На заседании научного лектория "Крапивенский 4" обсудили роль императора Петра I в истории русской мысли

23 февраля 2022 года в Российском православном университете св. Иоанна Богослова в Москве состоялось очередное заседание научного лектория "Крапивенский 4". С докладом на тему "Петр I и его роль в истории русской мысли" выступил заведующий кафедрой русской философии МГУ им. М.В. Ломоносова заслуженный профессор Московского университета М.А. Маслин.

Мероприятие прошло при поддержке Научно-аналитического центра Всемирного русского народного собора и Русской экспертной школы.

Предваряя выступление, М.А. Маслин подчеркнул значимость осмысления роли Петра Великого в истории России. "Петр I – фигура первостепенной важности для русской истории и мысли. При этом, он не прославился какими-то текстами, собственных богословских или философских сочинений он не оставил. Поэтому, говоря о роли Петра Великого в истории русской мысли, в первую очередь имеется в виду резонанс, который он оставил как император, модернизатор и реформатор России", – считает докладчик.

По мнению М.А. Маслина, Петра I можно назвать антиномической личностью. "Это сказалось на его реальном воздействии на историю русской мысли. Уже в XVIII веке можно выделить двоякие оценки личности Петра Великого: позитивную, которая ярко проявилась в работах А.Н. Радищева, и принципиально критическую, нашедшую отражение в творчестве М.М. Щербатова. Эта антиномия была заложена в личности и дальнейшем восприятии личности Петра I в XIX и ХХ веках, она продолжается и сегодня. Однако эти антиномии по-разному воспроизводятся каждым поколением историков и носителей русской мысли. Убежден, что многие такие оценки требуют пересмотра. А.Н. Радищев, будучи, по существу, буржуазным мыслителем и деятелем, воспринимал Петра Великого как модернизатора западнического типа, чем объясняется та восторженность, с которой он его описывал. Прямой противоположностью этой точки зрения можно назвать мнение князя М.М. Щербатова, который был дядей П.Я. Чаадаева и автором запрещенного в России труда "О повреждении нравов России". Это произведение представляет собой критику с православных монархических позиций разновидности того явления, которое позже получит название "просвещенный абсолютизм". М.М. Щербатов подвергает острой критике времена правления Петра I и Екатерины II в контексте "повреждения нравов"".

Началом следующего периода осмысления личности Петра Великого для истории России М.А. Маслин назвал первую половину ХIХ века. "1830-1840 годы ознаменованы знаменитым спором между славянофилами и западниками. Во многих отношениях сложившееся представление об этом мировоззренческом противостоянии подлежит уточнению и пересмотру. Этот спор можно назвать первым публичным столкновением в истории интеллектуальной мысли России двух мировоззрений, которое вышло за пределы "кружковых" споров, что ясно прослеживается по журналам тех лет. Однако хотел бы напомнить, что как славянофилы, так и западники выступали с критикой реформ Петра I".

Маслин напомнил, что одним из первых изложений начал славянофильской доктрины можно назвать произведение А.С. Хомякова "О старом и новом", со времени появления которой атмосфера славянофильских обсуждений и становится фактом общественной ситуации. "Во многом благодаря славянофилам состоялось главнейшее событие ХIХ века – освобождение крестьян от крепостной зависимости, манифест 19 февраля 1861 года родился из недр славянофильской дискуссии. Принято считать, что оценка Петра Великого как ведущей личности для русской интеллигенции появилась в недрах интеллигентского сознания. Эта точка зрения принадлежит псевдореволюционному демократу В.Г. Белинскому – автору многих высочайших оценок Петра I, прославителю его "просвещенного абсолютизма". В.Г. Белинский впервые высказал убеждение, что Петр Великий был главным инициатором русского просвещения, что совершенно меняет стереотипный взгляд на В.Г. Белинского", – полагает историк.

Говоря об отношении к личности Петра I в ХХ веке, М.А. Маслин упомянул исторические события, изменившие угол зрения на петровские преобразования. "Оценки реформ Петра pro et contra с разной степенью интенсивности воспроизводились на протяжении всего XIX века, однако в ХХ веке они получили новое толкование под влиянием ключевых событий революции и Первой мировой войны. Формирование принципиально нового ракурса этой дискуссии принадлежит представителям евразийства. Среди представителей этого течения особого внимания заслуживает оценка идей и личности Петра I Н.С. Трубецким. Н.С. Трубецкой поднимает вопрос о церковной реформе Петра, обладавшей столь долгоиграющими последствиями. Н.С. Трубецкой показал, что ход реформы осуществлялся крайне противоречивым образом. Если говорить о единстве общероссийской культуры, которая, как считалось, была основана на единоверческой культуре славянских народов, то это единство, с пореволюционной евразийской точки зрения, казалось иллюзией, поскольку западнорусская культура и культура московской Руси развивались разными путями. По мнению Н.С. Трубецкого, благодаря этому обстоятельству различие между двумя этими культурами стало столь очевидным, что их пути начинают расходиться, хотя общность византийского культурного преемства не позволяла говорить о том, что это разные культуры. Н.С. Трубецкой определяет их как разные редакции единой общерусской культуры, что и обнаружилось в ходе церковной реформы. После присоединения Украины логика имперского развития поставила вопрос о слиянии этих двух редакций русской культуры. В этой ситуации преимущество оказалось на стороне западнорусской редакции как более "продвинутой" на пути вестернизации, благодаря польско-латинскому влиянию, выразившемуся в организации первых духовных школ в Российской империи и ставших центрами богословского и философского образования по латинскому образцу. Н.С. Трубецкой считает, что это стало причиной развития двух типов ложного национализма в России – имперского шовинизма как подражание немецкому, который внедрял Петр, а также национализма самостийников, разросшегося в послереволюционный период. Сказанное позволяет заключить, что в основе первого национализма, идущего от Петра, было своего рода государственное западничество", – отметил М.А. Маслин.

Историк также отметил, что яркие оценки деятельности Петра I дает протоиерей Георгий Флоровский в "Путях русского богословия", когда пишет об инициаторах и руководителях церковной реформы. "Результат деятельности архиепископа Феофана (Прокоповича) и архиепископа Стефана (Яворского) отец Георгий Флоровский определяет как "псевдоморфозу Православия" – наполнение русского Православия несвойственным ему содержанием", – отметил докладчик.

"Все долгоиграющие последствия церковной реформы дожили и до наших дней, с ними мы имеем дело и сегодня", – заключил М.А. Маслин.

Лекторий "Крапивенский 4" организован Российским православным университетом, Всемирным русским народным собором и Русской экспертной школой. Руководитель лектория "Крапивенский 4" – первый заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, первый проректор РПУ доктор политических наук А.В. Щипков. Лекторий проходит по средам с 18.00 до 19.00. Публикуемые материалы о выступлениях лекторов выражают их личные взгляды, которые могут не совпадать с официальной позицией Русской Православной Церкви.