Удивительное впечатление оставляет буддийский монастырь во время большой службы. В расцвеченном сотнями красок и благоухающем экзотическими ароматами храме сотни прихожан крутят молитвенные барабаны и читают мантры, монахи играют на древних инструментах, звуки которых слышны далеко в округе, а за всем этим наблюдает с возвышения в центре храма золотой Будда.
ДЛЯ РУССКИХ буддизм остается чем-то далеким и загадочным. Мы знаем только, что где-то в Тибете живет далай-лама, а буддистские монахи проводят свои дни в медитации, сидя в позе лотоса и пытаясь проникнуть в суть всего сущего. Между тем одна из колыбелей буддизма находится совсем рядом с нами, в Калмыкии. Статуя Будды в центральном парке Элисты, буддийские символы и скульптуры на улицах столицы оставляют приезжих в недоумении.
В Россию учение Будды проникло в начале XVII века благодаря переселению предков калмыков - ойратов из Центральной Азии на низовья Волги. У нас распространился тибетский буддизм (ламаизм), основанный на объединении в общины монахов - лам. Ойраты приняли ламаизм в связи с завоеваниями Чингисхана, и с тех пор новая религия начала долгую борьбу с шаманскими верованиями. К XIX веку буддизм окончательно утвердился на калмыцких землях, а к началу XX века на территории Калмыкии было построено несколько сотен буддийских храмов - хурулов.
В 1937 году по указу Сталина был разрушен последний хурул Калмыкии. Монахи разъехались: в Непал, Тибет, Монголию. Самые смелые остались в глухих калмыцких деревнях и получили возможность открыто поклоняться Будде только в восьмидесятые годы. Сейчас в Калмыкии около ста лам. Помимо проповедей, они занимаются преподаванием, медициной и астрологией. И многие калмыки до сих пор верят им больше, чем "мирским" специалистам. "Каждая религия впитывает какие-то национальные черты, - говорит лама Улзийбат Гончичжав, приехавший в
Элисту из Монголии. - Калмыцкий буддизм не исключение".
Лама Гончичжав представляет общину "Чиндмн" (в переводе с монгольского - "сокровище"). Он "специализируется" на астрологии и медицине и преподает тибетский язык, а его "резиденция" находится в обычном гостиничном номере в Элисте. Ежедневно на прием к ламе приходит до тридцати человек: просят помочь советом, составить личный гороскоп, излечить хвори... Ламу посещают не только буддисты, он охотно помогает христианам и мусульманам: "Главное, чтобы человек во что-то верил. Безверие - самый страшный грех в буддизме". Люди говорят, что травами и кореньями лама Улзийбат лечит не хуже современных врачей, а его астрологические прогнозы всегда сбываются.
В 1988 году буддизм стал в Калмыкии официальной религией. Верующие свободно создают общины, государство восстанавливает храмы, монахи возвращаются на родину. В 1996 году на окраине Элисты был восстановлен центральный хурул Калмыкии, благословленный самим далай-ламой. По внешнему виду он не отличается от тибетского храма: это двух - или трехэтажное здание в форме пагоды, украшенное изображениями божеств тибетского пантеона. В храм позволяется входить человеку любого пола и вероисповедания, однако в калмыцком храме действуют свои правила. Во-первых, входить в храм нельзя справа или по центру. Пройдя по дорожке с левой стороны, нужно покрутить священные барабаны джэмбе. Они стоят в ряд по обеим сторонам от храма, а внутри них напечатаны молитвы. В буддизме их рекомендуют читать только на тибетском языке (так же как в христианстве - на церковнославянском), но немногие калмыки владеют тибетским. Считается, что если человек покрутит барабаны, молитвы уже в "переведенном" виде вознесутся к небу.
Войдя в левую дверь хурула, гость попадает в красочную страну буддистских божеств. Стены храма всегда расписывают монахи, и в элистинский хурул специально приезжали художники из тибетских монастырей. На стене у входа, украшенного колоннами из разноцветного шелка, изображен Белый Старец - по преданию, он сотворил мир и покровительствует всем живущим. На других стенах - изображения Будды и других божеств. Здесь представлена вся цветовая палитра, кроме черного цвета - буддисты заменяют его темно-синим. По центру расположены столы для приношений и обрядов. Ламам запрещается давать деньги, но каждый верующий может принести в дар храму и его жителям что-нибудь из еды или посуды. Сами ламы с удовольствием угощают гостей печеньем и святой водой.
В хуруле положено находиться без обуви и никогда не поворачиваться спиной к Будде. Его полутораметровая статуя, изваянная из белого уральского мрамора и покрытая позолотой, занимает центральное место в храме. Со своего возвышения, украшенного живыми цветами и тканями с древними символами Сиддхартха, с улыбкой взирает на прихожан. У подножия статуи - фотография наместника Будды на земле его святейшества далай-ламы Х1УТэнзина Гьяцо.
Собственно храм находится только на первом этаже. Второй этаж хурула отведен под хранилище для священных предметов и комнаты монахов. Кроме лам при монастыре живут послушники, обучение которых начинается в возрасте от пяти до десяти лет. Ученику, давшему обет, обривается голова, вручается монашеская одежда и присваивается буддийское имя. Только к двадцати годам перед молодым монахом появляется возможность стать профессиональным ламой.
"Здесь живут шестнадцать лам, на лето некоторые из них уезжают в другие монастыри - так принято в ламаизме, а их место занимают монахи из других стран", - рассказал лама Туптэн, приехавший в Элисту из Тибета. Он стал монахом в девять лет и с тех пор проводит зиму в родном монастыре, а в остальное время разъезжает по свету. Лама Туптэн провел нас по кельям монахов, в которые можно зайти без разрешения и даже что-нибудь взять на память - это считается не кражей, а благословением хозяина кельи. Главное условие - не поворачиваться спиной к выставленным у окна святыням.
Распорядок дня у калмыцких буддистов не слишком строгий. Им даже можно жениться. Другое дело Тибетский монастырь, где монахи отводят на сон максимум пять часов, дни проводят в молитвах и учебе, а жизнь - в безбрачии. "В Калмыкии пока не установили таких строгостей, и без того очень немногие готовы стать монахами, - поделился лама Туптэн. - Ламы здесь ведут европейский образ жизни, распоряжаясь своим временем по собственному усмотрению". Пока в Калмыкии больше приезжих монахов, но с каждым годом все больше людей отдают своих сыновей в буддийские школы: профессиональный лама, во-первых, получает прекрасное образование, а во-вторых, монахам платят неплохое жалованье. Вокруг элистинского хурула планируется построение целого буддийского комплекса. В центре Элисты собираются восстановить еще один храм, а в дальнейшем возвести хурулы в каждом калмыцком селе. Буддизм в республике обретает свое второе рождение, а вместе с ним возрождается внушительный культурный пласт, отражающий национальное самосознание калмыков, - один из древнейших народов вновь обретает свою самобытность.
Парламентская газета 12.11.2004
