В нашей жизни мы постоянно спотыкаемся и встаём, рушим и восстанавливаем. Много лет назад наша страна упала в одну из самых страшных пропастей своей истории, однако народ, отдав все силы, воссоздал её, как мог, пройдя через горнило ужасных мучений и испытаний. Страна воссоздала Державу, которая своей мощью вознеслась над всем миром... Но рухнула в один миг: весь лоск мировой империи развеялся по ветру. Гордость нашей Родиной превратилась в жестокий цинизм и безразличие к ней: увы, мы строили нацию для мирового могущества, а, потеряв его, потеряли смысл нации, разочаровались в ней, обозлились на мир.
И перед нами встал вечный вопрос: для чего мы живём в России. Многие, не ответив на него, уехали. Многие остались, но затерялись в каждодневной борьбе с насущными проблемами. Кто-то с блеском в глазах бросился восстанавливать утраченное мимолётное могущество. Были и те, кто принял всё как данность и ничего не стал менять. В этом страна разделилась; многие россияне оказались духовно и физически далеко от Родины.
Скажу честно, для чего в России живу я – тоже до конца не знаю. Но ужасно хочется искать, а где искать, как не в самом себе, сравнивая смысл своей жизни со смыслом России, и в Боге, который подарил мне жизнь и Родину.
Как видится, национальная идея – это смысл, который люди вкладывают в существование своей нации. Нация – это диалектическое сочетание субъективного и объективного: осознания своей бытийной общности и существования общей территории, экономики, власти, языка. Великая нация – та, в которой это сочетание наиболее гармонично. Нация, как и человек, развиваясь, меняется от одного состояния к другому: от упадка к возрождению и расцвету. Иногда во главу угла ставятся земные цели (владычество, слава, общее благоденствие), иногда небесные (мессианство на земле). Так она и качается от религиозности к светскости, очень часто останавливаясь на чём-то среднем.
Современная Россия, внешне светская, разрывается между двумя течениями: с одной стороны, возрождаются Церковь и дореволюционные традиции, а с другой – камнем вниз тянут советские атеистические установки. Как часты сегодня столкновения сторонников двух взглядов! И думается мне, что это противоречие – самое существенное в обретении национальной идеи России.
Один из глубочайших русских философов, Владимир Соловьёв, говорил, что идея нации есть не то, что сама нация думает о себе во времени, а то, что Бог думает о ней в вечности. Рационалистическая идеология неизменно тянет к земному, временному, а религиозная – к вечному. Рационалистическая национальная идея не соответствует замыслу Бога, а религиозная хотя бы нацелена на его поиск. Рационализм рождает великое множество споров, противоречий: национальных, этнических, идеологических, политических, экономических, сколько их!.. ведь логическому мышлению свойственно приводить к разным выводам. А в религии единственный существенный водораздел – разноликость вероисповеданий.
Потому для России, как, впрочем, и для любой страны, на любом историческом этапе важно обрести глубокое осознание своей самости, а для этого лучше всех подходит религиозное мировидение. Но реальность такова, что сегодня это невозможно. В стране до сих пор много неверующих и атеистов (20-30% по разным оценкам, но их процент сокращается), причём большинство из них – русские (4/5 населения страны). Получается, что наша национальная идея находится где-то недалеко от упадочного состояния – страна мыслит себя, в основном, лишь как земное государство – территория, власть, язык; притом и эти принципы в некоторых случаях отвергаются.
И всё же сегодня присутствуют элементы осознания нами своей глубокой исторической, культурной и религиозной общности – единства иррационального, пускай в целом и сохраняется картина измотанной и заплутавшей великой России с великой историей и таким будущим, о котором нам надо молиться.
Последнее особенно важно: сегодня мы должны пройти через большие искушения, совладать со свободой выбора, настолько большой, что люди тонут в ней, а сердце душит пустота. Мы – многие из нас, а, значит, и все мы, – просыпаясь утром, не представляем себе, чему следует посвятить новый Божий день. Установки разнятся от типичного "потребизма" до безразличия ко всему. И тогда в глубине души начинает рождаться ощущение, что это не истинное, не настоящее, не утоляющее жажду.
Увы, в России изуродованы и поломаны традиции. И происходящее на глазах возрождение кажется невероятным и невозможным. В самом деле, откуда черпать духовные силы, если в масштабах государства почти нет таких людей, которые могли бы передать своё историческое достояние нам, наследникам? Никакая книга не может сделать этого... По-особому звучат слова Алексия II: "Молитвами {новомучеников и исповедников Российских}… возрождается сегодня жизнь Церкви, воссоздаются храмы и все больше и больше людей находят дорогу к храму и Богу".
Многие россияне сейчас идут по ней, и именно на тех из нас, кто сумел вступить на путь служения Богу и Родине, данной им, лежит великая задача – пронести свой крест до конца, не озираясь на других. Истинное делание – смиренная постоянная работа над собой и исполнение данного свыше долга.
Сегодня национальная идея рождается в сердцах малой части России, которая с огнём веры должна пронести её по городам и весям, увлекая за собой стариков и молодых, слабых и сомневающихся, заблудших и сирых.
Возрождение России происходит, и оно становится возможным только благодаря вере.
МЫ в России и зарубежье. №3 май-июнь 2005
Источник: МЫ в России и зарубежье
