Шииты белыми нитками

Борьба за власть

Вчера стали известны первые результаты субботнего референдума в Ираке. По предварительным данным, подавляющее большинство граждан страны поддержали предложенный проект конституции. Наибольшую выгоду из этого извлекут шииты, составляющие 60 % населения Ирака. Теперь они гарантированно получат большинство на декабрьских выборах в парламент. Однако им предстоит столкнуться с серьезными проблемами, главная из которых – сохранение целостности страны.

Конституции быть

Как заявил вчера Центризбирком Ирака, референдум по конституции можно с уверенностью назвать состоявшимся. На избирательные участки пришли более 60 % граждан страны, имеющих право голоса. Еще вчера днем члены ЦИКа избегали говорить о результатах плебисцита, ссылаясь на сложности подсчета голосов, и делали вид, что судьба конституции все еще под вопросом. Особенно в ЦИКе были недовольны заявлением госсекретаря США Кондолизы Райс, которая еще накануне непонятно на каком основании дала понять, что иракцы сказали конституции "да". "Насколько я знаю, она (Кондолиза Райс. – „Ъ") не является членом нашей комиссии" , – с вызовом заявил вчера член иракского ЦИКа Абдул Хусейн аль-Хиндауи.

Впрочем, ближе к вечеру в Ираке не было сомневающихся в положительном исходе голосования. Сунниты, которым для провала конституции необходимо было набрать две трети голосов хотя бы в трех провинциях из 18, добились своего лишь в двух. И это при том, что они оказались самыми активными участниками голосования. По предварительным данным ЦИКа, средняя явка избирателей в суннитских городах превысила 77 %, а в шиитских районах этот показатель едва достиг 60 %. Судя по всему, сунниты учли свою январскую ошибку, когда большинство их бойкотировало выборы в Национальную ассамблею. В результате в 275-местном временном парламенте они получили лишь 17 мандатов, хотя могли рассчитывать на 50-60. Однако нынешняя активность суннитов не помогла им похоронить проект конституции. Демографическое большинство шиитов и примкнувших к ним курдов сделало свое дело – конституция была принята. В четверг будут объявлены точные цифры, но общий итог уже ясен.

Утвержденный проект конституции закрепляет демократическую систему выборов и парламентскую форму правления. Это выгодно прежде всего шиитской элите. Теперь шииты гарантируют себе большинство в парламенте, выборы в который запланированы на декабрь. После этого коалиция религиозных деятелей (во главе с верховным аятоллой иракских шиитов Али аль-Систани) и прагматиков, возглавляемых премьером Ибрагимом аль-Джафари, сможет сформировать правительство и заняться укреплением своей власти. Впрочем, на пути к светлому будущему шиитов со всех сторон подстерегают опасности.

Курды с севера

Как ни странно, меньше всего шиитской гегемонии могут угрожать иракские сунниты, выступавшие против конституции. Зато вчерашние союзники шиитов курды обещают доставить в будущем много проблем. Как и шииты, курды, которых в Ираке порядка 20 %, сумели зафиксировать практически все свои требования – принцип федерализма и право на 60 % доходов от нефти, добываемой на курдской территории. Кроме того, в рамках договоренностей с шиитами курды получили свою квоту в центре: лидер Патриотического союза Курдистана (ПСК) ДжаляльТалабани стал президентом, а генштаб Ирака возглавил курдский "генерал". При этом курды располагают самыми боеспособными войсками в стране, что немаловажно в нынешней ситуации.

Однако у шиитов все еще есть способы свести на нет курдские претензии на независимость или широкое участие в управлении Ираком. Один из козырей шиитам подкинули сами курды, которые после падения режима Саддама Хусейна в апреле 2003 года неоднократно участвовали в операциях коалиционных войск по подавлению восстаний в суннитских и шиитских районах Ирака. В перспективе общий враг может стать объединяющим фактором для шиитов и суннитов.

При строительстве отношений с курдами шиитское правительство может рассчитывать на помощь Турции. Анкара готова поддерживать правительство Ибрагима аль-Джафари, чтобы Северный Ирак не стал родоначальником будущего независимого Курдистана, часть которого приходится и на территорию Турции.

Помимо этого шииты могут сыграть на противоречиях двух ведущих курдских кланов – эрбильского и сулейманийского – по вопросу распределения нефтяных доходов. Дело в том, что нефть в основном находится на территории Сулеймании, находящейся под контролем ПСК. А в качестве формального главы автономии выступает эрбилец Мустафа Барзани – лидер Демократической партии Курдистана (он контролирует аграрные провинции Дохук и Эрбиль). Если нефтеносные районы Киркука при окончательном оформлении территориального устройства страны не войдут в состав курдской автономии, борьба за сулейманийскую нефть рассорит два курдских клана. И этим сможет воспользоваться центральное правительство.

