Институциональные и социологические аспекты религиозной ситуации в Ямало–Ненецком автономном округе

Характеризуя религиозную ситуацию, надо понимать, что речь идёт о комплексной характеристике наличия, характера и интенсивности религиозных проявлений в регионе, динамики и направленности их изменений, характера и степени их воздействия на общественную ситуацию в округе в целом.

С начала 90-х гг. произошло активное институциональное оформление религиозных объединений различных конфессий, регистрация их в органах юстиции. Выстроены новые храмы Русской православной церкви, строятся мечети, открываются молитвенные дома протестантских объединений.

В настоящее время окружным управлением юстиции в автономном округе зарегистрирована 61 религиозная организация, в том числе 21 Русской православной церкви, 23– протестантских, 15 – мусульманских, одна община свидетелей Иеговы и одна иудейская община. Протестанты представлены 11 общинами евангельских христиан-баптистов, 6 общинами евангельских христиан, 6 общинами христиан веры евангельской – пятидесятников и одной общиной Новоапостольской церкви. По данным администраций муниципальных образований, более 10 религиозных объединений и групп действуют без регистрации, в том числе свидетели Иеговы, пятидесятники, Церковь Матери Божией "Державная", сайентологи. Кроме того, по данным исследователей, в округе функционируют без регистрации 3 религиозных группы адвентистов седьмого дня.

Религиозные объединения уделяют большое внимание обучению основам своего вероучения детей и взрослых. При многих зарегистрированных религиозных организациях функционируют воскресные школы. Новым в последние годы стало создание конфессиями общеобразовательных учебных заведений. Так, в гг. Ноябрьск и Новый Уренгой созданы две православные гимназии. Духовное образование молодые люди из округа получают в Тобольской духовной семинарии. Из протестантских объединений свое учебное заведение создали христиане веры евангельской – пятидесятники: учебный центр "Новое поколение" в г. Ноябрьске, функционирующей как школа дополнительного образования, привлекая учащихся тем, что преподавание образовательных предметов (с 1 по 11 класс) ведется на английском языке.

Таким образом, общей характерной чертой современной религиозной ситуации в ЯНАО по сравнению с началом 90-х гг. стало увеличение числа действующих в округе конфессий, деноминаций, религиозных направлений, представленных как зарегистрированными религиозными организациями, так и действующими без регистрации общинами, группами, а также отдельными адептами и их семьями.

Можно ожидать, что процесс увеличения многообразия конфессионального пространства Ямала будет продолжаться за счет миграции сюда представителей религиозных направлений, ранее не представленных в округе, а также за счет миссионерской деятельности различных конфессий.

За последние десять-пятнадцать лет религиозные организации различных конфессий, прежде всего православные, мусульманские, в известной мере и протестантские, стали значимым фактором общественной ситуации в ЯНАО. Вырос их престиж в глазах населения и органов власти. Соответственно выросло и их стремление активно влиять на различные стороны общественной жизни, в том числе и на такие, которые ещё недавно были свободны от влияния религии: образования, культуры, здравоохранения, учреждений исполнения наказаний. Растет востребованная обществом активность религиозных организаций в социальной сфере, прежде всего, помощь малообеспеченным и престарелым людям, а также молодым людям, страдающим алкогольной и наркотической зависимостью, отбывающим наказание в местах заключения и др. Представляя интересы верующих людей, религиозные организации различных конфессий стремятся установить деловые отношения с органами государственной и муниципальной власти.

С другой стороны, при реализации социально значимых программ органы власти, учреждения культуры и образования также заинтересованы в задействовании духовного потенциала религиозных организаций. В этом плане в округе накоплен определенный опыт конструктивного сотрудничества органов власти с религиозными объединениями. Наиболее продуктивно такое взаимодействие администрации округа и муниципальных образований складывается с православной церковью, в несколько меньшей степени – с мусульманскими общинами и явно недостаточно – с протестантами. Организационной формой обеспечения конструктивного сотрудничества администрации округа с конфессиями стал Совет по взаимодействию с религиозными объединениями при губернаторе автономного округа.

