"Он спасал Папу"

60 лет назад советский офицер Василий Сиротенко отвел беду от Кароля Войтылы, будущего Иоанна Павла Второго.

В конце минувшей недели новости из Ватикана вытесняли сообщения о войнах, революциях и скачках нефтяных цен. Глава всех католиков мира угасал. Его не стало 2 апреля в 23.37 (по московскому времени).

А еще неделей раньше на Кубани "Собеседник" разыскал Василия Сиротенко, советского офицера, сыгравшего в судьбе будущего понтифика важную роль. На наш звонок в Армавир прозвучал ответ: "Приезжайте. В истории "спасения папы" много додуманного. Но вы будете первым и последним журналистом, кому я расскажу ее от начала и до конца".

Тень ГУЛАГа

В конце 1944 года Советская армия подходила к Кракову. Первым в город должен был войти особый штурмовой батальон. Операцию готовил майор Сиротенко, пом. начальника оперотдела 59-й армии. Накануне освободили поселок Вадовице, где 18 мая 1920 года родился Кароль Войтыла, работавший в местных каменоломнях в 40-е.

Вадовице встретил русских морозом и безлюдными улицами. Хозяева каменоломен и немецкая охрана явно покидали поселок в панике – в здании администрации все стояло вверх дном, всюду валялись бумаги. А рабочие каменоломен боялись показаться наружу.

- Мы кричали им: "Друзья! Поляки! Вы свободны! Советская армия вас освободила!" – вспоминает Василий Трофимович. – Но когда люди начали выходить из шахт, уполномоченный СМЕРШа приказал всех рабочих регистрировать. Я был против, считал это делом местных властей. Смершевец отрезал: "У вас свое распоряжение, у меня – свое".Рабочих тут же допрашивали. А Сиротенко попытался изучить брошенные документы, но в основном они оказались написаны на языках, которыми майор не владел – французском, испанском.

- Я вышел в коридор и окликнул молодого парня в длинной темной одежде: "Помогите, там много бумаг, их нужно рассортировать". Незнакомец представился Тадеушем. Мы зашли в кабинет, он просмотрел несколько листочков: "Пан офицер, я не смогу вам помочь, я этих языков не знаю. Но у меня есть приятель, Кароль Войтыла, он может быть вам полезен, Кароль владеет несколькими иностранными языками". Мы разговорились. От Тадеуша я узнал, что он и Кароль учатся в подпольной духовной семинарии Кракова. В каменоломнях они в тот день оказались, чтобы выкрасть списки с фамилиями работавших там семинаристов.

В конце беседы Тадеуш неожиданно сказал Сиротенко:

Кароль подает большие надежды. Но его мать – русинка (славянский народ, живущий в Карпатах. – Авт.), а вы русинов считаете русскими. И если мы пойдем через ваше оцепление, то Кароля наверняка задержат и сошлют в Сибирь...

- Все могло случиться именно так, – уверен Сиротенко, – Войтылу запросто обинили бы в шпионаже в пользу немцев, отправили в СССР "для выяснения обстоятельств", а там – ГУЛАГ...

Майор вышел на балкон и махнул рукой бойцам из оцепления, чтобы те пропустили Тадеуша. Затем он послал ординарца отыскать и привести к нему полиглота Войтылу.

- Я задремал. Очнулся оттого, что кто-то тронул меня за руку. Передо мной стоял молодой человек – очень бледный, с черными волосами.Вы меня искали?" Я сказал: "Хочу предложить работу, в штабе переводчиком". Он отказался. Наша беседа продолжалась минут десять, потом я заметил, что его буквально трясет от холода. Говорю: "Мой ординарец проведет вас через ворота, заходите в любой дом, отдохните, согрейтесь, а утром за вами пришлют. Может, передумаете..."

Впрочем, позже ходили слухи, что Войтыла все-таки помог советскому майору с переводом. Якобы у них даже завязалась дружба.

Сам Сиротенко утверждает, что больше не видел ночного гостя. А сын Василия Трофимовича, писатель Владимир Сиротенко-Вербицкий, вообще считает, что приходивший к его отцу человек и Кароль Войтыла – разные люди.

- Войтыла до войны увлекался футболом, на фотографиях выглядел достаточно крепким человеком, отец же видел какого-то изможденного, – говорит он. – Но как было на самом деле, мы не узнаем. Отец многое недоговаривает. Он до сих пор скрывает, что выполнял особые поручения ставки в тылу врага. Но жизнь будущему понтифику отец все-таки спас. Правда, позднее, уже в освобожденном Кракове.

Защитник семинаристов

Перед началом операции маршал Конев выступил перед нами с речью, сказав, что Краков – древний город, в котором каждый дом – историческая ценность, – вспоминает Василий Трофимович. – И ни поляки, ни история не простят, если мы его разрушим. У нас были минометы, но каждый выстрел должен был утверждаться комиссаром батальона, командиром и мною. А поскольку времени на согласование не было, мы стреляли чаще из винтовок. Я вымуштровал своих бойцов, они изучили карту Кракова и отлично ориентировались в городе.

