"Все кладбище было против этой поездки"

Траурные мероприятия в Беслане прошли на фоне встречи "Матерей Беслана" с Путиным

3 сентября в Беслане прошли основные траурные мероприятия, посвященные годовщине теракта в школе N 1. В кульминационный момент в небо был выпущен 331 – по числу жертв – белый шар. На кладбище открыли памятник погибшим – "Древо скорби". Ствол его образуют скорбные фигуры матерей, а густая крона состоит из парящих в небе детей с ангельскими крыльями. Оглашение имен жертв на открытии мемориала заняло почти полчаса. Все это время люди стояли не шелохнувшись и не издав ни звука.

Накануне, 2 сентября, четыре представительницы комитета "Матери Беслана" вместе с еще четырьмя пострадавшими, включая нынешнего президента республики Таймураза Мамсурова, прервали траур и вылетели в Москву, чтобы встретиться с президентом России Владимиром Путиным. В самом Беслане эту поездку и ее результаты многие восприняли негативно.

- Вместе с несколькими матерями я провела с 1 по 3 сентября на кладбище, рядом с могилами наших детей, – сообщила "Известиям" Залина Музаева, потерявшая год назад в бесланской школе N 1 дочь. – Мы ночевали там, не брали пищи в рот, как и наши дети тогда в спортзале. А когда вернулись домой, узнали, что Путин встречался в те же дни с членами комитета "Матери Беслана" в Кремле и успокоил их. Мол, давайте не будем страсти нагнетать, не только у вас теракты, но и в других странах. У меня грамма уверенности нет, что после этой поездки настоящие виновники гибели наших детей будут все же названы. Вся надежда у нас остается только на себя и собственное расследование.

Само приглашение пострадавших в Москву в дни траура Залина называет "оскорблением пострадавших":

- Президент еще раз унизил нас. Поэтому все кладбище было против этой поездки. Я прямо об этом сказала перед первым сентября в комитете. Но его руководители против народа пошли.

Непростая обстановка после возвращения делегации из Москвы и в самом комитете, сообщил "Известиям" источник в этом руководящем органе общественной организации. Его члены ждут объяснений председателя Сусанны Дудиевой, принявшей, как они считают, волевое решение лететь 2 сентября в Москву вопреки позиции большинства. Сама же Дудаева еще перед отлетом в Москву пояснила "Известиям", что никакого волевого решения не было.

- Да, в комитете были дебаты: ехать – не ехать, – сказала она. – Но большинство решило использовать этот шанс для того, чтобы сказать президенту то, что мы должны ему сказать.

Противники поездки утверждают, что лидеры комитета поддались "опасению не попасть к Путину и не высказаться, и это опасение оказалось для них главным". В результате "сотни пострадавших, которые жаждали напрямую пообщаться с президентом в Беслане и высказать ему свои претензии, теперь лишены этого шанса".

"Мы поверили президенту и будем ждать"

Вернувшись домой, "Матери Беслана" дали пресс-конференцию, на которой объяснились в доверии к президенту России.

- Мы сказали, что считаем расследование необъективным, по многим вопросам у нас полное несогласие с прокуратурой, – заявила председатель комитета "Матери Беслана" Сусанна Дудаева. – Президент откровенно сказал, что был дезинформирован. Особенно это касалось числа заложников. Президенту было сказано, что заложников – 350. Он сказал, что будет уточнять вопросы, касающиеся применения огнеметов, гранатометов и танков. Что в ближайшее время он во всем разберется, и мы увидим перемены и результаты. Обещал вместе с генпрокурором рассмотреть возможность объединения уголовных дел по теракту в Беслане. Мы донесли до него, в чем видим вину отдельных руководителей. Он сказал, что запросит информацию, проявит личную заинтересованность. И заверил, что виновные будут наказаны. Мы поверили ему и будем ждать.

В скобках надо заметить, что реакция президента оказалась скорой. 3 сентября на заседании Совета безопасности обсуждались вопросы, поднятые "Матерями Беслана" на встрече в Москве. Президент поручил генпрокурору направить в этот город представителей центрального аппарата Генпрокуратуры. "Им предстоит провести всестороннюю дополнительную проверку всей совокупной информации, имеющейся по этому делу", – отметил глава государства.

- Вы не боитесь раскола в ваших рядах и того, что вы можете исчезнуть как политическая сила? – спросил Сусанну Дудаеву кто-то из журналистов в конце пресс-конференции.

Она ответила: "Нет".