На уровне массового сознания религиозная ситуация анализируется по таким параметрам, как уровень, степень и характер религиозности, конфессиональная структура населения, общественное мнение о религии и религиозных организациях, взаимосвязь и взаимовлияние отношения человека к религии, с этническими, социальными, политическими, демографическими и др. факторами, взаимоотношения между людьми разных национальностей и вероисповеданий.

На характер религиозности в свою очередь накладываются конфессиональные особенности исповедуемой религии, этнические традиции и др. факторы. Важную дифференцирующую роль играет интенсивность проявления наличествующих в сознании и поведении людей религиозных признаков (например, частота и регулярность участия в богослужениях, посещений храма, соблюдения религиозных обрядов и предписаний, интенсивность религиозных переживаний).

Данные социологических исследований проведенных на Ямале показали, что в составе населения автономного округа количество людей, обладающих теми или иными признаками религиозности и, очевидно, испытывающих хотя бы минимальные религиозные потребности, больше, чем собственно верующих. Это, прежде всего, значительная часть тех, кто идентифицирует себя как колеблющийся между верой в Бога и неверием, но все-таки ближе к вере (31,2% опрошенных). Отдельные проявления признаков религиозного поведения отмечены и в тех группах респондентов, которых условно можно объединить в группу нерелигиозных (колеблющиеся между верой в Бога и неверием, но скорее склоняющихся к неверию – 2,8%; индифферентные – 8,7%; неверующие – 3,8%; убежденные атеисты – 1,4%), а также среди затруднившихся ответить на вопрос об их отношении к религии ("неопределившиеся") – 11,9%.

Так, 19% неверующих и 32,4% неопределившихся хотя бы изредка посещают церковь или соблюдают отдельные религиозные обряды.

Таким образом, можно говорить о реальном уровне религиозности, исчисляемом исходя из доли верующих в составе населения, и о потенциальном уровне религиозности, когда в основу расчета берется суммарный показатель носителей как реальной, так и латентной религиозности (понимается наличие в сознании и даже скорее в подсознании человека отдельных, отрывочных, не связанных в единую систему религиозных представлений, мистических настроений и переживаний, "следов" религиозной информации, полученной в раннем детстве от верующих родителей или родственников и т. п., которые в обычной жизни не осознаются (или не вполне осознаются) и не проявляются. Однако в определенных обстоятельствах они могут актуализироваться и стать ступенью к формированию действительной религиозности).

Показатель реального уровня религиозности в ЯНАО близок к аналогичным показателям, полученным другими исследователями в общероссийских и региональных социологических опросах.

Для администрации округа показатель потенциального уровня религиозности означает, что от 2/3 до 3/4 населения в той или иной степени испытывают религиозные потребности, соотносят своё поведение с культовыми, бытовыми и нравственными предписаниями какой-либо из представленных в округе конфессий, более или менее (непосредственно или опосредованно, например, через верующих родственников) причастны к деятельности религиозных объединений.

Они вправе рассчитывать на то, что их религиозные потребности, традиции и нормы поведения, как и интересы конфессий, последователями которых они себя считают, встретят понимание, а в необходимых случаях и поддержку со стороны органов государственной власти и местного самоуправления, учреждений социальной защиты, культуры, образования, здравоохранения и др.

Внутри округа наблюдаются небольшие колебания уровня религиозности в зависимости от типа поселения: в окружном центре г. Салехарде он составляет 38,3%,  почти такой же показатель получен по группе крупных городов (Надым, Новый Уренгой, Ноябрьск) – 38,4%; несколько выше он в средних и малых городах – 42,9% и в сельской местности – 41,2%.

