Житель Сербии Любомир Цебич, перенесший тяжелый инфаркт, в течение двух дней находился между жизнью и смертью. Он умирал 17 раз, но врачи его возвращали "с того света". Такого количества "воскрешений" медицинская статистика еще не знала. "Меня посылали к Богу, но они (врачи) возвращали меня назад каждый раз, когда я стоял перед воротами апостола Петра", – сказал Цебич, когда полностью пришел в себя.
Пенсионер из Новосибирска Алексей Ефремов, получивший обширные ожоги, перенес несколько операций по пересадке кожи. Во время одной из них у него остановилось сердце. Вывести мужчину из состояния клинической смерти врачам удалось только через 35 минут – случай уникальный, так как известно, что в обычных условиях срок клинической смерти у человека составляет 3-6 минут. Затем следуют необратимые изменения в головном мозге. Однако у Алексея Ефремова таких изменений не произошло. Он мыслит четко и ясно.
Клиническая смерть – терминальное (пограничное) состояние, при котором отсутствуют видимые признаки жизни (сердечная деятельность, дыхание), угасают функции центральной нервной системы, но сохраняются обменные процессы в тканях. Длится несколько минут, сменяется биологической смертью, при которой восстановление жизненных функций невозможно.
Врачи признают, что клиническая смерть до сих пор является для них загадкой. У специалистов нет единого мнения по вопросу о том, что на самом деле происходит в это время с человеком. Особо яростные споры возникают вокруг так называемого "посмертного опыта", который переживают некоторые люди в момент клинической смерти. Заговорили об этом феномене в 1976 г. после выхода в свет книги доктора Раймонда Моуди "Жизнь после жизни". Моуди собрал свидетельства примерно 150 человек, которые либо сами пережили смерть или близкое к смерти состояние, либо сообщили ему о переживаниях других лиц во время умирания. Одни "умершие" и затем "воскресшие" рассказывали о ярком свете, о встрече с умершими родственниками и друзьями. У других остались в памяти отдельные эпизоды Высшего Суда. Некоторые выходили из физического тела, но оставались в физическом мире около своего тела, или путешествовали по знакомым местам, или же попадали в иную реальность. Книга Моуди наделала много шума и внесла сумятицу в умы как обывателей, так и ученых мужей. Получается, что "загробная жизнь" существует, и смерть – это всего лишь переход в другую сферу жизни, возможно, более светлую, чем жизнь биологическая? Тем паче что Моуди оказался не одинок в своих изысканиях, подобные исследования проводили Е.Кюблер-Росс, К.Дюкасс, А.Форд и другие. И пришли к выводу – смерти нет.
Одним из первых разъяснить феномен "посмертного опыта" взялся советский реаниматолог, академик РАМН В.А. Неговский. "К сожалению, – писал он в статье "Клиническая смерть глазами реаниматолога", – в некоторых зарубежных странах (в частности, в США) у ряда авторов появилась тенденция своеобразно толковать указанные явления как доказательства существования потустороннего мира. Опираются они главным образом на рассказы больных о их переживаниях в предсмертном состоянии (near-death). В качестве довода в пользу загробной жизни некоторые идеалистически настроенные ученые используют содержание рассказов больных, во многом сходные. Довод крайне несостоятельный: патологическая продукция умирающего или оживающего мозга в основном однотипна и не может быть иной у людей разных стран и народов. Ведь речь идет о мозге человека. Уровень эволюционной зрелости этого органа примерно одинаков везде. Структура мозга человека – едина. Это означает, что закономерности его умирания и оживления также однотипны". Кроме того, академик Неговский заявил, что в его реанимационной практике слышать "пространные рассказы оживленных больных об их переживаниях во время терминального состояния" ему не приходилось. К тому же галлюцинации, если и имеют место, случаются во время терминального состояния, но без клинической смерти. При клинической же смерти, объяснил Неговский, "никаких элементов восприятия внешнего мира не существует. Кора мозга в это время "молчит". На электрокардиограмме – прямая линия. Можно предположить, что в процессе оживления после клинической смерти, когда восстанавливающийся мозг проходит в обратном порядке основные стадии, пережитые им во время умирания, на определенном этапе могут возникнуть впечатления, имевшие место при агонии". Неговский, надо сказать, довольно убедительно объяснил феномен "тоннеля с ослепительным светом в конце его". По его мнению, в этом случае имеет место быть "трубчатое" зрение, возникающее вследствие гипоксии коры затылочных долей. Другой российский врач-реаниматолог Николай Губин полагает, что туннель есть следствие токсического психоза. С ним солидарен американский врач Е.Роудин. Нашелся у ученых и ответ на вопрос: почему перед глазами некоторых умирающих проносятся картины всей прожитой жизни. По всей видимости, считают они, процесс умирания начинается с более новых структур мозга, а заканчивается более старыми. Восстановление этих функций при "оживлении" протекает в обратном порядке: сначала оживают более "древние" участки коры головного мозга, а затем уже – новые. Поэтому в процессе возвращения к жизни человека в его памяти в первую очередь всплывают наиболее стойко запечатлевшиеся "картинки".