Племена с юга

Не меньшую угрозу для шиитского правительства в Багдаде представляет угроза автономизации в Южном Ираке. Дело в том, что в этом населенном шиитами регионе ключевую роль играет не столько фактор религиозной общности, сколько племенной. При этом для племенной элиты гораздо важнее повышение собственного благосостояния, например, через автономию, чем борьба за призрачные общешиитские или общеиракские интересы. За влияние на племенную элиту уже соперничают британцы и иранцы. Англичан интересует прежде всего нефть Южного Ирака. Иран заинтересован в сохранении определенных противоречий между Багдадом и Басрой, поскольку это будет препятствовать чрезмерному усилению Ирака. Конкуренция между Лондоном и Тегераном за влияние в этом регионе постоянно растет. В этом плане показательны последние обвинения в отношении иранских спецслужб, которые, по мнению британцев, стоят за терактами против оккупационных войск. Британцы уже произвели аресты среди иракских чиновников и полицейских, заподозренных в связях с Тегераном.

Кроме того, и британцы, и иранцы стремятся усилить свое влияние на пользующийся авторитетом среди шиитов Высший совет исламской революции Ирака (ВСИРИ), членами которого в основном являются выходцы с юга. В результате репрессий Саддама Хусейна сторонники ВСИРИ обеднели, а теперь, если им удастся создать автономию, богатый нефтью юг может стать вторым Кувейтом. За влияние на юге с ВСИРИ соперничает распущенная год назад и возрождающаяся под лозунгом "Нет разделу Ирака" "армия Махди" , возглавляемая радикальным имамом Муктадой Садром. При этом усиление движения Муктады Садра происходит не без участия премьера аль-Джафари, который опасается, что после автономизации богатого нефтью Южного Ирака правительство в Багдаде может лишиться необходимых финансовых ресурсов.

Конкуренты с востока

Непросто складываются отношения иракских шиитов с главным бастионом шиизма – Ираном. Пока Тегеран является ведущим официальным союзником правительства в Багдаде. Многие из шиитских лидеров Ирака именно в Иране пережидали репрессии времен Саддама Хусейна. С другой стороны, Тегеран во многом воспринимает шиитское правительство в Багдаде как младшего союзника, в то время как иракские шииты сами претендуют на лидерство. Дело в том, что традиционно именно Ирак являлся центром шиизма. Здесь находятся основные шиитские святыни. Четвертый халиф мусульман и основной халиф шиитов Али провозгласил своей столицей город Куфу, а захоронен в Эн-Наджафе. Его сын Хусейн, третий и самый почитаемый имам шиитов, был убит и захоронен в Кербеле вместе со своим братом, воином аль-Аббасом. Самарра – место рождения двенадцатого имама, известного по имени аль-Махди. Это мифическая личность – основа философии шиитской религии, утверждающей, что когда-нибудь наступит век справедливости и правды, поскольку имам аль-Махди вернется в качестве мессии. Но несмотря на богатые шиитские традиции Ирака, с конца 1970-х годов центр шиизма постепенно переместился в Иран. Тогда иранские аятоллы воспользовались гонениями на своих иракских собратьев, которые устроил Саддам Хусейн.

Пока иракские аятоллы не спешат оспаривать лидерство Кума, превратившегося в религиозный центр шиизма, и титул марджау таклид ("образца для подражания"), который носит духовный глава Ирана аятолла Али Хаменеи. Тем более что два известных иракских аятоллы, которые выступали с реформаторскими лозунгами, погибли при странных обстоятельствах. Это произвело впечатление даже на лидера иракских шиитов, верховного аятоллу Али аль-Систани, который предпочитает не высказываться по этой теме. Однако вечно так продолжаться не будет. Если иракским шиитам удастся создать свой режим, то они смогут оспорить у Тегерана первенство в региональной, религиозной и нефтяной политике.

Еще более тонкую игру правительство аль-Джафари ведет с американцами. Дело в том, что в 1920 году при аналогичных событиях шииты ненадолго сумели взять власть в свои руки. Однако не сумев договориться с британцами, шиитское правительство в Багдаде было свергнуто оккупационными войсками, которые сделали ставку на суннитское меньшинство. Сейчас такой вариант также возможен. Поэтому шиитское правительство очень быстро нашло общий язык с оккупационными властями. Судя по всему, учась на ошибках прошлого, Ибрагим аль-Джафари стремится не ввязываться в конфликты, пока режим недостаточно крепко стоит на ногах.

18.10.2005