Разные люди и по-разному ездили на остров Залит к старцу Николаю Гурьянову. В последнее время массовое паломничество, как и всякая массовость, порой приводила к профанации старческого служения. О первых паломниках к старцу – в конце семидесятых годов рассказал протоиерей Николай Голубев из храма Казанской Божией Матери в городе Тосно под Санкт-Петербургом.
Наше поколение – молодежь семидесятых годов была очень активной, духовно ищущей. Мы искали истину, искали людей, которые могут показать путь к истине. Когда мы пришли в церковь, то почти все питерские прихожане молодого поколения (а было нас тогда не так уж много) знали друг друга, если что-то открывалось в духовной жизни, старались поделиться. Так, когда узнавали о духовно опытных людях, старались к ним съездить, чтобы учиться правильной духовной жизни. Так мы ездили в Каменный Конец к отцу Василию Швецу, к блаженной Любушке, к отцу Павлу Груздеву, к отцу Науму в Троице-Сергиеву Лавру. Архимандрит Наум стал моим духовником. И, оказалось, что все священники с кем мы встречались, к кому ездили за советом, очень почитают протоиерея Николая Гурьянова с острова Залит. Почитали его, как опытного и в то время по возрасту самого старшего из духовников, и как молитвенника. Потому что сами условия его жизни располагали к молитвенному подвигу. Вот мы на приходах – в основном ремесленники, к нам народ идет с требами, мы постоянно в этой круговерти. А отец Николай много лет жил в таких условиях, что люди его особенно не донимали, и он имел возможность молиться.
Я поехал к отцу Николаю именно с вопросом о молитве. Впервые тогда прочитал книгу С.Большакова "На высотах духа", где рассказывается о том, как православный мирянин учился молитве у подвижников, "собирал мед духовный", ездил к разным подвижникам именно для того, чтобы научиться правильно молиться. Потому что от этого все в жизни зависит. Нельзя не убавить, не прибавить. Нужно исполнять свою меру, это как на работе: хорошо работаешь, норму выполняешь, хорошо тебе платят, плохо работаешь, ничего не получаешь. Так в молитве, если прибавляешь или убавляешь, молитва превращается в забаву. И за это расплачиваешься. Чем? Болезнями, жизненными неприятностями. Правильно и хорошо молишься, и жизнь твоя течет в нужном русле. У меня были проблемы в личной жизни тогда, я понимал, что что-то не так с молитвой и потому поехал к старцу Николаю. Кроме того, я чувствовал необходимость пересмотра жизненного пути. Я был в то время геодезистом, работал зав. лабораторией в Горном институте, много путешествовал по стране, но уже чувствовал духовную неудовлетворенность, душа искала иных путей.
Очень мне запомнилась та первая поездка к батюшке. Я доехал до Пскова, сел на ракету. На острове вышло три человека – двое местных, и я. Я направился в глубь острова, а на встречу мне батюшка. А я даже не знал, как он выглядит. Несу в подарок арбуз и два батона. Спрашиваю его: - А вы не знаете отца Николая? - Так ведь он в Москве. - А как бы ему гостинец передать? - Да ладно уж, заходи.
Зашли мы в келью, присели к столу с многоведерным самоваром, за зановеской спальня, на стене икона Страшного Суда.
Разговаривали мы очень долго. Я спрашивал о своих жизненных проблемах, но в основном мы говорили о молитве.
Считаю, что к духовным людям с этим и нужно ездить: "Батюшка, научи молиться!" А не так: "Вот фотография, скажите, батюшка, хороший это человек или плохой, нужно за него замуж выходить?"
Или, как бывает обычно спрашивают: "А если так?" – "Ну, помолись". – "А если так?" – "Помолись". "А если вот так?" Так что же старец гадалка?
Потому старец и отвечает некоторым однозначно, что не видит, чтобы человек был способен на труд духовный. Что он сам способен поразмышлять, молитвенно поискать воли Божией.
Про себя скажу, что в мой первый приезд старец Николай не дал мне никаких житейских советов. Он так же только сказал: "Молись". И наставил о молитвенном правиле, как и сколько я должен молиться. И потом это принесло плоды – я стал служить в церкви, сначала алтарником, потом псаломщиком, потом дьяконом, а потом уже Господь меня сподобил священства. И с семейными у меня все, слава Богу, устроилось. Не сразу, не без искушений, постепенно, но устроилось.
И потом я понял главное – учиться нужно всегда у Церкви. То есть жить церковной жизнью, ровно, последовательно, и все будет устраиваться, открываться постепенно, без рывков, без надрыва.
Потом я ездил к старцу еще раз, чтобы утвердиться в том, что я иду правильно. То есть в миру мне оставаться или служить в церкви. Я склонялся к последнему, но хотел узнать мнение старца, на правильный ли путь я стал. Он благословил меня готовиться к церковному служению. Но именно готовиться, а не искать, не вымогать.
Так старец Николай дал мне направление духовной работы на всю жизнь, этим путем я и иду.
Потом, когда уже к старцу поехали толпы, я на остров не ездил. Я ездил к матушке Любушке, Бог дал и причащать ее уже в Вышнем Волочке, часто ездил к старцу Павлу (Груздеву) на Ярославщину.
