"Иволгинский дацан – место, где хранится восьмое чудо света"

В последние годы все чаще слышу о том, что тот или иной наш земляк — в одиночку или с группой паломников — предпринял путешествие по святым местам буддизма, будь то Индия, Тибет, Китай или Монголия. Как правило, это люди глубоко верующие, серьезно интересующиеся религией наших предков и в меру своих сил практикующие Дхарму. Но встречаются среди них и такие, которые не считают себя столь уж продвинутыми буддистами, но вместе с тем что-то, чему они зачастую даже не могут найти объяснения, подтолкнуло их пойти на этот шаг — обратиться к исконной вере, пройти духовный и физически трудный путь к своим истокам.

Так было и с моим сегодняшним собеседником и старым знакомым Михаилом Джинцановым. Он пришел в редакцию поведать историю о том, как паломником ездил в Бурятию, в Иволгинский дацан, и какие удивительные встречи и открытия ожидали его там.

***

Возвращение к истокам духовности

-Идея совершить такое паломничество возникла давно, – начал рассказ Михаил Бадмаевич. — Мой дед Хонгоров Гуча Хонгорович в конце шестидесятых годов ездил в Иволгинский дацан. Дед всю жизнь был безбожником, а на склоне лет стал молиться, и однажды объявил о том, что поедет поклониться бурханам в Монголию. Тогда ему было, наверное, лет 80, однако же, рискнул предпринять такой длинный путь. За границу, в Монголию, его, впрочем, не пустили, тогда он поехал в Бурятию. Помню, как восторженно он рассказывал нам о тамошних дацанах. Его слова почему-то запали в сердце. Наверное, не зря говорят, что со временем, на излете жизни, человек задумывается о душе, приходит к Богу.

Был у меня еще один веский аргумент. В молодости я часто ездил по стране и посетил многие храмы. Был в Софийском соборе в Киеве, в Троице-Сергиевой лавре, во Львове, Черновцах, Кишиневе. Получалось какое-то несоответствие — почти во всех христианских храмах побывал, а по святым местам буддизма, за исключением Санкт-Петербургского дацана (тогда он только открылся после реставрации), не довелось. Вот и решил — хотя бы в Иволгинский дацан — буддийскую жемчужину России — съезжу.

24 ноября я сел в скорый поезд Волгоград — Улан-Удэ и, проехав через всю Сибирь, преодолев расстояние в пять тысяч километров, спустя четверо суток оказался в Улан-Удэ. Поезд пришел в шесть утра по местному времени, а уже в половине девятого я стоял у ворот дацана (он находится в 38 километрах от города). Походил, осмотрелся. Территория храма довольно обширная, насчитал около двадцати строений. Все здания деревянные — из другого материала строить нельзя, поскольку местность болотистая.

В девять в главном соборном храме началась служба. До пол-одиннадцатого посидел на молебне. Что интересно, у них все ходят в обуви — помещение отапливается дровами, но все равно холодно. Внутреннее убранство беднее, чем в нашем

Элистинском хуруле, но зато у них больше статуй будд и танка, и они древние. Служба была обычная, присутствовало всего десять монахов. Раз или два в неделю здесь проходят большие службы (хуралы), и тогда собирается вся монашеская община — около ста пятидесяти лам. Сам молебен проходит, как и у нас, с той лишь разницей, что все молитвы читают на бурятском языке. И еще заметил любопытную деталь — между монахами ходит старший служитель с палкой, вроде надзирающего. Этот лама, как дирижер хора, руководит процессом. Если кто-то из монахов отвлечется или что-то делает не так, он ударяет палкой возле его ног — это знак, после чего тот монах отходит в сторону и читает молитву. А если два раза ошибется, то сто поклонов делает.

