"Наш город, Северодонецк в Луганской области, около двух месяцев был под властью ополченцев, – вспоминает протоиерей Михаил Архипов. – Я сочувствовал, сопереживал ополченческому движению, пытался помогать сугубо на своем, священническом уровне: помолиться, с кем-то поговорить. Конечно, ни в каких боевых действиях я не участвовал. Потом ситуация изменилась – пришла украинская власть и начались проверки: многих стали вызывать в милицию, в СБУ на допросы..."
А тут подошло время и старшему сыну отца Михаила идти в первый класс, "в горячую, по его выражению, проукраинскую атмосферу". Тогда, в 2015 году, Архиповы решили переехать в Россию, получив благословение правящего архиерея. Отца Михаила назначили настоятелем сельского Покровского храма под городом Михайлов Рязанской области.
А еще через два года и радость, и страшное горе почти одновременно пришли в семью священника. Этой весной, 6 мая, в Рязанском перинатальном центре матушка Анна родила шестого ребенка. Девочку назвали Олей. Но уже через несколько часов женщине стало плохо, и 7 мая она скончалась.
Сейчас отец Михаил вместе с родителями, тещей и шестью детьми живет в небольшом приходском доме, в котором две комнаты. Рязанская епархия Русской православной церкви сразу же после трагедии опубликовала обращение с просьбой о помощи семье 35-летнего батюшки.
Отец семейства и прихода
Несколько дней назад я позвонил отцу Михаилу, представился московским корреспондентом и предупредил его, что приеду.
Покровский храм села Лещенка Михайловского района Рязанской области – обычная провинциальная церковь: в праздничные и воскресные дни на богослужения сюда приходят 15-20 человек, почти все – "местные", а в обычные будние дни – и того меньше. Однако когда я впервые увидел протоиерея Михаила Архипова, храм был почти полон молящимися.
В этот день после воскресной литургии священник должен был совершать еще и отпевание – скончалась одна из старейших жительниц Лещенки, 90-летняя "баба Нина", и проститься с ней и помолиться за упокой ее души в храм пришли все ее родственники.
После отпевания многочисленная процессия двинулась на сельское кладбище. Отец Михаил принял участие в погребении и отслужил панихиду. Шел сильный дождь, но еще холоднее было от промозглого ветра, я держал зонт над священником, а он молился по требнику.
Затем мы прошли на могилу Анны Архиповой, которая находилась неподалеку. Супруга отца Михаила скончалась в 33 года, в браке они прожили ровно 15 лет. Батюшка совершил и здесь заупокойную литию.
"Моя жизнь сейчас зациклена на этом. Чуть что, иду сюда..." – сказал он.
Мы постояли. Потом поехали на поминки – родственники деревенской старожилки очень хотели там видеть священника.
"Тесно-претесно"
"Батюшка у нас уже скоро три года как служит. И ни один человек не обиделся на него, не было такого, чтобы он кому-то плохое сказал или отказал, – делится со мной пожилая прихожанка Покровского храма Татьяна Трофимова. – И днем и ночью готов и отслужить, и поисповедовать, и причастить больных, если нужно. Когда жена померла, он не растерялся. Взял себя в руки – и службу вел, и похороны вел. Такая жизнь у него сложная..."
Татьяна сама подошла ко мне в храме, когда узнала, что я журналист и хочу написать об отце Михаиле. Она рассказала, что когда у Архиповых случилась трагедия, все прихожане сразу откликнулись и начали помогать им, кто как может – продуктами, детским питанием, насущными вещами или просто деньгами. Кто-то из односельчан просто подходил или звонил, чтобы хотя бы на словах поддержать.
"К нам в храм приезжают дачники, я всем говорю: привозите из Москвы "одежку" детям – и они мешками везут. Дети все нарядные, обутые, одетые. Мы всегда стараемся ему и принести чего-нибудь. Осень пришла – то картошку, то другие продукты... Все несут, помогают. И слава Богу, что и родители помогли, не бросили его – побросали свои квартиры в Луганске и приехали к нему и детям на помощь. Тесно в доме живут, тесно-претесно. Но, слава тебе, Господи, в тесноте – не в обиде. Свой домик потихонечку сделают", – уверена Татьяна.