Этот ответ примечателен во многих отношениях. Члены комитета "Матери Беслана" раньше старались избегать говорить о себе как о политической силе. После встречи с президентом они уже перестали "скромничать".

"Мы от отчаяния кричим: "Хотим уехать!"

Что касается раскола, то он произошел еще и на почве отношения к обращению с просьбой о политическом убежище за границей. Руководство комитета опровергло свою причастность к этому заявлению. Между тем его копия опубликована в интернете с подписями более 80 членов комитета и пострадавших в теракте. Стоит там и подпись Сусанны Дудаевой.

Вот что говорит об этом одна из активисток комитета Элла Кесаева.

- Именно комитет собирал подписи. Сусанна Дудиева посчитала возможным сказать, что комитет не имеет отношения к этому заявлению. Тем самым она позволила себе обман. Ведь большинство членов комитета, множество пострадавших подписали эту бумагу и хотят уехать жить за границу. Обращение написала сама Сусанна. Видно, мы сильно кого-то задели своим обращением. Может быть, и повлияли как-то на нашего председателя, если она пошла на попятную?

Разборки внутри комитета в некоторой степени затмили траурные мероприятия.

Впрочем, сами жители Беслана о заявлении "Матерей Беслана" знают мало. Когда объяснишь, недоуменно пожимают плечами: "А что, они просто так не могут уехать за границу, оформив паспорт? Деньги у них есть – компенсации получили. Обязательно надо скандалить?"

Впрочем, некоторые из подписантов говорят, что на самом деле они никуда не собираются уезжать.

- Моя подпись тоже стоит под этим заявлением, – призналась "Известиям" член комитета "Матери Беслана" Марина Пак. – Но ни я, ни большинство других пока никуда отсюда не уедем. Здесь могилы наших детей. Как я оставлю своего ребенка! К тому же сама просьба о политическом убежище по строгому счету неуместна. Мы не можем сказать, что нам здесь угрожают, что нас бросают в тюрьмы, еще как-то притесняют. Смысл этой эмоциональной бумаги: жить в стране, где ты не нужен, нет сил. Мы от отчаяния кричим: "Хотим уехать!"

"Убиенные террористами" Третьего сентября на кладбище Беслана открывали скульптурную композицию "Древо скорби". Это трехметровое символическое изображение матерей и их погибших детей. Матери образуют ствол древа, а крону – дети с ангельскими крыльями.

Перед тем как открыть памятник, перечислили имена всех погибших в результате теракта в Беслане, в том числе десяти бойцов "Альфы" и "Вымпела" и двоих работников МЧС.

Голос диктора, усиленный динамиками, почти полчаса гремел в воздухе. Люди, тысячи людей, за все это время не издали ни звука, стояли не шелохнувшись. Незадолго перед церемонией открытия на кладбище приехали глава Северной Осетии Таймураз Мамсуров, глава Южной Осетии Эдуард Кокойты и епископ Феофан. Встали рядом, приготовились к протокольной съемке. Но произошло непредвиденное. Католический священник в сутане и с большим крестом поверх нее направился к избранной троице, решив, видимо, присоединиться к ней. Епископ Феофан этого допустить не мог, энергично замахал на него руками.

Дружбы конфессий не получилось.

Так получилось или так устроили, но большинство родственников погибших оказались по одну сторону памятника, а начальники – по другую.

Памятник открыли с небольшой заминкой. Полотно, которым он был накрыт, как ни тянули его вниз, не сползало. Оказалось, что оно зацепилось за руку одного из детей-ангелов.

Во время панихиды после открытия памятника епископ Феофан произнес фразу "убиенные террористами". Это новое слово в лексиконе священнослужителей. Но против террористов никто возражать не стал.

Днем на площади перед школой N 1 прошла церемония поминовения. В 13.05, ровно в то время, когда год назад прогремел взрыв, объявили минуту молчания. Бесланская минута молчания продлилась почти треть часа. Люди, тысячи людей, стояли плечом к плечу в полнейшей тишине, не смея шевельнуться. Затем включили "Аве Марию" и в небо взметнулся 331 белый шар. По числу убитых в теракте. Тихо запричитали женщины – на годовщину в Осетии голосить не принято. Зашмыгали носом мужчины. Подняв головы, все смотрели вслед шарам, по-видимому, символизирующим души убитых детей.

Шары стремительно поднялись, немного покружили над толпой и пошли на восток.

- Вот черт, в Ингушетию полетели, – с беспокойством сказал один из мужиков.

- Правильно полетели, – играя желваками, отозвался другой.

05.09.2005