или Прощание с праздниками
Заканчивается длинное и пестрое новогоднее безделье. Последний отголосок праздничного фейерверка -Старый новый год – немного игрушечный, патриархальный. На Старый новый год можно еще допраздновать, встретиться с теми друзьями, с кем не получилось выпить шампанского и обменяться пожеланиями в "настоящую" новогоднюю ночь. У "Школы для учителя" появилась сегодня такая возможность -посумерничать с вами у новогодней елки.
Переход из декабря в январь, наверное, самый праздничный период для людей европейской культуры. Особенно для россиян, которые упоенно отмечают целый букет религиозных и светских праздников – начиная с католического Рождества и заканчивая старым Новым годом. А с конца прошлого века прихватили от широты душевной еще и восточный новый год с его зоологической символикой и фейерверками. Приходя в это время в очередные гости, принято поздравлять со всеми праздниками, прошедшими и наступающими, оптом. В этом карнавальном клубке перемешано все: каникулы, подарки веем-веем, Дед Мороз, ожидание нового счастья, хлопки и пена шампанского, сентиментальные рождественские истории и, конечно, елка, увешанная пестрым, сверкающим, блестящим. Наверное, это происходит оттого, что в праздновании Нового года сплелось столько магических обрядов, мифов, культурных традиций – языческих и христианских! Их соединение и дало такую причудливую смесь. Ведь, по сути дела, нет никаких разумных оснований праздновать наступление нового этапа жизни именно в это время: день зимнего солнцестояния прошел, до весеннего равноденствия далеко, зима еще не на переломе, в природе не происходит ничего хорошего: темно, холодно, снежно. Тем не менее – карнавал, огни, елка...
Тевтоны, славяне и индейцы – что может быть общего?
С елкой связано одно из самых известных новогодних заблуждений: считается, что елка, как и многие другие европейские новшества, появилась в России благодаря Петру I. Однако государь-реформатор 20 декабря 1699 года лишь издал указ, назначающий началом года 1 января, и повелел: "По большим и проезжим знатным улицам знатным людям и у домов нарочных духовного и мирского чина перед вороты учинить некоторые украшения из деревьев и ветвей сосновых, еловых и можжевеловых, а людям скудным каждому хотя по деревцу или ветви на вороты, или над храминою своею поставить".
А рождественская елка, украшенная огнями, появилась в Москве в 1817 году по повелению великой княгини Александры Федоровны. Перенят этот обычай был у германцев.
Еще в дохристианские времена тевтоны в период зимнего солнцестояния развешивали свои подношения на ветках вечнозеленых деревьев, прося у духа дерева защиты от стужи и хорошего урожая будущим летом. Весной, в начале мая, с просьбами о плодородии и изобилии снова обращались к дереву. Его приносили в деревню, наряжали ленточками, цветами, яичной скорлупой, стараясь угодить духу дерева. Иногда после обряда майское дерево сжигали, чтобы весна и лето были солнечными. Иногда носили по деревне. Кое-где этот обычай трансформировался в установку майского шеста, украшенного ветвями. В России приход тепла символизировала березка, украшенная лентами.
У многих народов, населявших Северную Европу, был обычай наряжать молодой майской зеленью и венком из боярышника мальчика и водить его по селению, чтобы он благословил своим приходом каждый дом, а хозяева должны были угостить его. Мальчик изображал древесный дух и у разных народов носил разные имена: Майский король, бог весны или лесов, Зеленый Джек, король Троицыного дня.
Дерево издавна было для славян объектом языческого поклонения. С просьбой о покровительстве обращались к особо почитаемым, старым, одиноко стоящим могучим деревьям. Даже у самого обычного дерева нужно было попросить прощения, прежде чем срубить его для хозяйственных надобностей.
Объектами культовых обрядов становились и целые участки леса: в Белоруссии – "прощи" , на Русском Севере – "кусты". Их ограждали и почтительно охраняли: в священных рощах нельзя было не только рубить деревья, но даже собирать валежник.
Интересно, что просить дух дерева о покровительстве было принято и у американских индейцев. Одни племена осенью совершали обрядовый танец сосны, прося о благополучной зиме. Другие поклонялись кедру – как все вечнозеленые деревья, он был символом вечной жизни – и называли его бабушкой. Кедр доставляли из горных областей и в день зимнего солнцестояния устанавливали в селении. К дереву приносили дары, расцвечивали красной краской, а верхушку украшали птичьими перьями.
Дерево друидов становится христианским символом
Все же наша новогодняя елка, пожалуй, ведет родословную от европейских языческих обычаев и обрядов, странным образом ужившихся с христианской мифологией. В те времена, когда языческие верования постепенно уступали христианству, церковь усиленно боролась с поклонением деревьям, рощам, камням, ручьям. Многие объекты поклонения просто уничтожали. Но это не всегда приносило желаемый результат, поэтому некоторым языческим святыням и обрядам придавали другой смысл – не отвергали, а ассимилировали. Такое преображение символически отражено в германском мифе о происхождении рождественской елки. По преданию, св. Винифред, охваченный идеей борьбы с языческими богами, в Рождество бросил им вызов, срубив древний священный дуб друидов. И на его месте возникла елочка с сияющими ветвями и ликом младенца Христа на макушке. Легенда гласит, что сияющие ветки символизировали свет вечной жизни, а ель, украшенная огнями, именно с тех пор стала неотъемлемой частью рождественских праздников.
Не случайно эта легенда родилась в Германии, ведь обычай наряжать елку на Рождество зародился в верховьях Рейна еще в XVI веке. Потом его переняли австрийцы, а в XIX веке эта традиция распространилась в Венгрии, Чехии, Франции, Румынии. Даже в Турции существовал обычай праздновать Новый год у наряженной елки, но в начале Второй мировой войны его отменили из экологических соображений.
Как елка не совпала с линией партии
В России елка стала традиционным рождественским деревом со второй половины XIX века. Часто праздник, в центре которого была наряженная ель, был благотворительным – в пользу больных и раненых. Обычай выжил даже в урагане прокатившейся по стране революции и Гражданской войны. Людям старшего поколения известен рассказ про то, как Ленин присутствовал на елке для детей в Сокольниках.
Но, увы, вскоре елка показалась идеологически вредной: в 1928 году этот "буржуйский" обычай был запрещен. Но ненадолго. Даже несгибаемые большевики, видимо, поняли, что у старого, глубоко укоренившегося праздника должен быть символ. К Сталину обратились с предложением вернуть детям елку, которая теперь уже, конечно, будет числиться новогодней, а не рождественской. Разрешение было получено, но елочные базары еще несколько лет открывать боялись, помня о недавнем запрете. Пришлось ЦК ВЛКСМ издавать специальную резолюцию для восстановления елки в праздничных правах.
Может быть оттого, что история новогодней елки столь витиевата, мы радушно приглашаем к столу и Деда Мороза, и Санта-Клауса, и китайского дракона и так держимся за привычку ставить на исходе декабря вечнозеленое деревце, украшать пестрыми дарами и огнями, на верхушку цеплять рождественскую звезду и по-язычески просить о счастье и удаче в наступающем году.
11.01.2005
По материалам интернет-сайтов подготовила Елена КУЦЕНКО
Источник: Первое сентября
