Русская Идея в отражении XXII Всемирного Русского Народного Собора

Отрадно, что идеи проектов, разрабатываемых МОО "Русское Собрание", находят подтверждение в тезисах XXII Всемирного Русского Народного Собора ...

1 ноября под председательством Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла прошел XХII Всемирный Русский Народный Собор, посвященный теме "25 лет по пути общественного диалога и цивилизационного развития России". В работе Собора принял участие и Президент России Владимир Путин.

Общим собранием МОО "Русское Собрание" от 10 октября 2018 года, состоявшегося в Союзе писателей России, принято решение о разработке программных документов, относящихся к ключевому вопросу – национальной идеологии. В частности, есть проекты Манифеста "Русского Собрания" под разными названиями ("Манифест", "Грамота", "Программа созидания России"). Один из проектов, разработанный в конце октября этого года, то есть, до XXII ВРНС, может вылиться не просто в документ "Русского Собрания", но в "Русский Манифест", потому как ведет речь о сути русского консерватизма, традиционализма, Национальной Идее России.

С удовлетворением хочется отметить, что разработанные проекты, базируются на принципах и смыслах, отраженных в центральных, относящихся к базисным для понимания цивилизационного развития России, документах XXII ВРНС. А таковыми, считаю, были – Слово Святейшего Патриарха Кирилла, ответное слово Патриарха на выступление члена Президиума ВРНС, академика Национальной академии наук Украины П.П. Толочко, доклад первого заместителя председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Александра Щипкова. Соборное слово XXII Всемирного Русского Народного Собора во многом закрепило, выраженное в выступлениях на Соборе.

Выделю несколько тезисов.

Святейший Патриарх Кирилл:

" – Многие идеи, впервые прозвучавшие на Соборе, получали дальнейшее развитие за его пределами. К примеру, вопросы духовно-нравственного возрождения России, вопрос о русских как о крупнейшей в мире разделенной нации, о необходимости поддержки соотечественников, оказавшихся за новыми границами Российской Федерации.

- Собором (XVIII ВРНС – А.С.) была принята "Декларация русской идентичности", где утверждалась идея культурного и ценностного измерения русскости.

- Неотъемлемая часть русской идентичности, русского мира, русской души – это чувство справедливости. Существует большой разрыв между богатыми и бедными странами, между так называемым "глобальным Севером" и "глобальным Югом"... Тема справедливости звучала еще тысячу лет назад в Слове митрополита Илариона "О законе и благодати". Звучала в прозе Достоевского, Лескова, Распутина и многих других наших замечательных писателей и поэтов. Справедливость – это сердцевина высшего Божественного нравственного закона.

Важно напомнить, что именно с соборной трибуны впервые отчетливо и ясно прозвучал призыв не противопоставлять религиозную и светскую культуру, а искать пути сотрудничества и диалога, отличая при этом подлинный творческий поиск от сознательного кощунства, от проявлений воинствующего агрессивного секуляризма.

- Вопрос о цивилизационной идентичности – это не вопрос какого-то изоляционизма или превосходства, или противопоставления себя остальному миру. Это, прежде всего, вопрос единства нашего цивилизационного пространства, во многом совпадающего с канонической территорией нашей Церкви, где живут представители различных государств, национальностей и вероисповеданий.

- Очень важно, что в последнее время Собор фокусируется на таких проблемах, как вызовы глобализации, агрессивного секуляризма, трансгуманизма.

- Узкая парадигма Нового времени говорит о глобализации как неизбежном процессе. При этом под словом "неизбежность" скрывается легитимизация западного принципа глобального развития, чертами которого являются либеральный секуляризм и современные формы колониализма. Поэтому кризис современного мира – это кризис ценностей Нового времени.

- Церковь не претендует на то, чтобы предложить некий единственно правильный выход. Но она может напомнить о том, в чем состоит главная ошибка Нового времени. Эта ошибка – в отказе от традиции, то есть от системы передачи ценностей от поколения к поколению, которая формирует цивилизационный код народов с его культурными, духовными и религиозными парадигмами, опирающимися на Богом данные, а потому и неизменные нравственные ценности.

- Совершенно очевидно, что Украина, которую называли в царское время Малороссией, была названа так не потому, что кто-то хотел ее унизить и подчеркнуть значимость Великороссии, но потому что все, кто знал историю, всегда сознавали, что Киев – мать городов русских, источник русской цивилизации. Поэтому название "Малороссия" можно сопоставить с тем, как мы говорим сейчас об исторической Москве и Большой Москве... Вот так же и Малороссия, и Большая Россия. В самом этом названии есть указание на огромное цивилизационное значение южнорусских земель, откуда действительно пошла Русская земля... Когда византийцы использовали наименование "россы", они имели в виду, конечно, не какое-то отдельное славянское княжество, – они имели в виду все это огромное пространство от Черного до Балтийского моря. Конечно, то, что сейчас происходит, – это очень опасный политический процесс. Но в его основе – ложная историософия и подтасовка исторических фактов.

