Настоящая церковь не создается государством

Рассмотрим последние новости с "религиозного фронта" на Украине, где прошла "интронизация" главы новой, созданной президентом Порошенко так называемой "православной церкви" Украины (ПЦУ). Интересно, что политическую направленность этого действа сразу же по его завершении раскрыл сам виновник торжества – 38-летний гражданин Украины Сергей Петрович Думенко, в возглавляемой им структуре откликающийся на кличку "Епифаний". Сразу же после интронизации "Епифаний" заявил, что уничтожение на Украине Русской Православной Церкви (РПЦ) будет важнейшим условием военной победы назначившего его "главным православным на Украине" режима.

"РПЦ имеет большое влияние [на Украине], – заявил Епифаний. – И мы верим в то, что когда мы объединимся, все православные украинцы в единой поместной православной церкви, завершится война на Донбассе и Крым будет возвращен Украине. Потому что Путин потеряет здесь, в Украине, ту поддержку, которую он имел до этого времени. Ибо если бы он не имел этой поддержки, то не было бы войны на Донбассе".

Думенко сам не заметил, что высказал "еретическую" для майдановского режима мысль: если бы не было недовольных внутри Украины, никакая "агрессия Российской Федерации" не отколола бы от Киева русскоязычные регионы со столицами в Донецке и Луганске. Здесь он сказал правду. А вот в своем высказывании насчет политических дивидендов от уничтожения канонической Украинской Православной Церкви – в этом своем высказывании он ошибся.

Даже если отложить моральную и каноническую сторону данной истории, даже если попытаться посмотреть на происходящее глазами украинского президента Порошенко – то есть исключительно циничным, прагматичным взглядом – все равно становится ясно, что решение майдановского режима вступить в конфликт с канонической Церковью – это огромная ошибка. И, возможно,  ошибка эта в политическом смысле станет для Порошенко убийственной.

Как показали события двадцатого века, Церковь в качестве сообщества верующих является структурой очень стойкой и консервативной. В свое время большевики полностью переделали Россию: её экономику, науку, искусство, образование – но даже они вынуждены были смириться с существованием Церкви и с наличием в стране верующих людей. Сначала, в двадцатые годы, сохранялся выходной день на Пасху, сохранялось празднование Рождества. Потом, после нескольких "безбожных" пятилеток, Сталин в 1943 году был ВЫНУЖДЕН разрешить "церковникам" избрать их Патриарха, были восстановлены семинарии и духовные академии. Православная Церковь не благославляла верующих на гражданскую войну, она отказалась от роли "политрука" белых или тем более красных. Но она оказалась исключительно живучей силой, пережившей своих врагов – и большевиков, и атеистов "либерального" склада (покаяние масона Керенского перед смертью можно считать одной из маленьких моральных побед христианства над безбожием). Церковную систему можно считать громоздкой, но ей не откажешь в устойчивости: церковь – старейшая из действующих организаций, она существует почти 2 тысячи лет.

А Порошенко решил сам создать для себя новую церковь, а старую, настоящую, – уничтожить. В итоге своими действиями Порошенко настроил против себя эту мощную структуру и стоящие за ней миллионы верующих. Последние события показывают: Порошенко совсем не понимает, что такое Церковь. Ему, очевидно, кажется, что Церковь – это обычная общественная организация, клуб граждан с одним и тем же хобби, как какая-нибудь федерация собирателей икон или союз любителей старорежимного хорового пения.

Если бы это было так, действия Порошенко укладывались бы в обычную логику: да, люди слабы,  через финансовое давление, судебные иски или аппаратные интриги их можно заставить принять посаженного "сверху" лидера. А потом – поменять устав, убрать из такой организации нежелательных для власти людей. Это работало на Украине и с партиями (одни "регионалы" чего стоят), и со всякими писательскими организациями. Но с Церковью такое не сработает.

Настоящая Церковь не создается государством: как бы высокопарно это ни прозвучало, она создается Христом, а поддерживается верующими. И если государство пытается создать церковь, выгодную ему, то она существует очень недолго – обычно до тех пор, пока идет финансирование. Близкий пример: когда большевики в раннесоветской России боролись с Православной Церковью, они создали лояльную им квази-церковную структуру "обновленцев". В отличие от "тихоновцев" (приверженцев гонимого патриарха Тихона, избранного по всем канонам и признанного ныне святым) "обновленцы" были обласканы властью, у них было множество храмов. Но именно потому, что обновленческая "церковь" была создана искусственно, люди в нее не пошли – остались в "отсталой" канонической Церкви. Почему? Да пому что если человек не верит в Бога ти не связан с православной традицией, то он может найти себе занятие получше посещения неканонических "богослужений". А если человек – верующий, то он потребует себе настоящую Церковь, со всеми ее "средневековыми" таинствами.