При группировке всех опрошенных по признаку этноконфессиональной традиции уровень религиозности представителей народов мусульманской традиции (47,4%) оказался выше, чем у представителей народов православной традиции (39,3%) и в среднем по массиву (39,9%). Эта же тенденция наблюдается и при сравнении уровня религиозности в отдельных этнонациональных группах населения. Более высокий уровень религиозности зафиксирован в группе татар и башкир – 45,5% (учитывая этнокультурную, лингвистическую, ментальную и конфессиональную близость этих двух этносов, а также относительно меньшую представленность каждого из них в составе населения округа и в выборке, исследователи для анализа объединили их в одну группу). Уровень религиозности среди русских составляет 38,8%. Наиболее высокий уровень религиозности среди славянских этносов зафиксирован у украинцев – 44,1%.

Другим значимым показателем отношения населения к религии является конфессиональная самоидентификация опрошенных.

Этот показатель характеризует одну из сторон религиозной ситуации в округе, масштабы распространенности и влияния той или иной конфессии как социокультурного феномена. Характерно, что на вопрос о конфессиональной принадлежности ответило подавляющее большинство респондентов, независимо от их личного отношения к религии.

Именно поэтому конфессиональную самоидентификацию ни в коем случае нельзя ни отождествлять с религиозностью, ни подменять одной другую, поскольку религиозность говорит о мировоззренческом выборе человека, а конфессиональная самоидентификация скорее свидетельствует о его этнокультурном самоопределении.

Многолетняя практика социологических опросов, дополненная данными углубленных интервью, показывает, что, определяя себя при ответе на вопрос о конфессиональной самоидентификации как православного, католика, мусульманина и т.д., многие респонденты имеют в виду не то, что они верят в Бога в соответствии с канонами соответствующей религии, а то, что они происходят из данной этнокультурной среды, относят себя к православной (например, русской, украинской), католической (польской, литовской), мусульманской (татарской, башкирской, азербайджанской и т.п.) этнокультурной традиции.

То есть в их сознании конфессиональная самоидентификация выступает заместителем идентификации этнонациональной.

Это подтверждается и тем фактом, что к той или иной конфессии отнесла себя и значительная часть представителей нерелигиозных групп населения.

Поэтому суммирование ответов о конфессиональной принадлежности не может рассматриваться как показатель уровня религиозности. В то же время распределение ответов опрошенных об их конфессиональном "происхождении" свидетельствуют о реальной или потенциальной базе каждой из конфессий (религиозных направлений) и о мере их способности влиять на общественное мнение в регионе или населенном пункте.

По данным исследования конфессиональная самоидентификация опрошенных выглядит следующим образом:

Конфессиональная самоидентификация населения ЯНАО, в %

Православные 69,7

Мусульмане 9,2

Считают себя христианами, но ни к какой христианской конфессии или церкви не принадлежат 7,0

Считают себя верующими, но ни к какой конфессии, церкви, вероисповеданию себя не относят 5,6

Католики 1,0

Последователи традиционной религии народов Севера 0,6

Христиане веры евангельской – пятидесятники 0,5

Свидетели Иеговы 0,2

Старообрядцы 0,1

Греко-католики (униаты) 0,1

Лютеране 0,1

Евангельские христиане 0,1

Члены Новоапостолькой церкви 0,1

Иудаисты 0,1

Другие вероисповедания 1,0

Не ответили 4,5

Абсолютное большинство респондентов (69,7%) отнесли себя к православным. На втором месте приверженцы ислама (9,2%). Последователями традиционной религии коренных народов Севера являются 0,6% опрошенных.

Зафиксированы определенные изменения в характере взаимосвязи религиозности с возрастом и образованием респондентов. Социологические исследования советского периода отмечали устойчивую прямую зависимость между возрастом и религиозностью (чем старше возрастная группа, тем выше в ней уровень религиозности) и обратную – между возрастом и уровнем образования (с повышением уровня образования уровень религиозности снижался). О характерности подобных зависимостей сообщают и многие зарубежные исследователи. Однако материалы данного исследования, как и аналогичного социологического опроса в ХМАО, свидетельствуют о некотором изменении этих тенденций.