По словам прихожанки, отца Михаила взяла "под опеку" молодая семья – Елена и Юрий Потаповы. Елена стала крестной самой младшей дочки, ходит нянчить ребенка и присматривает за другими детьми. А Юрий, несмотря на свою инвалидность (у него нет одной почки), постоянно встает "чуть свет", заезжает за батюшкой, возит его, куда необходимо, помогает по храму.
"Одним словом – я, старуха, таких людей, как Потаповы, еще не встречала", – заключает Татьяна.
"Матушка Анна пела на клиросе, – вспоминает уже Елена Потапова. – Она всегда улыбалась, всегда приветливая, всех бабулек выслушает, всем поможет, все расскажет, все объяснит – сама по себе, как ангел... И как-то они сразу влились в наш приход. Отец Михаил очень отзывчивый. Вот и мы тоже пытаемся ему во всем помочь".
Кто виноват?
Отец Михаил рассказывает, что, ожидая шестого ребенка, супруга десять дней лежала в Рязанском перинатальном центре. Туда ее направили по рекомендации местного врача из-за низкого гемоглобина и тромбоцитов. Роды прошли нормально, и в ночь на 6 мая на свет появилась здоровая девочка весом 3,5 килограмма – Оленька. Однако буквально через несколько часов состояние Анны Архиповой резко ухудшилось, появились сильные боли в животе и пояснице, и 7 мая ее перевели в реанимацию в областную клиническую больницу. В тот же день она скончалась.
Была проведена доследственная проверка, назначена судебно-медицинская экспертиза. Итоговое заключение: женщину невозможно было спасти, виновных нет. Причиной смерти стала большая потеря крови. Священник считает, что речь идет о врачебной ошибке, но оспаривать результаты проверки не будет.
"Ей поставили диагноз, что у нее было варикозное расширение вен, вена лопнула, и она умерла по каким-то своим физиологическим причинам. И якобы это нельзя было увидеть, никакими приборами медицинскими – никто не виноват. Хотя она же в перинатальном центре, получается, 10 дней лежала, была здорова... Я и все мои родственники – мы не верим в такое: что человек просто истек кровью и умер и ему никак нельзя было помочь", – говорит отец Михаил.
Он вспоминает, что сам разыскал Анну, когда она находилась уже в больнице. По поводу реального состояния супруги семью, по его словам, долго держали в неведении, никто из медперсонала не выходил на связь.
"Один-единственный звонок был – позвонили только тогда, когда человек уже умер; сказали, что "сделали, что смогли". А в перинатальном центре – ноль, никакой реакции абсолютно. Умер их пациент – и тишина. Но, как сказал следователь, никто не виноват, а то, что они отмалчиваются, – это сторона нравственная".
На мой корреспондентский запрос о том, в чем была причина осложнения и почему Анну Архипову не удалось спасти, руководство рязанского Областного клинического перинатального центра прислало ответ в виде документа – обращение главврача центра Елены Петровой на имя заместителя министра здравоохранения Рязанской области Ирины Петиной. В нем сообщается о потребности учреждения в приобретении нового медицинского оборудования и проведении ремонта уже существующего.
"Помощь потоком хлынула"
Сейчас трое юных Архиповых ходят в школу (старшей девочке – 13 лет) и еще двое – в детский сад. Отец семейства сам старается с детьми делать уроки, контролирует их учебный процесс, чтобы понять, "в каком состоянии они находятся". А потом старшую дочь ведет в соседнее село, где есть музыкальная школа: Ангелина учится играть на скрипке.
В ведении протоиерея Михаила не только Покровский храм – его сделали настоятелем еще одного прихода, в селе Триполье. Но там пока храма нет – есть, как говорит священник, только фундамент. А церковь еще нужно построить. Ситуация осложняется тем, что в Триполье нет сформировавшегося прихода, церковной общины. Соответственно, помощи ждать фактически неоткуда.
