В интервью сербскому писателю Горану Лазовичу Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл отвечает на вопросы о сербско-российских взаимоотношениях, проблемах современного общества и вызовах, с которыми сегодня сталкивается Церковь.
– О Сербии и ее святом Патриархе Павле Вы всегда говорили с большой любовью. Чем является Сербия для Вас, как Вы на нее смотрите?
– О Сербии я всегда вспоминаю с особым чувством. Мне не раз доводилось бывать на гостеприимной сербской земле еще в бытность председателем Отдела внешних церковных связей. Господь сподобил меня дважды посетить вашу замечательную страну уже в качестве Патриарха: в 2013 году, когда мы совместно с Предстоятелями Поместных Православных Церквей торжественно отмечали 1700-летие подписания Миланского эдикта, и в 2014 году, когда по приглашению Святейшего Иринея я прибыл в Сербию с официальным визитом. Тогда у нас была весьма насыщенная программа. И я храню самые добрые воспоминания о прошедших встречах и братском молитвенном общении с Его Святейшеством, духовенством и православным народом Сербии.
Знаете, удивительное чувство посещает русского человека, приезжающего в Сербию. Нет ощущения, что ты оказался в чужой стране. Напротив, возникает чувство, что ты как будто дома, а рядом с тобой – твои братья. Наши страны действительно очень многое объединяет. В первую очередь, конечно, это общая вера, общие духовно-нравственные ценности, близкие культуры и тесные исторические связи. Между нашими народами существуют давние и прочные узы любви, и узы эти, что важно, проявляются самым непосредственным образом на бытовом, частном уровне, в личном общении людей друг с другом.
Именно поэтому посещение Сербии, поклонение ее святыням и общение с ее православным народом всегда становится для меня радостным и ожидаемым событием, потому что каждый раз переживаешь это незабываемое чувство искренней братской любви и духовного единения во Христе.
– Русская и Сербская Церкви – Церкви-сестры, а каковы братья русские и сербы?
– Как я уже сказал, между нашими народами существует очень глубокое духовное родство, проистекающее и из православной веры, которую исповедуют сербы и русские, и из общего славянского происхождения. История русско-сербских отношений восходит к самим истокам общеславянской православной цивилизации.
Если мы обратимся к истории, то увидим, как тесно промыслом Божиим оказались переплетены судьбы наших народов. Святитель Савва, который принял постриг в Старом Русике на Афоне, перевел на церковнославянский язык Кормчую книгу, и по этому переводу Русская Православная Церковь жила несколько столетий. Выдающийся духовный просветитель Пахомий Серб трудился Москве в Троице-Сергиевом монастыре, где занимался составлением житий и переписыванием книг.
На протяжении истории наши народы стояли вместе в годы тяжелых испытаний. Россия поддерживала Сербию в годы Первой мировой войны. Когда же в России произошла революция и власть захватили воинствующие богоборцы, Сербия, хотя и сама страдала от последствий войны, приняла множество беженцев из России, к которым отнеслась как к родным.
Сегодня мы стоим перед новыми серьезными испытаниями. В некоторых европейских странах все большее влияние приобретают силы, которые стремятся вытеснить религию на обочину жизни современного человека, обесценить традиционные нравственные принципы, объявив об относительности моральных норм, и пытаются навязать обществу, в том числе и в ряде православных стран, греховные стандарты поведения.
Мы, православные сербы и русские, призваны, как и прежде, стоять плечом к плечу в этой битве за нашу духовную идентичность, за сохранение православной цивилизации, отстаивая понимание богоустановленного брака как союза мужчины и женщины, ценность человеческой жизни от зачатия до естественной смерти, не поддаваясь искушениям видимого материального благополучия и не соблазняясь ложными представлениями о человеческой свободе и счастье.
– Вы являетесь духовным главой крупнейшей Православной Церкви в мире. Как Вы с этого высокого трона смотрите на страдания обычных русских людей, особенно тех, кто на Донбассе, и в других местах?
– Пастырь призван всегда быть со своей паствой, для любви к которой нет и не может быть никаких преград. Боль и страдание любого из моих чад, где бы они ни находились, – это и мои личные боль и страдание, ведь, как писал апостол Павел, "страдает ли один член, страдают с ним все члены" (1 Кор. 12:26), а наипаче страдает тот, кому Богом вверена забота о всей Церкви.
