В течение последних дней на Украине резко обострилась ситуация вокруг получения церковной автокефалии. Основные события в конце прошлой и начале этой недель происходили в Турции. 31 августа предстоятель Русской Православной Церкви патриарх Кирилл встретился с константинопольским патриархом Варфоломеем. А с 1 по 4 сентября на Фанаре заседал Синаксис (в некотором смысле, аналог Архиерейского собора) Константинопольского патриархата. Украинская власть, раскольники и прочие сторонники создания так называемой "Единой поместной церкви" с нескрываемым восторгом восприняли результаты встречи и Синаксиса, предвкушая получение в скором времени заветного томоса об автокефалии.
Стоит признать, что Русская Церковь оказалась в непростой ситуации, столкнувшись с угрозой вмешательства в свои внутренние дела со стороны греческого патриархата, последствиями чего могут стать легализация существующего на Украине раскола и создание нового разделения в мировом православии. Такой сценарий возможен, но не является неизбежным.
Официальной информации о стамбульской встрече двух предстоятелей немного. Практически сразу после переговоров митрополит Галльский Эммануил (Адамакис) заявил, что "...на Украине более 25 лет существует раскол и Вселенский патриархат принял решение рассмотреть все способы, которыми может быть провозглашена автокефалия Украинской Православной Церкви. Именно это решение было принято в апреле и мы его уже имплементируем. Об этом Вселенский патриархат проинформировал патриарха Кирилла. Два предстоятеля встретились и обсудили эти вопросы в братской и открытой атмосфере, и я думаю, что именно так и следует поступать в дальнейшем".
Многие эксперты почему-то обращают внимание только на первую часть фразы о том, что Константинополь рассматривает "способы провозглашения автокефалии". Между тем заявление митрополита Эммануила интересно тем, что в нем упоминается "Украинская Православная Церковь". Дело в том, что в правовом и каноническом поле на Украине в данный момент существует только одна церковь с таким названием – это каноническая церковь в единстве с Московским Патриархатом. Однако она с прошением о даровании томоса в Стамбул не обращалась. Одновременно, представитель Фанара заявил о том, как следует в будущем решать украинский вопрос – в формате открытого и братского диалога! Т.е. одностороннего решения украинской церковной проблемы быть не может. Однако можно и по-другому расценивать заявление греческого иерарха. К примеру, если перед делегацией РПЦ были поставлены определенные условия, то упомянутые слова следует рассматривать как ожидание ответа от Русской церкви и сохранение возможностей Фанару для маневров.
Чего хотят греки?
В сложившейся ситуации важно понимать, какую конечную цель преследует Константинопольский Патриархат. По большому счету, Украина как таковая грекам не нужна. Установить контроль над ее территорией, с вытекающими экономическими и политическими последствиями, патриарху Варфоломею вряд ли удастся. Поскольку от него в Киеве ожидают не автономии, не экзархата, а именно автокефалии (полной независимости). Для П. Порошенко, Филарета и иже с ними Константинопольский патриарх выступает исключительно в качестве технического инструмента создания "Единой церкви". На Фанаре это тоже понимают и стремятся выжать из всех заинтересованных сторон максимум бонусов.
Греки также, вероятно, осознают, что их вмешательство в церковные дела РПЦ на Украине приведет к разрыву отношений между Константинополем и Москвой, как это было в 1996 г. после незаконного учреждения параллельной юрисдикции Константинопольского патриархата в Эстонии. Только шансов на скорое восстановление отношений, рискнем предположить, не будет никаких. Масштабы греческого вторжения на Украину и в Эстонию отличаются в разы.
Наконец, в Стамбуле должны отдавать себе отчет о реальных последствиях украинского демарша для всего мирового православия. Легализация филаретовского раскола в любых мыслимых формах неизбежно внесет разделение в семейство православных церквей. Кто-то поддержит Константинополь, кто-то – Москву. Не говоря уже о том, что резкие движения греческого патриархата спровоцируют активность раскольнических структур и в других регионах. В той же Македонии, которая находится в юрисдикции Сербской Православной Церкви, также ожидают дарования автокефалии раскольнической "Македонской православной церкви". Готов ли патриарх Варфоломей войти в историю как родоначальник глубокого кризиса в мировом православии в XXI веке – вопрос, который пока остается без ответа.
В итоге, в декларируемой готовности Константинопольского патриархата удовлетворить националистические капризы нынешнего киевского режима и раскольников не прослеживается наличие содержательных, положительных мотивов.
