Все чаще политики стали поступать "по воле Божьей". Таким образом, спорить с ними все труднее.
Главным проповедником нового мирового порядка, построенного на принципах веры и религии, является Джордж Буш. "Не представляю, как можно быть президентом, если не имеешь особых взаимоотношений с Господом", – так прямо и сказал он в интервью, посвященном инаугурации. Говорят, его дружба с Владимиром Путиным во многом сложилась благодаря известной истории с крестиком российского президента, найденным на пепелище целым и невредимым.
Сам Путин в высказываниях о религии, как обычно, сдержан ("Россия – это европейская страна с христианскими ценностями") и скромен: чаще посещает не пафосные столичные церкви, а провинциальные православные святыни. Окормление Путина поручено настоятелю Сретенского мужского монастыря Москвы архимандриту Тихону Шевкунову. Как духовный наставник, он исповедует и причащает своего духовного сына в Москве. А дома у Владимира Владимировича есть своя церковь, куда президент ходит со всей семьей.
На Украине религия стала одним из предвыборных козырей Виктора Ющенко, на сторону которого перебежали верующие из разных сект, в то время как Янукович грозился, что закроет все секты и оставит только православную церковь.
Но ведь может политик, "обретший Бога", трактовать его волю? Вот президент Беларуси Лукашенко, назвавший себя "православным атеистом", во исполнение "Божьей воли" и подписал дискриминационный закон о религии, по которому "нетрадиционные" конфессии должны получать разрешение властей на всю религиозную деятельность – мессы, венчания, отпевания и религиозные собрания. Сам Лукашенко признается, что посещает православный храм два-три раза в год.
Крещеный и венчанный Владимир Жириновский неоднократно заявлял: Русская православная церковь должна быть сильнее, а ее голос должен звучать громче и тверже. "Конечно, у нас в Думе еще много и атеистов, и недругов России, тех, кто просто не понимает. Но за восемь лет я их по крайней мере научил эти слова произносить: "русский народ", "русский вопрос", "православие", – говорит Владимир Вольфович.
Николай Рыжков, бывший глава правительства СССР, а ныне член Совета Федерации, не считая себя по-настоящему верующим, тем не менее организовал сбор средств на строительство храма Петра и Павла в Белгородской области в честь русских воинов. Помимо него в храмовоздвижении замечены экс-министр путей сообщения Николай Аксененко, бывший глава "Газпрома" Рем Вяхирев, депутат Госдумы и председатель Центрального резервного банка России Александр Лебедев.
А вот экс-губернатор Саратовской области Дмитрий Аяцков строит храм незримый. "Думал, чем больше построю храмов, тем больше дам церкви. Но я заблуждался. В беседе с архиепископом Лонгином я убедился, что храмы надо строить прежде всего в душе. И мне нравится такая позиция", – признается Аяцков.
На этом фоне как-то даже странно выглядит губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко. В мае 2004 года топонимическая комиссия в очередной раз направила в Смольный список из 45 топонимов с предложением вернуть им исконные имена, большей частью церковные. Историки говорят, затраты на переименование копеечные, нужно лишь решение г-жи Матвиенко. Возможно, она по примеру Владимира Путина просто не афиширует своих чувств к религии и церкви.
Тихо молится перед выходом из дома и зампред комитета Госдумы по делам общественных объединений и религиозных организаций Екатерина Лахова. А Василий Шандыбин как-то признался, что частенько слушает проповеди настоятеля брянской Тихвинской церкви отца Никиты, который "говорит лучше, чем иной секретарь райкома".
11.04.2005
Источник: Профиль