И из общения с этими молитвенниками я понял, что нужно уметь правильно задавать вопросы. Вот сейчас слышишь: "Старец Николай благословил, а так не получилось. Благословил на брак, а он развалился. Благословил на священство, на монашество – и одно искушение вышло из этого. Как же так?" А дело вовсе не в том, что старец ошибся. А в том, что к старцу подходили, как к оракулу, как к волшебнику. И это не только к старцу Николаю относилось и относится.
Так как я к старцу в последние годы не ездил, потому приведу аналогичный пример с матушкой Любушкой. Приехала ко мне на приход какая-то женщина и давай меня учить духовной жизни. Я ее спросил: - Кто тебя на это поставил? - Матушка Любушка. - А как? - Я ей рассказала о своих откровениях, духовных снах. О том, что хочу людей учить. А она сказала: "Как хочешь". И вот человек делает, как хочет.
К старцу идут с вопросами, заранее ожидая ответ. Он видит, что человек не слышит его, повторяет ему его же намерение, – пусть шишки набивает и через это учится мудрости духовной. Духовные вещи необъяснимы, тут нельзя с грубой логикой лезть. Если ты идешь к старцу, то ты должен подготовиться к этому, и ловить каждое его слово, а не думать о своем. Например: - Жена в церковь не идет, не хочет. Венчаться не хочет. - Захочет. Привези ее ко мне, я с ней поговорю. Она так и не захотела к старцу ехать, и в церковь ходить не захотела, но венчалась, правда не потому что захотела, а только потому, что ее уговорили. И брак тут же распался. Так что же старец в этом виноват? Надо было внимательно слушать. И выполнять его благословение в той последовательности, которую он открыл, а не механически.
И теперь явно, что многое из того, что приписывают Старцу – не он говорил, а от него говорили. Не искали воли Божией, а ехали уже с определенным решением: "Я знаю, что надо делать, чтобы было хорошо". Ну вот, старец и благословлял, видя такую внутреннюю установку, а потом человек набивал шишки и начинал учиться серьезной духовной жизни, в которой нет ничего механического. Часто люди ехали именно с такой формулировкой: "Батюшка, помолитесь, чтобы..." А может молиться нужно совсем о другом? "Батюшка, благословите на то-то и то-то". А может нужно сначала спросить: "А нужно ли мне это делать?" Но человек уже заранее убежден, что "его дело правое", нужно только благословение получить. Поэтому старец часто на все вопросы отвечал только: "Помоги вам, Господи, спаси Господи", то есть, как Бог Сам все устроит, так и будет.
Опять приведу пример из жизни Любушки Сусанинской. Однажды мы приехали к ней с одним студентом Духовной Академии, у него был вопрос: "Где ему найти духовника?" Она ему ответила: "Выбирай: отец Николай Кузьмин, отец Богдан из Никольского и отец Василий с Серафимовского". И я спросил: "А мне духовника?" К отцу Науму уже редко приходилось ездить – я был уже рукоположен и послан в деревенский приход, там было очень много забот, не выбраться было в Лавру. И Любушка мне ответила: "А ты у Бога спрашивай". Я был в недоумении: "Как это у Бога спрашивать? Руки к небу воздымать, ангелы к тебе спустятся и будут тебя учить? Что-то не то". А потом со временем, по жизни до меня дошло: "Читай Евангелие каждый день и смотри, как Он поступал, так и ты старайся. Так и учись постоянно. Ситуации ведь одни и те же. И тогда люди голодали, болели, были у них семейные неурядицы, с властями неприятности были". Так нужно постоянно учиться вере. Все мы еще по-настоящему неверующие люди, если бы я веровал, то я бы уже по воде ходил...
А старцы, подвижники – они верующие люди. Но их слова, их советы обычной логикой не познаются. Продолжу тот пример, о котором рассказывал. Тот семинарист (теперь он священник), который спрашивал Любушку о духовнике, пошел к отцу Василию Ермакову, а через него к нему потом пришел и я. Отец Василий и рекомендовал меня на священство, у него на Серафимовском кладбище служил я целый месяц после рукоположения во священники. Так все в духовной жизни совершается постепенно, не вдруг. По молитве Бог все устраивает.
А то мы святых превращаем в мифы, их слова, их жизнь истолковываем по-своему. И внимание обращаем в основном на внешнее: во что одевался, где был, каких людей привечал, а главное не это – главное, как молился святой. Как, например, отец Павел Груздев учил молиться. Так, как будто ты упал в колодец и видишь, кто-то мимо идет, ты ведь не будешь говорить: "Кидай веревку, где ты раньше был?" Нет, ты будешь упрашивать: "Спаси меня, помоги мне".
Старцы, подвижники – это те, кто правильно молится. И Бог дает им свои дары. А мы все умничаем. Вопросы любим задавать, хотим, чтобы у нас в жизни все поскорее, да получше разрешалось. А нужна верная основа жизни для каждого человека – правильная молитва и учиться всю жизнь у Церкви, остальное приложится.
Источник: Русская линия
