27.10.2004
Источник: Российская газета