Определенная тенденция прослеживается в различиях уровня религиозности по возрастным группам населения.

Если социологические исследования советских времен устойчиво показывали более высокий уровень религиозности (60-80%) в старших возрастных группах (51-60 лет, старше 60 лет) и минимальный (3–8%) – в младших возрастных группах (до 20 лет, 21-30 лет), то в настоящем исследовании, как и в аналогичном – в ХМАО, – вырисовывается иная картина: наиболее высокий уровень религиозности зафиксирован именно в молодежных группах: до 20 лет – 42,9%, 21-30 лет – 50,0%, в остальных же возрастных группах уровень религиозности оказался ниже среднего по массиву, в том числе и в самой старшей (50 лет и старше) – 36,6%.

Представители современных старшей и средних возрастных групп в значительной части являются носителями того менталитета, который у них сформировался в процессе их социализации ещё в советское время. Обучение в школе, основанное на материалистическом миропонимании, атеистическая направленность всей идеологической работы и публикаций СМИ выработали у них критическое или, по крайней мере, индифферентное отношение к религии. Какая-то часть этого поколения в силу религиозного воспитания в семье восприняла ещё в детстве и сохранила на всю жизнь религиозность. Бóльшая же часть при социологических опросах в 60-80 гг. предпочитала идентифицировать себя как неверующих или атеистов, некоторая часть – как индифферентных. Для большинства из них религия не представляла общественной и личной значимости, как бы вообще не существовала или существовала где-то на периферии общественной жизни и общественного сознания.

В силу этих обстоятельств уровень религиозности в средних и старших группах населения сегодня ниже, чем в среднем по массиву и особенно по сравнению с молодежными возрастными группами.

Более же высокий уровень религиозности, зафиксированный в последних, можно объяснить, во-первых, тем, что вступление в сознательную жизнь, обучение в школе, весь процесс их социализации проходил в условиях, принципиально отличных от предшествующего периода российской истории. Они не получили идеологической "прививки" в виде атеистического воспитания. По сравнению со старшими поколениями им доступно большее количество религиозной информации, свободно циркулирующей в обществе, причем без всякой критики со стороны последователей атеистического мировоззрения.

Наряду с этим в данной среде широко распространен идеологический конформизм, следование моде не только в одежде и поведении, но и в декларируемых взглядах.

Тот более высокий уровень религиозности, который зафиксирован исследованием, как правило, является не результатом религиозного воспитания в семье, а следствием духовно-нравственного кризиса российского общества, дискредитации атеистического мировоззрения и социалистической системы ценностей, поиска молодыми людьми новой духовной идентичности, а также активной религиозной пропаганды.

О том, что религиозность представителей этой группы населения не носит глубокий, определяющий личность в ее сознании и поведении характер, свидетельствует и то, что (по данным опроса более 200 студентов и учащихся средних учебных заведений) в иерархии возможных (ролевых) идентификаций молодых людей конфессиональная идентификация занимает одно из последних мест. Она разделяется всего 4,5% опрошенной молодежи, уступая в том числе и национальному самоопределению.

На первом же месте с большим отрывом находится гражданская идентификация – как гражданина России. Эту позиция характерна для двух третей молодых людей.

Таким образом, изменения, произошедшие за последние 10-15 лет в соотношении религиозности представителей всех мировоззренческих групп населения позволяют сделать вывод о том, что в современном сообществе жителей Ямало-Ненецкого автономного округа, как и во всем российском обществе, религиозность утратила характер признака маргинальности определенных общественных групп, и, прежде всего, верующих, а стала духовным качеством, присущим примерно в равной степени всем группам населения по возрасту, образованию, сферам и характеру трудовой занятости, в том числе наиболее молодым, образованным, профессионально квалифицированным и социально активным.

4.07.2005