Происходящие на Украине события, продолжающийся братоубийственный конфликт на юго-востоке страны, страдания множества людей, терпящих нужду, голод и лишения, – незаживающая рана на моем сердце, предмет постоянных печалований и молитв ко Господу.
Что может сделать Церковь? Церковь призывает всех нас усердно молиться. Как замечательно некогда сказал Святейший Патриарх Сербский Павел, молитва – это глубочайшее выражение сопротивления злу и самый возвышенный ответ людям, его творящим. И вот уже несколько лет во всех храмах Русской Православной Церкви ежедневно возносятся особые молитвы о мире на украинской земле, об искоренении злобы и преодолении разделений, о том, чтобы враг рода человеческого прекратил сеять смуту и вражду между братьями по вере. Я прошу сербский народ разделить с нами эту молитву.
– Какие, по Вашему мнению, сейчас стоят вызовы перед Православием?
– С одной стороны, нет ничего нового под солнцем (Еккл. 1:9). Ловушки и искушения врага рода человеческого сегодня те же, что и во все времена, только, быть может, более изощренные и хитрые. Но в целом человеческая природа, несмотря на смену исторических эпох, не меняется: люди все так же любят и ненавидят, предают друг друга и жертвуют собой ради ближних, впадают в грех и каются, возвращаясь к Богу. И потому, как и сто, тысячу лет назад, лучшим учебником по духовной жизни в настоящее время по-прежнему остаются святоотеческие труды. Важно только, чтобы этот учебник не пылился на полке, а для этого нашим пастырям и богословам необходимо формулировать святоотеческий опыт понятным для современных людей языком.
С другой же стороны, сегодня мы видим, сколь стремительно происходят цивилизационные изменения, сталкиваемся с такими сложными реалиями и непростыми вопросами, ответы на которые не всегда мы можем найти даже в богатейшем наследии святых отцов.
Один из таких важных и серьезных вопросов связан с бурным ростом информационных технологий. Наряду с полезными возможностями, которые открываются перед нами, этот рост таит в себе и ряд опасностей для духовной жизни человека. Конечно, как и с любым инструментом, дело в его применении: та или вещь сама по себе не является добром или злом, с нравственной точки зрения она нейтральна, но вот человек волен ее использовать для благих или не очень благих целей. Ножом можно и хлеб нарезать, и человека убить. Здесь действует принцип, который можно сформулировать в виде оппозиции "пользование – злоупотребление". Проблема в том, что, чем изощреннее и совершеннее инструмент, тем сложнее определить, где проходит эта тонкая грань, когда инструмент начинает приносить больше вреда, чем пользы.
Вот, скажем, социальные сети. Можно, например, помогать другим людям, общаясь с ними в Интернете, утешая и ободряя их, участвуя в целых благотворительных программах по сбору средств нуждающимся. Все это, безусловно, хорошо и весьма похвально. Но давайте подумаем: только ли к этому сводится настоящее христианское доброделание? Не заслоняет ли такое виртуальное общение – пусть и с благими намерениями – живой образ Христа в ближнем? Очень важно не допустить этой подмены, не разучиться делать добро в реальной жизни.
Есть и еще одна характерная черта нашего времени, которая меня как Патриарха весьма и весьма беспокоит. Сегодня мы наблюдаем, как обществу в том числе и с помощью законодательных механизмов навязывается восприятие греха как особого вида нормы. По сути же под лозунгами прав и свобод человека внедряется опасная идеология, в которой нет места понятиям "грех", "правда", "добро" или "зло".
Разрушительная сила этих идей многими недооценивается, к сожалению, и представляется даже как некое достижение человеческой цивилизации, объявившей своим главным кумиром безграничную свободу. Но я скажу открыто: данная концепция отрицает ценность нравственных начал в жизни общества, она аморальна по своей природе и неизбежно ведет к деградации и разложению самого общественного института.
Православным христианам разных стран сегодня важно доказывать свою общность, свое единство. Не позволить внешним силам оттеснить себя от принятия решений о собственном будущем. Мы должны найти возможность показать всем крепость своей веры, нашу способность созидать семью, общину, государство на основания добра и справедливости.
Сегодня, как и всегда, мы призваны твердо свидетельствовать миру о Христе Распятом и Воскресшем, защищать евангельские ценности и истинность нашей веры перед лицом бушующего мира. Не бояться честно обличать грех в ответ на призывы быть "толерантными". И если мы не будем этого делать, если мы согласимся с попранием Божественных заповедей, мы предадим Христа, взявшего на Себя наши грехи.