***

Аудиенция у хамбо-ламы

После службы я обратился к одному из священнослужителей с просьбой встретиться с

Хамбо-ламой Дамбой Аюшеевым. Как ни странно, мне разрешили. Передо мной был посетитель, человек в прокурорской форме. Зашел в его покои — с виду обычный кабинет. Хамбо-лама меня приветливо встретил, усадил рядом. Узнав о том, что я из Калмыкии, очень обрадовался, тут же распорядился напоить меня чаем со сладостями. Аюшеев сказал, что восхищается нашим Президентом — за то, что сумел добиться такого высокого статуса, как главу международной организации ФИДЕ его признают во всем мире. "Илюмжинов всех калмыков, бурят и монголов прославил", – подчеркнул Хамбо-лама. И при этом заметил, что очень хотел бы, чтобы Кирсан Николаевич приехал в их дацан — приглашение в гости ему он уже посылал.

Его Преосвященство оказался очень интересным и внимательным собеседником. Несмотря на высокий сан, общался со мной запросто, в его присутствии я не чувствовал неловкости. Я был удивлен тем, что он проявил ко мне такое расположение. Аюшеев доверительно сообщил мне, что тот человек, который заходил на прием до меня, был прокурор Иволгинского района, и с ним у него довольно сложные отношения.

Эта история связана с Атласом тибетской медицины. Об этом много писалось в газетах. Как вы помните, Хамбо-лама категорически не давал своего согласия вывозить эту священную реликвию, хранящуюся в Иволгинском дацане, несмотря на то, что президент Бурятии Леонид Потапов распорядился отправить атлас для экспозиции в США. Бурятские ламы в течение двух недель, что называется, держали оборону, непрестанно читали молитвы, но так и не дали вывезти его.

Как глава буддистов России Хамбо-лама сотрудничает с государством, исполняет представительские функции – заседает в межконфессиональном совете при Президенте РФ. В беседе со мной он признался, что сожалеет о том, что между буддийскими организациями Бурятии и Калмыкии нет тесных связей. По его словам, он будет только рад, если в его дацан будет приезжать больше калмыцких монахов. Сейчас там обучаются только двое наших земляков.

***

Загадка нетленного тела

Так мы разговаривали часа четыре. Практически полдня я провел в его обществе, мы вместе отобедали. Более того, Хамбо-лама был так любезен, что лично провел для меня экскурсию по территории дацана. И вот тут-то меня ждал главный сюрприз. В Деважин-дугане, одном из сооружений дацана, меня провели на второй этаж, где в специальной комнате в стеклянном саркофаге находится самая драгоценная реликвия — нетленное тело XII Пандито Хамбо-ламы Даши Доржи Итигэлова. Это чудо не то что простому мирянину — не каждому монаху разрешено видеть, а меня как дорогого гостя и посвященную особу подвели прямо к нему! Представляете мои чувства в этот момент?! Войдя в святилище, Хамбо-лама вначале прочел особенную молитву, молитву самого Даши Доржи Итигэлова, а затем открыл стекло и разрешил мне дотронуться до нетленного тела. Ощущение, признаться, немного жутковатое. Ничего подобного прежде я не испытывал. Хотя я видел в Эрмитаже египетские мумии, лицезрел мощи святых старцев в дальней пещере Киево-Печерской лавры — там, как известно, для них созданы специальные условия — определенные температурный режим, влажность. Тут же было совсем другое! Никаких особенных приспособлений, никакой искусственной атмосферы просто полый стеклянный куб, в котором на подушке в одежде монаха сидит в позе лотоса... даже не знаю, как его назвать, — тот, который когда-то был человеком, великим ламой. Это действительно удивительное зрелище! Трудно поверить, что это тело семьдесят пять лет пролежало в земле — оно в самом деле не тронуто тленом. Кожа, на ощупь холодная, но это рука не скелета, сохранились черты лица, даже волосы и ногти — не как у мертвеца. Мистика какая-то!