Ситуацию несколько проясняет выступление митрополита Элпидофора (Ламбриниадиса), прозвучавшее на богословской конференции в Салониках в мае 2018 г. В нем представитель Константинопольского патриархата, анализируя итоги Критского собора, заявил о намерении созвать новый всеправославный собор: "...мы должны провести собор, держа в уме, что он будет Вселенским Собором Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви". Цели, которые Фанар ставил перед Критским собором так и не были достигнуты. Напомним, что собор на Крите, который греки готовили более полувека, должен был, согласно планам патриархата, утвердить первенство Константинопольского патриархата в семье православных церквей. Это позволило бы Константинопольской кафедре официально представлять православие на международной арене, в частности, в контактах с другими конфессиями, выступать арбитром в межцерковных спорах и проч. Однако, как известно, 4 поместные церкви отказались от участия в соборе. В "срыве" собора греки продолжают обвинять РПЦ.
Не исключено, что созвать новый собор в Стамбуле планируют до 2025 г., когда наступит юбилейная дата – 1700-летие Первого вселенского собора. В таком случае, греки стремятся добиться от Московского патриархата железных гарантий того, что "Крит-2016" не повторится и все церкви примут участие в новом соборе. Возможно, что именно в этом и состоят условия, выдвинутые Патриархом Варфоломеем перед патриархом Кириллом. Это только предположение. Но по сравнению с Украиной, проведение "Вселенского собора", как заявил митрополит Элпидофор, является более важной, стратегической целью. А "украинский вопрос" тогда выступает лишь инструментом давления на Москву.
Второе произошедшее событие, Синаксис, подтверждает мысль о том, что Константинопольский патриархат стремится к признанию своего первенства и повышает ставки в переговорах с РПЦ. На сайте Украинской православной церкви в США, находящейся в юрисдикции Константинопольского патриархата, приводятся выдержки из обращения патриарха Варфоломея к участникам Синаксиса. В нем присутствует несколько важных моментов. Во-первых, глава Константинопольского патриархата в очередной раз заявил, что не признает законность вхождения Киевской митрополии в состав Московского патриархата в 1686 г., равно как и юрисдикцию РПЦ над Украиной. "Томос, который провозглашает Москву Патриархатом, не относит регион сегодняшней Киевской митрополии к юрисдикции Москвы", – сказал патриарх Варофломей. Однако, такая позиция Константинополя не является новой. Ей без малого уже 100 лет.
Во-вторых, глава Фанара намекнул на готовность рассмотреть апелляцию Филарета о признании недействительной анафемы, наложенной на него РПЦ. В данный момент личность отлученного от Церкви Филарета является фактором, сдерживающим Фанар от активных действий.
Здесь налицо прослеживается стремление греческого патриархата поставить себя выше остальных поместных церквей и их решений. Собственно, остальные части выступления Варфоломея об этом красноречиво свидетельствуют. По словам патриарха "начало Православной Церкви – это Константинопольский патриархат... Митрополит Гортины и Аркадии Кирилл был прав, когда говорил, что "православие не может существовать без Вселенского патриархата"... если Вселенский патриархат самоустраняется от межцерковных дел, то поместные церкви будут как "овца без пастыря". К сожалению, папистские замашки Константинополя также имеют почти вековую историю.
Состоявшийся Синаксис никаких решений не принимал. Основная его цель – "проинформировать митрополитов и архиепископов Вселенского патриархата о текущих церковных делах". Решения, видимо, будут приниматься на следующем заседании Синода Константинопольского патриархата в октябре 2018 г. То, какими они станут, зависит от нескольких факторов.
Во-первых, от ответных действий Московского патриархата. Смогут ли наши иерархи предложить весомые контраргументы патриарху Варфоломею, упреждая его от непродуманных шагов? Собственно, высказанное в Стамбуле, согласно сообщениям некоторых СМИ, предложение патриарха Кирилла провести международную конференцию для изучения исторических обстоятельств вхождения Киевской митрополии в состав Московского патриархата, представляется конструктивным. Оно демонстрирует открытость РПЦ к диалогу и готовность выработать совместную позицию по оспариваемому Константинополем вопросу.
Во-вторых, немаловажно то, насколько сильным будет вмешательство внешних сил, в частности США. Поскольку, если политические элиты за океаном усилят давление на Фанар, побуждая его к действиям, направленным на легализацию раскола и отторжение украинской части Русской Церкви, то шаги Константинополя, скорее всего, будут следовать исключительно политической конъюнктуре. Не секрет, что Вашингтон рассматривает Россию в качестве своего геополитического противника и предпринимает разнонаправленные попытки ослабления Москвы. Создание же "Единой пометной церкви" направлено на разрыв духовных связей Украины и России, о чем открыто заявляют идеологи и сторонники этого антирусского проекта.
В-третьих, не менее важным является вопрос о том, возобладает ли здравый смысл у греческих иерархов, и непосредственно у патриарха Варфоломея. Завершая работу Синаксиса предстоятель Константинопольской церкви отметил: "Мы боремся за единство и стабильность Православия и за общецерковное свидетельство... Вселенский патриархат имеет обязанность хранить единство, координировать межправославные отношения и всеправославные инициативы". Остается надеяться, что Константинополь своими действиями не разрушит то самое церковное единство, блюсти которое он сам себя обязал.
По материалам источников: Православие.Ru