- Однако гонители Церкви (речь идет об Украине – А.С.) ушли в исторические небытие, а все попытки искоренить христианскую идентичность обернулись крахом. "Нас почитают умершими, но вот, мы живы; нас наказывают, но мы не умираем; нас огорчают, а мы всегда радуемся" (2 Кор. 6:9–10). Эти слова апостола Павла, сказанные почти две тысячи лет тому назад, дают нам возможность с надеждой смотреть в будущее. Гонения на христиан в Римской империи завершились торжеством Церкви при святом императоре Константине Великом. Репрессии богоборческих властей в ХХ веке также не смогли искоренить Православие. Напротив, после десятилетий преследований и дискриминации началось духовное возрождение, народ вернулся к вере.

- Возможен ли третий путь? По всей видимости, возможен, если из процесса глобализации исключить попытки создания единой для всего мира философско-идеологической основы... То будет прагматическая глобализация, не посягающая на души людей, но стремящаяся к установлению эффективного и по возможности справедливого мироустройства.

- Нравственный выбор – это то, что всегда принадлежит человеку, в каких бы условиях он ни находился. Мы говорим о глобализации и глобализационных вызовах, но нет вещей глобальней, чем человек и его бессмертная душа".

А.В. Щипков:

"- Государство может достичь подлинного суверенитета и мирового лидерства только в том случае, если его внутренняя и внешняя политическая повестка совпадает с национальными традиционными ценностями. Это – главный тезис моего доклада, который я назвал "Новый русский консерватизм".

- Неолиберальная система явно не справляется с ситуацией в современном мире. Пределы глобализации достигнуты...Сегодня эта модель приготовила для ее носителей своеобразный "капкан". Она уже не способна предложить миру новые смыслы. Отказавшись от своего христианского фундамента, глобальный Север, в конечном счете, утратил важную ценностную базу, а с ней и свою подлинную идентичность...

- Претензии либерализма на универсальность общественной модели оказались ложными, обернулись утопией.

- В мировом масштабе нас ждёт трансформация политических институтов и смена той идеологии, которая сегодня их обслуживает.

- Россия занимает особое положение... И западническая, и евразийская идеи учитывают лишь одну из сторон нашего самопозиционирования. Но на самом деле Россия не Север и не Юг, а Центр. В первую очередь мы имеем в виду не экономический центр, а ценностный, который может завоевать мировой авторитет.

- Если Россия займет таковое место в мире и продолжит укрепление суверенитета, то она окажется главной частью Центра. Это означает, что именно ей предстоит взять на себя историческую роль – преодоление внутреннего исторического разрыва Запада, который произошел в 18 веке... России предстоит на собственном примере воссоздать эту целостность, уйти от ложного противопоставления современности и традиции.

- Популярная и востребованная идея цифрового социума – только инструментарий. Она полезна для решения технических задач. Но цифра, взятая в качестве идеологии, лишь откладывает принятие решений. Потому что решение всегда лежит в сфере смыслов...

- Европейские и американские философы последнее время всё чаще говорят о так называемом "консервативном повороте". Но само понятие "консерватизм" требует объяснения.

- Размытость самоопределения делает консерватизм предметом спекуляций. Его нередко воспринимают просто как некую респектабельность – и только... Сегодня консерватизм – это не идеология. Идеологией он станет тогда, когда сформулирует свою собственную ценностную базу...

В то время как либерализм утрачивает свою ценностную базу, консерватизм ее формирует, отделяя от себя все виды радикализма.

- Традиционные ценности в рамках консерватизма имеют расширительную трактовку. Речь идёт не о конкретной традиции, привязанной к некой эпохе, стилю, форме, а о связи разных эпох и непрерывности исторического, социального и религиозного опыта русского народа. Речь идёт об опыте, который противостоит идее модернистских революционных "разрывов" и "сломов".

- И здесь неизбежно встает вопрос о ценностях. Любое поведение человека – это приоритеты, это выбор. Выбор всегда связан со шкалой ценностей. А где ценности, там и сакральность. Потому что только сакральность делает ценности абсолютными и неоспоримыми. Наши ценности сформулированы в Десяти заповедях и Заповедях блаженства.

- На международном уровне государство может занять лидирующее положение, если сможет предложить свою повестку, а с ней и свои ценности – окружающим его субъектам. То есть предложить миру повестку, основанную на собственных, а не заимствованных ценностях.

- Именно эту задачу и этот тезис мы можем назвать определяющим критерием нового русского консерватизма".