Тем не менее сейчас главная проблема – бытовые условия. В церковном доме, в котором живут Архиповы, спать приходится "по нескольку человек на кроватях". Сложно. "Особенно когда нужно уроки делать: младшим хочется поиграть, они на этом столе скачут, старшие пытаются там что-то писать. В этом – трудность", – признается священник.
Впрочем, рано или поздно он надеется возвести собственный дом. Благодаря пожертвованиям неравнодушных людей, первый шаг уже сделан: недалеко от Покровского храма заложено основание здания.
"Чувствуете ли помощь Божию в вашей жизни?" – спрашиваю напоследок отца Михаила.
"То, что произошло, подкосило меня сильно. Я по сей день не могу это толком осмыслить, – говорит он. – Умер человек, который один меня мог утешить, нужное слово сказать, посоветовать, где-то удержать от чего-то. Сейчас я, скажем так, остался один, но, наверное, теперь эта помощь Божия – она более явственной стала. Теперь Господь меня удерживает, направляет и дает какую-то твердость движения дальше по жизни".
И, конечно, помощь друзей и знакомых. "Это все просто хлынуло каким-то таким потоком, что я до сих пор удивляюсь и не пойму – откуда это все пришло", – добавляет мой собеседник.
"Христофор": с миссией из Донбасса в Россию
В Русской православной церкви не ведут статистики, сколько священнослужителей после событий Майдана 2014 года переехало из Украины в Россию. Представители духовенства, поменявшие место служения, говорят, что это "скорее единичные случаи".
Например, в Москве сейчас служат экс-секретарь Одесской епархии Украинской православной церкви, ныне настоятель храма Живоначальной Троицы на Воробьевых горах протоиерей Андрей Новиков, и известный церковный публицист и миссионер протоиерей Андрей Ткачев, клирик храма Святителя Василия Великого при одноименной гимназии. Оба вынужденно покинули Украину в 2014 году, опасаясь преследований со стороны экстремистов и местных силовиков.
"Тепло, радушие, любовь и сострадание, которые я встретил в России, просто колоссальные, – делится сокровенным отец Андрей Новиков. – Начиная от самых простых, обычных тружеников, до людей, занимающих высокое положение, от богатых прихожан до бедных – все оказывали внимание и помощь... Могу сказать, что низкий поклон всем русским людям за то, как они отнеслись к той трагедии, которая произошла с такими же русскими людьми, как и они, на территории Новороссии и Украины".
Протоиерей Максим Волынец, как и отец Михаил Архипов, был священником Луганской епархии. Весной 2014 года дом, где он проживал со своей семьей, оказался прямо на линии соприкосновения – в буферной зоне между ЛНР и Украиной. На переезд в Россию отца Максима и его семью благословил архиепископ Луганский и Алчевский Митрофан.
Буквально через несколько дней в ходе обстрела инфраструктура поселка Макарово под Луганском, в котором проживали Волынцы, была полностью уничтожена: газопровод, электричество, водопровод... Пострадало много жилых домов. Все бесхозное имущество в Макарово было разграблено и растаскано мародерами.
Сейчас отец Максим – штатный клирик Майкопской епархии РПЦ. Он же – основатель и руководитель паломнической миссии "Христофор", бывшей в свое время одним из ведущих паломнических центров на Украине.
"Та деятельность, которую я проводил на Донбассе, продолжается и в России: мы так же развиваем наш миссионерский паломнический проект, ведем активную работу в интернете. С нами ездят люди со всего мира. Путешествуем и по России, и по другим странам. Это даже больше, чем приход, – мы становимся единой большой семьей, поддерживаем связи и отношения на протяжении многих лет", – говорит священник.
На вопрос, в каких условиях приходится жить, отец Максим отвечает, что "грех жаловаться". И замечает, что самая главная помощь, которая ему и его семье была оказана с российской стороны, – это предоставление гражданства.
"За несколько месяцев мы получили российское гражданство, и, в принципе, больше нам ничего и не надо было, – добавляет отец Максим. – Потому что это дало полный зеленый свет для всех наших дальнейших действий. У нас многодетная семья. Было пятеро детей. Сейчас уже здесь, в России, родилась еще одна дочь".
Источник: РИА Новости
