"Южный федеральный". Сергей Бережной. Радикальный исламизм на юге России

Политизация и радикализация ислама по-прежнему остается одним из главных факторов террористической угрозы на юге России.

Использование террористическими группировками радикальной исламистской идеологии свидетельствует о наличии нерешенных проблем в местном мусульманском сообществе. Распространению фундаментализма, особенно в его крайней радикальной и экстремистской «ваххабитской» форме, объективно способствует целый комплекс негативных факторов: социально-экономические проблемы, межнациональные противоречия в ряде регионов ЮФО, наконец, влияние зарубежных исламистских и откровенно террористических организаций.

В настоящее время адептов радикального исламизма в регионах Южного федерального округа можно условно разделить на три группы. Во-первых, это члены незаконных вооруженных формирований, действующие как на территории Чеченской Республики, так и стремящиеся создать очаги напряженности в соседних регионах. Несмотря на то, что большинство участников банд трудно назвать «борцами за веру», они играют ключевую роль в распространении радикального исламизма в регионе. Оказывая вооруженное сопротивление федеральным войскам и правоохранительным органам, они демонстрируют заинтересованным силам за рубежом, что на Кавказе реализуются основные постулаты радикального фундаментализма: «большой джихад» (война с неверными) и такфир (борьба с мусульманами-отступниками). Именно на поддержку незаконных вооруженных формирований ориентирована основная масса финансовой и иной помощи от радикальных организаций зарубежья. При этом продолжение террористической деятельности делает регион все более привлекательным для структур, входящих в международную террористическую сеть и для тесно связанных с ними криминальных элементов.

Центром действий банд «ваххабитов» остается территория Чеченской Республики. По информации Регионального оперативного штаба по управлению контртеррористической операцией на Северном Кавказе, наемники «прикреплены» к главарям крупных вооруженных формирований для координации их действий не только в Чечне, но и в соседних с ней республиках Северного Кавказа. К настоящему времени даже те отряды, которые возглавляют чеченцы, например, банда Басаева, находятся под полным контролем зарубежных исламистских организаций, от которых они целиком зависят. В частности, банд-группу Д. Умарова контролирует международный террорист Абу Сейф, который входил раньше в состав «серноводского джаамата». На шатойском направлении действует выходец из Марокко, который отличается «особой жестокостью и кровожадностью» даже по признаниям самих боевиков. В Итум-Калинском районе боевиков контролируют два турка и араб. В террористических организациях, действующих в Чечне, Ингушетии и других северокавказских республиках, насчитывается около 300 наемников, в основном - выходцев из Саудовской Аравии, Алжира и Иордании, выполняющих в бандах роль инструкторов и казначеев. По сообщению американского еженедельника «Тайм», зарубежные наемники в Чечне «замыкаются» на Абу Мусаба аз-Заркави, которого спецслужбы США считают главным человеком террористической организации «Аль-Каида» в Ираке.

По некоторым данным, деятельность лиц, осуществивших захват заложников 1 сентября в североосетинском городе Беслане, направлялась и координировалась с территории Грузии людьми близкими к руководству организации «Аль-Каида», причем в этом чудовищном террористическом акте был задействован «ваххабит» из КЧР А. Гочияев - организатор взрывов в Москве осенью 1999 года, ныне скрывающийся в Грузии.

Представители НВФ, действующие на территории Чеченской Республики, рассматривают соседние регионы, в первую очередь - Дагестан и Ингушетию, не только как цель для исполнения террористических актов, но и «резерв», откуда можно вербовать сторонников. Религиозность жителей горных сел в совокупности с продолжающимся ростом радикальных настроений, а также массовая безработица и экономическая отсталость этих районов делают местное население потенциально наиболее легко вербуемым даже при минимальной финансовой заинтересованности.

Вторую группу последователей радикального исламизма составляют сторонники так называемого очищения ислама, критикующие традиционную исламскую практику в регионе. Их деятельность является следствием протеста части мусульман против существующего социально-политического порядка в республиках Северного Кавказа, основанного на традиционных социальных связях, где ислам играет роль одного из регуляторов традиционного общества. Идеологической основой укрепления подобных настроений являются интеллектуальные искания некоторых мусульман, прежде всего из числа лиц, получивших образование в мусульманских странах. Их недовольство существующим положением вещей усиливается критическим отношением к местной исламской практике, значительно расходящейся с зарубежными канонами. Члены таких групп становятся потенциальной питательной средой для пополнения вооруженных отрядов боевиков в Чечне и за рубежом и, в свою очередь, получают оттуда необходимую помощь.

Деятельность исламистов заметна во всех республиках Северного Кавказа. Так, в Кабардино-Балкарии, по данным правоохранительных органов, только в столице республики - Нальчике - действуют восемь джамаатов радикальных исламистов.