– Думаете ли Вы иногда о Косово, святой сербской земле и ваших собратьях, чьи монастыри сожжены, и которые молятся Богу и крестятся, опасаясь, что кто-то увидит?
– Косово – это святое место, место мученичества и исповедничества. Оно будет хранить память обо всех там пострадавших до скончания века, так же, как и камни собора Святой Софии будут вечно помнить совершавшиеся в этих стенах Божественные литургии. Мы должны всегда помнить, что у Бога Свой суд и Своя мера справедливости, так часто отличающаяся от человеческих представлений об этом.
Я с неизменным молитвенным чувством думаю о Косово и стараюсь молитвенно поминать всех, кто сегодня мужественно несет там свое непростое служение. Косово преподносит всем нам тот же урок, что и подвиг новомучеников Церкви Русской в XX веке. Это урок верности Христу и исповедания веры вопреки любым страшным испытаниям и искушениям, которые воздвигает на нас мир. И как важно не забывать в такие моменты, что не в силе Бог, но в правде!
– Ваше Святейшество, современный человек в погоне за материальным достатком обогнал сам себя, у него есть все и ничего. И хочет еще больше! Что нам делать?
– Почаще задавать себе вопрос: "А что из моих земных благ я заберу с собою в могилу? Что из этого поможет мне на Суде Божием?" Честные ответы на эти вопросы способны духовно отрезвить человека.
У одного из русских подвижников XIX века святителя Тихона Задонского есть замечательное высказывание по этому поводу: "Помни всегда вечность – и ничего в мире не пожелаешь". Значит ли это, что нам вообще не нужны никакие вещи? Нет, в земной жизни нам приходится пользоваться разными предметами. Сама по себе забота о земном благополучии не является чем-то греховным. Человек трудится и старается благоустраивать свою жизнь и жизнь своих близких. Святитель Тихон говорит о том, что мы лишь не должны привязываться к вещам, не должны заслонять земными попечениями мысли о Боге и главной цели нашего бытия – спасении. И когда мы переходим чувство меры в этой заботе, когда вещи становятся для нас объектами непрерывного потребления, как вода или пища, тогда это уже тревожный симптом духовной болезни.
Давайте задумаемся: что движет человеком, который гонится за каждой очередной новинкой, желая купить новое модное устройство или аксессуар к нему? Причин, как правило, существует две: это может быть либо желание похвалиться и продемонстрировать, что ты "на гребне волны", как это принято сейчас говорить, – и тогда это проявление гордости; либо человек таким образом старается заглушить в себе внутренние проблемы и "снять стресс" – и тогда это одно из проявлений уныния и духовной опустошенности.
Но ведь нельзя убежать ни от себя, ни от Бога. Смартфон последней модели никогда не заменит полноценной духовной жизни, радости общения с Богом в Таинствах, настоящей дружбы и семейного счастья. Вот чего надо искать, чтобы обрести подлинное благополучие.
– Бог всегда был на стороне праведности, истины и честности. Эти три качества в наш век как бы теряют смысл?
– Добродетель хранится многими людьми, нам не надо отчаиваться. Вспомните, когда пророк Илия сказал Господу, что он остался единственным человеком, не поклонившимся Ваалу, Бог ответил ему, что в Израиле есть еще семь тысяч праведных мужей (3 Цар. 19:13-18).
Уныние – плохой советчик. В любых обстоятельствах нужно уметь видеть доброту и благородство других людей, любовь и красоту вокруг себя. Будем же хранить крепкую веру в помощь от Господа, Который нас никогда не оставит.
– Как Вы смотрите на расколы во многих Православных Церквах и к чему они нас ведут?
– Господь дает непреложное обетование: "Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее" (Мф. 16:18). А апостол наставляет: "Умоляю вас, братия, остерегайтесь производящих разделения и соблазны... и уклоняйтесь от них" (Рим. 16:17). Раскол – это проявление тяжелой духовной болезни, неверия Богу и Его слову. Раскольник, увы, предпочитает Господу и Его заповедям что-то другое: мирские идеологии, политические страсти, личные амбиции, горделивые фантазии о том, что он один с немногими соратниками остался прав, в то время как все вселенское Православие заблудилось. Бывает глубоко прискорбно это видеть, но раскол всегда развивается по нисходящей, духовное состояние тех, кто противопоставил себя Церкви, становится все хуже и хуже.