Говорят, в 1927 году, когда Хамбо-лама Итигэлов почувствовал приближение смерти, он дал последние наставления своим ученикам и попросил их читать отходную молитву. Но те не осмелились читать ее в присутствии живого Учителя, тогда Хамбо-лама начал сам читать, и ученики постепенно молитву подхватили. Так, читая благопожелание, в состоянии медитации и ушел из жизни. Перед кончиной он сказал: "Через тридцать лет я явлюсь к вам". В 1953 году его могилу вскрыли — он сидел в саркофаге в том же виде, что и во время похорон. Не зная, что с ним делать дальше, тело вновь закопали. По словам Дамбы Аюшеева, когда ему три года назад все стали говорить, что надо выполнить завещание Хамбо-ламы Итигэлова, он долго сомневался. К тому же выяснилось, что не осталось свидетелей, которые бы указали место захоронения. Нашелся один человек, сын одного из тех, кто в 1953 году вскрывал могилу, он помнил то место, но не мог назвать точно. Тогда Аюшеев сутки сидел возле этого холмика, медитировал и наутро сказал, что копать нужно в другом месте. В указанной могиле его и нашли — в деревянном ящике, засыпанном солью. 10 сентября 2002 года тело ламы торжественно, с почестями привезли и установили в Деважин-дугане.

Сейчас для реликвии строят отдельный дацан, проект выполняется по старинным бурятским эскизам. То, что нетленное тело излучает что-то, что называют благодатью, — без сомнения. На территории России есть три официально признанные буддийские святыни, и все они находятся в Бурятии, – это статуя Зандан Жуу в Эгитуйском дацане, Атлас тибетской медицины и драгоценное тело Хамбо-ламы Даши Доржи Итигэлова. Быть может, настанет день, когда последнюю реликвию не только буддисты, но и весь мир признает восьмым чудом света.

***

Институту Пандито Хамбо-ламы — 240 лет. Первый бурятский Пандито Хамбо-лама буддийского духовенства в Восточной Сибири был Дамба Даржа Заяев (правил с 1764 по 1776 годы). Нынешний Хамбо-лама Дамба Бадмаевич Аюшеев — двадцать четвертый по счету. Родился он в 1962 году. В 1983 году поступил в Буддийский институт в г. Улан-Баторе, закончил его в 1988 году. До 1990 года работал эмчи-ламой Иволгинского дацана. В 1991 году избран ширээтэ-ламой Мурочинского дацана в Кяхтинском районе. В 1995 году избран председателем Центрального управления буддистов России, переименованного в 1996 году в Традиционную Буддийскую Сангху России. амбо-лама Аюшеев перевел на бурятский язык многие священные буддийские тексты и в целом последовательно проводит политику, направленную на возрождение бурятского буддизма, стараясь готовить национальные кадры духовенства.

***

Историческая справка

Иволгинский дацан был основан в 1946 году постановлением Совнаркома СССР с личного разрешения Сталина. Годом раньше группа бурятских монахов, собрав подписи 16-ти старых лам из числа бывших ссыльных, поехала в Москву на прием к вождю и добилась его согласия на строительство дацана. Молельный дом под названием "Хамбинское сюме" был построен в улусе Средняя Иволга, на территории колхоза имени Сталина, который находился в 38 км от Улан-Удэ. И12 декабря 1945 года здесь был проведен первый хурал (служба). 23 мая 1946 года был официально учрежден новый буддийский центр — Иволгинский дацан, резиденция Пандито Хамбо-ламы, председателя Центрального духовного управления буддистов СССР (нынче — Традиционная Буддийская Сангха России).

В 1991 году на базе дацана был образован буддийский институт Тандан Даши Чойнхорлинг", с 1999 года имеющий статус высшего учебного заведения. Институт выпускает буддийских священнослужителей, ученых-буддологов, специалистов по тибетскому и старомонгольскому языкам. В настоящее время в нем обучается около ста хувараков (учеников) из различных регионов России и стран ближнего и дальнего зарубежья.

На территории Иволгинского дацана, помимо здания института, расположены, пять дуганов (храмов) и пять ступ, сюмэ Майтрейи, резиденция Хамбо-ламы, дом ширээтэ-ламы, музей-библиотека, гостиница. Здесь растут также саженцы сакуры и священное дерево Бодхи, вечнозеленые листья которого приносят счастье и удачу.

21.12.2004