В двух предшествующих главках я анализировал жизнь Мануэла – он всегда был занят и свято уверен в том, что работа – какая бы то ни было – придает жизни смысл. Правда, он никогда не уточнял, в чем же этот смысл заключается.
Потом Мануэл вышел на пенсию. Какое-то время он наслаждался тем, что не надо являться на службу к определенному часу, и тем, что может распоряжаться временем и собой по своему усмотрению. Но вскоре он впал в депрессию – стал чувствовать себя бесполезным, отторгнутым от общества, которое помогал строить, показалось ему, что выросшие дети покинули его, а сам он не в силах понять смысл жизни, хотя никогда прежде не обременял себя знаменитым вопросом: "Что я делаю здесь?"
И вот настает день, когда наш дорогой, честный и самоотверженный Мануэл умирает. Подобное рано или поздно случается со всеми Мануэлами, Пауло, Мариями и Мониками. И здесь я передаю слово Генри Друммонду, чья блестящая книга "Высший дар" описывает то, что происходит с этого мига:
"Все мы в какой-то миг задаем себе вопрос, неизменно тревожащий каждое новое поколение: "Что самое главное в нашем бытии?"
Мы желаем использовать отпущенный нам срок наилучшим образом, ибо никто не проживет за нас нашу жизнь. И потому нам надо знать, куда направить наши усилия, к какой высшей цели мы должны стремиться.
Мы привыкли слышать, что наивысшей ценностью духовной жизни является вера. На этом простом слове зиждутся века религии. Что же, вера и впрямь – важнейшее на свете? Считая так, мы впадаем в заблуждение.
Апостол Павел в XIII главе Послания к коринфянам переносит нас в эпоху раннего христианства и завершает такими словами:
"А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше".
Суждение Св. Павла может показаться поверхностным, но – лишь на первый взгляд. Говоря о Вере в той же главе, он утверждает: "...если имею... всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто". Апостол не обходит стороной этот вопрос, напротив – он сравнивает веру и любовь, приходя к выводу: "... но любовь из них больше".
Матфей дает нам классическое описание Страшного суда: Господь сидит на престоле и, подобно пастуху, отделяет агнцев от козлищ.
И в этот миг важнейшим вопросом для человека становится не "Как я жил?", но – "Как я любил?"
Именно Любовь станет последним испытанием для всех, кто желает обрести вечное спасение. В расчет не будет принято ни то, что мы делали, ни то, во что верили, ни то, чего достигли и добились. Об этом ни один из нас не будет спрошен. Нас спросят о том, как любили мы наших ближних. Совершенные нами ошибки нам не поставят в вину. Нас будут судить за добро, которое мы не сотворили. Ибо держать Любовь внутри нашего естества значит поступать вопреки Господу: это доказывает, что мы так никогда и не познали Его, что Он расточал свою любовь к нам втуне, что Сын Его умер напрасно.
В соответствии с этим Мануэл спасется, ибо он, хоть и не видел никакого смысла в жизни, был наделен даром любви – он любил свою семью и заботился о ней, а то, что делал, делал достойно. Но, несмотря на хеппи-энд, последние его дни на этом свете были трудны.
Завершу словами Шимона Переса, которые услышал на форуме в Давосе: "Умрут в конце концов и оптимист, и пессимист. Но каждый из них совершенно по-разному распорядился своей жизнью".
25.10.2005
Источник: Известия