Раскол – всегда рана для Церкви, но более всего это рана для самих раскольников, которых Церковь, заботясь о спасении их душ, зовет покаяться и примириться.
– Ваше Святейшество, монашество в Сербии переживает сегодня не лучшие времена, многие монастыри пустеют, мало насельников. Возможна ли какая-либо помощь со стороны русского монашества?
– На монашестве во все времена лежала огромная ответственность. С одной стороны, монахи – это передовой отряд церковной "армии". А с другой, это те, кто ни за что не готов отступить в борьбе со злом. И поэтому сохранение монашества, сохранение и передача молодому поколению древних традиций монашеского делания имеет исключительное значение для жизни всей Церкви. И здесь, конечно же, взаимодействие Поместных Церквей просто необходимо.
Мы ежегодно проводим монашеские конференции, на которые обязательно приглашаем представителей братских православных Церквей. Результат таких встреч очень воодушевляет.
В каждой Церкви есть свой неповторимый опыт, своя традиция монашеской жизни. И на мой взгляд, нам очень важно изучать опыт друг друга. Тогда на многие вопросы появляется новый, свежий взгляд. Речь не идет о механическом копировании, подражании – скорее, о взаимопроникновении традиций. Для русского монашества такие столпы Сербской Церкви, как святой Савва, преподобный Иустин (Попович), святитель Василий Острожский – близки по своему монашескому духу. Но я уверен, что нам есть куда развиваться в плане взаимодействия русского и сербского монашества. Сегодня мы практикуем направление монашествующих в длительные командировки в древние обители иных Церквей, чтобы приобщиться глубинам традиции. Нам ничего не мешает наладить такой же обмен и между русскими и сербскими монастырями. Мы к этому открыты и будем рады и своим опытом поделиться, и лучше узнать сербскую монашескую традицию.
– Братство во Христе подразумевает и понимание тех, кто нас не любит. До каких пор у нас хватит сил для прощения, Ваше Святейшество?
– У христиан здесь нет вариантов. Как сказал наш Господь и Спаситель, надо прощать до "седмижды семидесяти" раз (Мф. 18:22), то есть без счета. Прощение – это необходимое условие любви.
Мы, христиане, не просто призваны к любви как к исполнению заповеди. Мы призваны являть другим такую любовь, которой нас возлюбил Сам Господь Иисус: "Да любите друг друга, как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга" (Ин. 13:34). Основа Его любви к нам – жертвенность и безусловность. Вспомните слова Спасителя на Кресте, обращенные к Небесному Отцу: "Прости им, не ведают, что творят" (Лк. 23:34). Это не какое-то "благородное", "снисходительное" прощение. Это слова любви, которую волнует только одно: благо ближнего. Даже когда этот ближний тебя распинает.
Те острейшие кризисы, через которые и проходили, и по сей день проходят наши народы, снова и снова побуждают нас обратить наши взоры к Голгофе и к нашему Божественному учителю, у Которого нам должно учиться самому сложному искусству – искусству любви и прощения. Внутренний духовный опыт людей, знающих, что есть настоящее прощение, свидетельствует: прощение – это не слабость, а реальная сила.
– Я бы попросил Вас вспомнить святого сербского Патриарха Павла. Каким Вы его помните?
Святейший Павел явил всем нам образ кротости, смирения, готовности переносить ради Бога и трудности, и злословие, и несправедливые нападки. В жизни очень многих людей, я думаю, его пример сыграл решающую роль.
В памяти народов Сербии и России он навсегда останется подлинным любящим пастырем, светильником веры и благочестия.
– Что бы Вы передали братскому сербскому народу?
– Я бы хотел пожелать братскому сербскому народу неуклонно стоять в верности Христу, Которого однажды он возлюбил всем сердцем и любовь к Которому он пронес сквозь века, через многие трагедии и кризисы.
Если мы посмотрим на жизнь современного мира духовными очами, то увидим, что вовсе не финансовые кризисы и не политические нестроения истощают силы людей. Современный человек страдает прежде всего от острой нехватки настоящей любви. Явить эту любовь людям, словами и делами свидетельствовать об истинном Источнике этой любви – призвание каждого христианина. Хранить православную веру, умом, сердцем и душою постигать учение Христово – вот что мне хочется пожелать нашим сербским братьям и сестрам!
Благословение Божие да пребывает с народом Сербии.
Источник: Официальный сайт Московского Патриархата