Майора Сиротенко, историка по образованию, Краков поразил, он говорит, что в столь красивом месте бывать ему больше не доводилось. Когда выпадала свободная минута, Василий Трофимович гулял по городу и однажды с товарищами зашел в королевский дворец. Выйдя на балкон, офицеры увидели, что кровлю дворца Архиепископата, расположенного напротив, ремонтируют полтора десятка людей в сутанах.

- Они напоминали черных птиц, – рассказывает Сиротенко. – Наш особист стащил с плеча автомат. Усмехнулся: "Поохочусь на ворон". Я едва успел его остановить: "Мы должны дружить с поляками. Вера – их дело. А потом они начнут стрелять нам в спину!"

- Услышав впервые эту историю, я занялся изучением биографии понтифика, – говорит Владимир Сиротенко. – С августа 1944-го до окончания войны он с другими семинаристами находился в краковском дворце Архиепископата, а после освобождения города восстанавливал здание. Я уверен: тогда на крыше среди семинаристов находился и Кароль Войтыла.

"Его Святейшество помолится за вас"

Заступничество и общение с семинаристами позже вышло Сиротенко боком.

- Мы приближались к Одеру, когда пришел приказ о награждении за освобождение Кракова. Многих отметили, – вспоминает Василий Трофимович. – А я узнал, что меня тоже представляли к награде, но наш комиссар там, где должна была стоять его подпись, написал: "Якшался с клерикалами". О награде можно было забыть...

Об истории, случившейся в Польше, Сиротенко вспомнил осенью 1978 года, когда главой Ватикана стал польский кардинал Кароль Войтыла.

- Я сразу подумал о той встрече в Вадовице, – говорит Василий Трофимович. – Слишком много совпадений, чтобы не быть правдой: Кароль и родился в тех краях, и работал в каменоломнях – об этом есть в его биографии. Мне мало кто верил, пока Сергей Дударев, зав. кафедрой всеобщей истории Армавирского педуниверситета, где я работал в конце 90-х, не написал письмо в Ватикан и не описал случившуюся со мной историю.

В ноябре 2000 года на имя Дударева пришел ответ из секретариата Ватикана: "Дорогой профессор Дударев. Святой отец получил ваше письмо и дал указание ответить мне от его имени. Его Святейшество пожелал мне уверить Вас, что он будет молиться за доктора Василия Трофимовича Сиротенко по счастливому случаю его дня рождения и он взывает на него Божьи благословения милости и мира. Ваш искренне монсеньор Педро Лопес Кинтогна, асессор".

Окончательной ясности в историю о спасении Кароля Войтылы майором Сиротенко это письмо не внесло. Но в домашнем архиве Василия Трофимовича, доктора исторических наук, этот листочек с печатным текстом и цветной фотографией понтифика – самый важный документ. Сиротенко следил за жизнью папы, слушал все, что говорят по телевизору. Смотреть не мог – несколько лет назад он ослеп. В ноябре Василию Трофимовичу исполнится 90 лет, но он по-прежнему читает лекции студентам. На работу его провожает жена – сам он ходит с трудом, потому что страдает болезнью Паркинсона.

Страдал ею и папа римский...

Армавир – Москва.

***

Последний парад

В эти дни в Ватикан прибывают кардиналы со всего мира, которым предстоит выбрать нового главу римско-католической церкви. Конклав должен собраться в помещении Сикстинской капеллы между 15-м и 20-м днем после кончины папы, то есть во второй половине апреля.

Кароль Иосиф Войтыла, как звали понтифика до избрания, скончался вечером 2 апреля, не дожив до своего 85-летия полтора месяца. Всего же в этом сане он пробыл почти 27 лет. Поскольку по происхождению папа римский поляк, возникали разногласия, где его захоронить. Некоторые предложили, что будет справедливо отдать тело священника Ватикану, а сердце – Польше. Однако точку в споре могло поставить завещание Иоанна Павла II, оглашения которого ждали в понедельник. Похороны понтифика состоятся 8 апреля в 10.00 по римскому времени.

Главной же темой разговоров остается кандидатура нового главы РКЦ. Западные информагентства называют как минимум девять явных претендентов (общее их количество более ста). Среди них – представители Аргентины, Италии, Мексики, Бразилии, Гондураса и ни одного славянина. Источники в РПЦ утверждают, что приход нового главы РКЦ может положить конец противоречиям между Россией и Ватиканом, главным из которых было разделение сфер влияния.

На похоронах Иоанна Павла II Русскую православную церковь будет представлять митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл.

Ирина Андреева.

06.04.2005