Есть попытки объяснить и другие странные состояния при клинической смерти. Например, выход из тела. Два года назад швейцарские ученые заявили, что им удалось выяснить, как это происходит. По мнению врачей, источником подобных ощущений является одна из извилин в правой части коры головного мозга. Эта извилина, мол, собирает информацию, поступающую из разных отделов мозга, и формирует представление о том, где находится тело. Если же сигналы нескольких нервов сбиваются с верного пути, то мозг рисует неверную картину, и в результате человек видит себя со стороны.
Но некоторые явления "посмертного" опыта и по сей день остаются не разъясненными. Например, никто не в состояние дать вразумительный ответ на вопрос: каким образом слепые от рождения люди смогли детально описать то, что они видели в операционной в момент своей "кончины". Тем не менее, это факт – опрос более 200 незрячих женщин и мужчин, который провел доктор Кеннетт Ринг из США, это доказывает.
Впрочем, далеко не все ученые объясняют "жизнь после смерти" физиологическими процессами, происходящими в мозге в момент умирания. Психолог Пайэлл Уотсон, например, считает, что когда мы умираем, то вспоминаем свое рождение. По его мнению, впервые мы знакомимся со смертью в момент страшного путешествия, которое совершает каждый из нас, преодолевая родовой путь. Также существует теория о том, что подобные видения связаны уже не с физическим телом человека, а с изменениями в его энергетической оболочке на уровне молекул и атомов. Когда умирает человек, гибнет и эта его полевая структура. Именно она излучает те корпускулы света, которые человеческое сознание принимает за странные картины.
Исследования необычных состояний в момент клинической смерти продолжаются. Сегодня многие из ученых склоняются к мысли, что после физической кончины человека сознание его сохраняется. Один из ведущих врачей Саутгемптонского госпиталя Сэм Парния говорит так: "Не оставляет сомнений факт, что у некоторых людей в то время, когда мозг уже перестал функционировать, продолжается ясный мыслительный процесс и способность к размышлению и воспоминанию". По мнению доктора Парнии и его коллег, сознание, или душа, продолжает думать и размышлять, "даже если сердце пациента остановилось, он не дышит, и мозг перестал работать". Не сомневается в продолжении жизни в какой-то форме и специалист в области физиологии мозга человека академик РАН Наталья Бехтерева.
Подтвердить или опровергнуть сторонников теории "жизни после смерти" либо ее противников никто не может, ибо "из той страны никто не возвращался". Ведь клиническая смерть – это еще не смерть окончательная. К тому же не все люди, заглянувшие по ту сторону, помнят о своем опыте. Мне, например, довелось беседовать двумя людьми, которые были "возвращены" врачами в мир людей. Ни один из них не видел ни туннеля, ни умерших родственников, ни "светящееся существо". То есть вообще ничего. Они не покидали своего тела и не слышали голосов врачей. Однако оба, не сговариваясь, заявили, что после клинической смерти "стали другими людьми" – поменяли свое отношение к окружающим и к миру в целом. Более того, они перестали бояться смерти, хотя жизнь воспринимают как бесценный дар. "Знаете, – сказал один из них, – я теперь жизнь ощущаю ярче, острее и стараюсь с пользой использовать каждую минуту. Живу и радуюсь каждому мгновению. Но и страха смерти во мне нет, придет – приму как должное".
