Истинные "карловчане" с Фруктовой горы

С конца XVI века фрушкогорские монастыри активно налаживают и поддерживают связи с Россией.

Шестнадцать монастырей, расположенных на лесистых склонах Фрушкой горы (Фруктовой), издавна считались сердцем сербского монашества. Местность эта находится в крае Воеводина на севере современной Сербии, в 15 км от Сремских Карловцев, где многие годы размещался центр Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ), которую по названию этого места часто именуют "Карловацкой". Впоследствии центр РПЦЗ был эвакуирован немецкими войсками в Германию, а затем перемещен за океан, в США.

Сербское православие неразрывно связано с русским, а судьба сремских монастырей, которые также называют Сербским Афоном, делает это родство совершенно очевидным. Появление фрушкогорских монастырей относится к периоду между концом XV и первым десятилетием XVI веков. В 1471 г. неподалеку от старинного монастыря Крушедола на южных отрогах Фрушкой горы была основана обитель Гргетег. Согласно преданию, ее основал Вук Гргурович, известный в народных песнях как Огненный Волк.

С конца XVI века фрушкогорские монастыри активно налаживают и поддерживают связи с Россией. В одном из монастырей до сих пор хранятся дары царя Ивана Грозного. В 1699 г. по условиям мирного договора, заключенного между Австро-Венгрией и Османской империей, Сремские Карловцы перешли под власть австрийцев. В условиях многовекового иноземного владычества роль хранителя традиции приняло на себя духовенство. Только Фрушка гора в это время напоминала сербам о том, что они единый народ со славной многовековой историей. Достаточно сказать, что мощи святого князя Лазаря, павшего на Косовом поле в 1389 г., и поныне хранятся на Фрушкой горе в монастыре Вердник.

В конце XVIII века начинается упадок Сремской епархии. Во многом это было связано с тем, что в 1770 г. австрийская императрица Мария Терезия запретила ввоз русских книг. На рубеже XIX и XX столетий сербские источники отмечали плачевное состояние фрушкогорских монастырей. Несмотря на материальные богатства обителей, их религиозно-нравственное значение уже было утрачено, а влияние на сербский народ было ничтожно.

Упадок был вызван не только владычеством австрийцев, но и отношением самих сербов к православию вообще. В своих воспоминаниях митрополит Евлогий (Георгиевский), эмигрировавший в Сербию во время Гражданской войны, рассказывает о любопытном диалоге. На вопрос, заданный сербу, почему он, человек верующий, так редко ходит в церковь, тот отвечает: "В церкви есть поп, попу мы деньги платим, он за нас молится, а у меня дома и без того дела много..." Такое отношение к вере было свойственно сербам и тогда, и сейчас.

После распада Австро-Венгерской империи и восстановления патриаршества в Сербии в 1918 г. начинается возрождение Фрушкой горы, в обителях которой в то время оставалось по два-три монаха. Женских монастырей не было, последняя женская обитель в сербских землях исчезла в начале XIX века. Вот как описывает монашествующих на Фрушкой горе митрополит Евлогий: "Живут они помещиками, в полном довольстве. Теперь они гостеприимно принимают русских беженцев: у них находят приют и генералы, и профессора, и архиереи".

Русские беженцы сыграют значительную роль в восстановлении былого величия Фрушкой горы. Здесь сербы приютили Леснинский женский монастырь. До начала Первой мировой войны он располагался в Седлецкой губернии на Холмской Руси и насчитывал до 700 насельниц. Война заставила монахинь эвакуироваться в Петроград, откуда они переехали в Шапкинский монастырь на Днестре. Но румынские власти после аннексии Бессарабии в 1920 г. в ультимативной форме предложили монахиням принять румынское подданство и совершать службы на румынском. В это время в Сербии митрополит Евлогий поведал о судьбе монахинь епископу Нишскому Досифею, который и поспособствовал переезду оставшихся семидесяти монахинь в Сербию, в монастырь Хопово.

Новая обитель вскоре стала центром духовно-религиозной жизни, туда потянулись паломники. В сентябре 1925 г. здесь проходил съезд Русского христианского студенческого движения, одним из делегатов которого был будущий известный иерарх Московского Патриархата архиепископ Брюссельский Василий (Кривошеин). Леснинское сестричество послужило примером для возрождения женского монашества в Сербии. Через некоторое время здесь было уже тридцать два женских монастыря.

Во Вторую мировую войну монастырь Хопово был разграблен и сожжен партизанами Тито. После уничтожения обители монахини перебрались в Белград. По окончании войны несколько десятков монахинь вернулись в юрисдикцию Русской Православной Церкви и собирались выехать в Советский Союз. Но советские власти разрешения на въезд не дали. В итоге одна часть монахинь была изгнана в Албанию, где и сгинула в середине 1950-х годов, а другой удалось выехать во Францию, где их принял женский католический монастырь в Сен-Клу, на долгие годы ставший их домом.

После окончания Второй мировой войны вновь начинается упадок фрушкогорских монастырей. За годы войны практически полностью были разрушены четыре монастыря. А один из них, Бешеново, использовавшийся в качестве казарм и много раз переходивший из рук в руки, был полностью уничтожен немцами.

При коммунистическом режиме Тито Сербская Православная Церковь постепенно попала под контроль госчиновников. Была создана комиссия по вероисповеданиям, весьма напоминавшая советский Совет по делам религий. Ее возглавил генерал Джурич. В этих условиях представители духовенства, настроенные антикоммунистически, оказались в вынужденной эмиграции. Естественно, все это не могло не сказаться на жизни монастырей и монашествующих.

В результате к началу 1990-х годов в большинстве фрушкогорских монастырей было по три-четыре насельника, и лишь в Гргетеге насчитывалось более десяти человек.

В 1999 г. налеты авиации НАТО не миновали и Сремские Карловцы. Несколько бомб "миротворцев" повредили три монастыря XVI века, расположенные на склонах горы Фрушка.

В настоящее время монастыри постепенно восстанавливаются. Активнее всего строительство идет в Гргетеге. Его нынешний настоятель игумен Досифей много сделал, чтобы вернуть обители ее прежний блеск. Уже восстановлены храм Св. Николая и часовня, посвященная Рождеству Пресвятой Богородицы. Восстановлена из руин колокольня. Обычно колокола для сербских церквей и монастырей отливали в Австрии или Германии, однако игумен Досифей пожелал, чтобы колокола были непременно отлиты в России. В Воронеже для Гргетега были изготовлены четыре колокола весом от 350 до 1200 кг. Впервые их звон разнесся над Сремскими Карловцами на Пасху 2001 года.

01.12.2004