В итоге "церковь" обновленцев рухнула, хотя она имела огромное количество храмов (в некоторых регионах большее, чем традиционная церковь) и хорошую финансовую подпитку. Обновленческая "церковь" не выжила, просуществовав всего несколько лет, поскольку ее "прихожане" ушли на куда более зеленые пастбища официально одобренного атеизма.

Церковь сильна верой, а государство не может произвольно, какими-то своими решениями создавать или убирать веру, особенно веру в Иисуса Христа. Государство может подтолкнуть людей к тому, чтобы они поверили в социализм или, наоборот, в капитализм – в какую-то идеологию. Но когда есть известная, традиционная, многовековая религия, которой и является христианство, то государству очень сложно определять к ней отношение людей. А убежденных христиан, особенно людей в возрасте, составляющих основу прихожан, заставить "верить" во что-то им непривычное и вовсе невозможно. Эти люди хорошо отличают, что идет от Христа и апостолов (ставших основой Церкви), а что – нет. Кесарю кесарево, а Божие Богу, что как раз и означает отделение церкви от государства. Поэтому Порошенко, создав, как ему кажется, "новую церковь", (что, разумеется, не так)  противопоставил себе огромную, мощную силу, которая уже пережила за тысячу лет гонителей куда сильнее и умнее Порошенко. И нет никаких сомнений, что Православная Церковь переживет и самого Петра Алексеевича. В этом смысле не явившийся на "интронизацию" Думенко из-за внезапного недомогания лже-патриарх Михаил Денисенко – живой символ бренности и физической уязвимости бездуховной жизни. Уж ей-то точно не одолеть каноническую Церковь.

По канонам Православной Церкви, человек может стать священником только в том случае, если его рукоположит епископ, который, в свою очередь, был рукоположен другим епископом. И так повелось от Христа, который рукоположил своих 12 учеников. В Православной Церкви это называется апостольской преемственностью. И это очень важно. В "церкви", которую создал Порошенко, нет апостольской преемственности: Михаил Денисенко был епископом, но он отлучен от Церкви, поэтому на него апостольская преемственность давно перестала распространяется. Все епископы вокруг него, с точки зрения православного человека, епископами не являются, и продолжать преемственность они тоже не могут – новых священников от них не будет, рукополагать не могут. А значит в новой "церкви" настоящему верующему не к кому будет приходить исповедоваться, не у кого крестить детей – в этом вся проблема.

Порошенко надеется, что путем экономического давления – костлявой рукой голода или отъемом церквей – он заставит митрополита УПЦ Онуфрия подчиниться. Митрополит Онуфрий держится, но даже если украинскому президенту удастся его запугать, это будет лояльность внешняя, к государству, но ни в коем случае не к "ПЦУ". Верующие люди и священники могут дать кесарю кесарево, но не могут отдать Божие кому-то еще, какому-то идолу. Порошенко, как минимум, продемонстрировал ограниченность своего образования, когда показал, что он этого не понимает.

В итоге получается, что даже если отодвинуть в сторону такие значимые вещи, как мораль, совесть, каноны, создание "ПЦУ" – это огромная ошибка даже с чисто политической точки зрения. Порошенко разбудил спящего "гиганта", который, может быть, и не трогал бы его, но теперь вынужден оказать прямое сопротивление.

По завету апостола Павла, христиане к любой власти стараются относиться лояльно, стремясь к евангелизации жизни, а не к политической власти. Но если власть идет против Бога, запрещая книги, сажая людей в тюрьму за веру, создавая неканонические церкви, то "павловский" принцип "любая власть от Бога" на такую власть не распространяется. Украинская Православной Церковь вынуждена будет занять такую позицию – из-за действий майдановской власти. И тогда Порошенко рано или поздно ощутит ее мощное, непоколебимое, хотя и не связанное с военной силой сопротивление. Советская власть такого сопротивления в конце концов не выдержала.