Также имеет место и устойчивая тенденция «исламизации» криминальных сообществ, которые оценили организованность исламистов и плюсы агрессивной религиозной идеологии. Муфтий КБР Анас Пшихачев категоричен в оценках происходящего в умме Кабардино-Балкарии. По его словам, в республике существуют множество радикальных мусульманских общин, не подчиняющихся Духовному управлению мусульман и призывающих к неподчинению верующих.

Радикальный исламизм не теряет актуальности в Карачаево-Черкесии и юго-восточных районах Ставропольского края. Участники прошедшего 29 июня 2004 года совещания антитеррористической комиссии Карачаевска отметили, что «лидеры «ваххабитов» создают свои отделения на территории республики, стараются взять под контроль учебные заведения, способствуют продвижению на руководящие посты своих представителей».

Можно констатировать, что радикальные группы мусульман есть во всех субъектах федерации Юга России. Не везде их действия можно считать экстремистскими, однако в силу многочисленных проблем и конфликтов внутри официальных мусульманских организаций, такая опасность остается актуальной.

Последним очагом распространения исламизма являются оппозиционные движения в среде крупных объединений мусульман региона. Это вызвано конкуренцией между отдельными группами верующих, объединенных вокруг духовных лидеров, располагающих значительными материальными и людскими ресурсами, за влияние на политическую элиту региона. Подобные противоречия, которые могут носить и этнический характер, часто толкают религиозных лидеров на контакты с умеренными фундаменталистами. Наиболее затяжной характер имеет конфликт между различными фракциями мусульманского духовенства и группами верующих в Дагестане. Здесь к антагонизму традиционалистов и фундаменталистов добавляются противоречия между духовными лидерами, представляющими разные этносы республики.

Противоречия внутри мусульманских общин характерны и для других регионов Юга России. В Кабардино-Балкарии в открытую оппозицию к ДУМ КБР ушла часть молодых священнослужителей, получивших религиозное образование в странах Ближнего Востока. В ответ руководство муфтията апеллирует к властям и правоохранительным органам и находит с их стороны административную и силовую поддержку.

Трагические события 22 июня 2004 года в Ингушетии, в которых приняли участие «ваххабиты» из Чечни, продемонстрировали, что исламский фактор является важным компонентом внутренней ситуации в республике. А последовавшая вскоре отставка муфтия Ингушетии М. Албогачиева, который заявил, что не согласен с политикой администрации президента М. Зязикова, означала и то, что традиционные духовные лидеры предпочли «сохранить лицо» перед радикалами «ваххабитского» толка, которые на волне борьбы с властями обретают все большую популярность среди населения.

Анализ действий руководства духовных управлений мусульман и «официального» духовенства свидетельствует, что мусульманские лидеры видят выход из сложившегося положения в укреплении контактов с органами власти, вплоть до получения бюджетного финансирования для нужд исламских организаций, построения региональных исламских организаций по бюрократическому образцу со строгой иерархией и ответственностью нижестоящих (особенно первичных звеньев общин) перед вышестоящими и, наконец, закрепления за руководством ДУМ права опираться на репрессивный аппарат государства в борьбе с оппонентами, прежде всего радикальными исламистами. Подобная позиция ведет к укреплению «параллельных» официальным исламских структур и объективно способствует политизации и радикализации значительной части верующих. Факты применения силовых мер против сторонников «чистого ислама» имеют многочисленные издержки, вызывают протест и озлобление со стороны верующих.

Таким образом, можно считать, что деятельность незаконных вооруженных формирований в Чечне под «ваххабитскими» лозунгами является проявлением кризиса в мусульманском сообществе региона, составными частями которого являются и радикальные группы внутри мусульманских общин, и внутренняя борьба внутри официальных исламских организаций. Как представляется, реализуемая с конца девяностых годов практика поддержки местными и федеральными властями одной из фракций (традиционалистов) внутри мусульманского сообщества способствует появлению и некоторых негативных тенденций. Наряду со значительным ударом по позициям радикальных фундаменталистов духовные управления столкнулись с тем, что им приходится разделять с властями их просчеты. Критика, часто справедливая, официальных духовных лидеров слабо воспринимается ими в надежде на защиту со стороны администраций, что ведет к дроблению мусульманских общин, радикализации некоторой их части.

Наряду с этим следует отметить, что распространение исламского фундаментализма - тенденция, характерная для большинства государств исламского мира и мусульманских диаспор. Репрессии против верующих, не согласных с так называемой традиционной трактовкой ислама, способны лишь радикализировать их сторонников и толкнуть их в ряды незаконных вооруженных формирований.

Южный федеральный (Ростов-на-Дону) 11.11.2004