Проектами документов МОО "Русского Собрания" и изложена "ценностная база консерватизма", о чем говорит А.В. Щипков на основе "конкретной традиции, связи разных эпох и непрерывности исторического, социального и религиозного опыта русского народа". Только, думается, что лучше уйти от термина "новый" русский консерватизм, а обозначить просто – русский консерватизм. Тем более, что Александр Щипков говорит о сакральности, которая всегда была присуща традиционализму (русскому консерватизму) и о "ложном противопоставлении современности и традиции". Любое прилагательное к "русскому консерватизму" – излишне. Либо нужно четко пояснить, что под "новым" имеется в виду неизменный во времени русский консерватизм (традиционализм), но в новых условиях. Чтобы не возникало соблазнов привнесения "инноваций" в эсхатологические сакральные ценности русской цивилизации. Ибо, как сказано в проекте Русского Манифеста: "Выдумывать Национальную Идею не нужно, она уже изложена нашими великими предками, её нужно лишь оформить, законодательно принять государством и следовать ею".

И далее из проекта Русского Манифеста: "Духовно-исторические истоки мы видим в русских учениях о России как "Новом Иерусалиме", в соответствии с которыми, Россия Самим Господом избрана проводить в мир свет истины и правой веры, должна нести особую ответственность за сохранение Божиих Заветов. Мы основываемся на заветах Отцов Церкви, великих русских мыслителей XIX – начала XX столетий, славянофилов, почвенников и русских консервативных мыслителей... Путь развития России в XXI веке должен и может лежать через восстановление традиционных идеалов, традиционных ценностей, традиционных религий. Этот путь уже давно обозначен в учениях, собирательными наименованиями которых являются понятия "русский консерватизм", "русский традиционализм" и "правая идея" в истинном ее понимании – сторонников сильной государственности, религиозной традиции и национальной культуры".

Говоря о прошедшем XХII ВРНС, также следует напомнить о состоявшемся 31 октября 2018 года, накануне XXII ВРНС, заседании секции Собора "Литература подвига – залог единства народов" в Союзе писателей России, проведенную под председательством митрополита Екатеринбургского и Верхотурского Кирилла, председателя Союза писателей России Н.Ф. Иванова и члена бюро Президиума ВРНС С.И. Котькало.

Из Резолюции секции:

"- Важной задачей современной литературы остается Русский вопрос. Он сегодня главный не только в национальной, но и в нашей внутренней, а во многом – внешней политике. Без учета "русского фактора" невозможно выполнение ни одной из поставленных стратегических задач или "национальных проектов".

- Присущие русским черты национального характера – жертвенность, открытость, трудолюбие, терпимость и стойкость в борьбе с невзгодами – стали важным условием того, что русские сумели сплотить вокруг себя многие другие народы, жить с ними в дружбе и добрососедстве...

- Русские – единственные из "многонационального народа России", в отношении которых по-прежнему не разработан и юридически не определен механизм защиты национальных интересов.

- Быть русским сегодня не выгодно в России. Гораздо больше финансово-экономические возможности у национальных меньшинств, чьи социально-экономические и политические права закреплены, в частности, в Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств. Однако в этой Конвенции содержится положение, в соответствии с которым "любое лицо, принадлежащее к национальному меньшинству, соблюдает национальное законодательство и уважает права других лиц... принадлежащих к большинству населения".

- Принципиальное внимание нужно уделить вопросам правового обеспечения положения русского народа как на федеральном, так и региональном и местном уровнях, реального равноправия большинства и меньшинства... требовать прекращения преследования издателя, историка О.А. Платонова".

Из материалов XXII ВРНС видно принципиальное различие понимания вопросов "цивилизация", "народ", "нация", вкладываемые участниками Собора, и реализуемой в настоящее время Стратегии государственной национальной политики, ориентированной на искусственное создание "гражданской российской нации", по сути – плавильного котла для русских.

В проекте Русского Манифеста на эту тему сказано следующее: "Русский народ – это государствообразующая нация среди других российских народов, объединяющая все народы России в единое целое, Русскую цивилизацию, в истинную "цветущую сложность". Русский народ нашими общими усилиями вновь должен обрести высокий духовный смысл своего бытия... Мы обращаем внимание на абсолютно верное определение русской идентичности, данное 18 съездом Всемирного Русского Народного Собора. Что такое русскость? И с культурной точки зрения, и с этнической – все в том определении. Русский – считающий себя русским, говорящий и думающий на русском языке, признающий православие основой духовной культуры (но не обязательно православный). И неправославным этническим русским не отказывается в русскости, потому как всегда такой человек потенциально имеет возможность стать православным по духу. И любой этнически нерусский и/или неправославный, приобщаясь к русской культуре, может стать русским в этом совершенно верном понимании русской идентичности 18 ВРНС. Если русские, как известно, вбирали в себя нерусских этнически не по крови, а по состоянию души, то это и есть главное обоснование, что русские не просто народ, но и – нация. В этом – необходимое условие для единения всего государства".

Проекты документов МОО "Русское Собрание" также содержат иные базисные установки и основополагающие принципы Русской цивилизации, в той или иной степени нашедшие отражения на ВРНС. В частности – соборность, общинность русского народа, имперские устремления России, "Православие. Самодержавие. Народность", иные.

Речь за малым – принятием Русского Манифеста и предложением его в качестве руководства к действию нашим государством.