"Патриаршие споры" продолжаются

Православный патриархат Турции продолжает оставаться в центре громкого политического спора. На сей раз в центре внимания оказался статус патриарха, точнее, его главы Варфоломея I – именоваться ли ему "вселенским" или "фанарским греко-православным патриархатом" (Фанар – один из районов Стамбула, основное население которого составляют православные греки). На первый взгляд речь идет о вопросах сугубо теологических, где трудно представить себе не только "государственную позицию", но и большую политику вообще, даже на фоне переговоров о вступлении Турции в ЕС. Однако, как учит история, человечество до сих пор не знало ни одной "чисто религиозной" войны: под "божественными" лозунгами люди воевали за вполне "мирские" интересы, от дележа рынков до геополитических споров, и трудно найти здесь доказательство более убедительное, чем разграбление крестоносцами тогда еще христианского Константинополя. И о том, что в "конфессиональном споре" о статусе константинопольсконого патриархата не все так просто, напомнил заместитель председателя правящей в Турции Партии справедливости и развития, советник премьер-министра страны Реджепа Тайипа Эрдогана Шабан Дишли. Как указывает Turkish Daily News, очередной этап дискуссии разгорелся в ходе проходившей в Стамбуле встречи представителей православных церквей и группы христианских демократов из Европарламента, где патриарх Варфоломей при поддержке ряда европейских политиков в очередной раз призвал открыть православную семинарию на острове Халки, деятельность которой была прекращена властями 34 года назад. Европейская поддержка и впрямь выглядела впечатляющей. Сначала глава группы христианских демократов в Европарламенте Ганс-Герт Петтеринг заявил, что если семинария не откроется, "это увеличит исламофобию в западноевропейском обществе". Важность вопроса для Западной Европы подтвердил также президент Европейской народной партии Вилфрид Мартенс. Однако в Анкаре идти на уступки не намерены. Кроме того, Дишли в ответ не только напомнил, что в Турции законы одинаковы для всех, и тем же ограничениям, сохраняющим светский характер образования, подлежит деятельность мусульманских общин, но и сообщил, что школа на Халки давно могла бы открыться в качестве факультета одного из турецких университетов, но этого не желает патриархат. Он же подвел черту: по словам Дишли, Варфоломей I не должен именовать "вселенским" свой "фанарский греко-православный патриархат" – законы Турции "очерчивают статус этой единицы", которая, будучи "турецкой институцией", не может выходить "за пределы республики". Кроме того, Дишли напомнил, что Лозаннский договор 1923 года ограничивает роль патриарха религиозным представительством "граждан греко-православного происхождения, проживающих в Стамбуле".

Последнее замечание Дишли заслуживает самого серьезного внимания. В самом деле, очевидно, что речь идет не просто о "внутриконфессиональных вопросах" или подготовке кадров православных священников – за спорами о статусе духовной семинарии на острове Халки и дискуссией, именоваться ли Варфоломею I "фанарским" или "вселенским" патриархом нетрудно усмотреть попытки вывести фанарский патриархат из сферы применения турецкого законодательства и пересмотреть те самые Лозаннские соглашения 1923 года, заменившие печально известный Севрский договор, по сути дела, "загонявший Турцию в вилайет Конья". Если же учесть, что, как уже сообщалось в прессе, в том числе и в нашей газете, фанарский патриархат уже пытаются преобразовать в этакий "православный Ватикан", то есть почти что в самостоятельное государство, то ситуация становится понятной и еще более тревожной.

В Москве пока что не торопятся ввязываться в разгорающийся спор между официальной Анкарой и фанарским патриархатом. Во-первых, такое вмешательство до предела накалит и без того не блестящие отношения между Москвой и Анкарой, несмотря на все политические и дипломатические "подвижки" последнего времени, а во-вторых, от любых контактов с фанарским патриархатом категорически отказывается Русская православная церковь. Что, в общем-то, понятно: еще после того, как Султан Мехмет Фатех взял Константинополь, император Константин XII был убит в схватке с турками, его брат Фома Палеолог, а его дочь Зоя в 1472 году при содействии Папы римского Павла II стала под именем Софьи женой великого московского князя Ивана III, российские церковники учили паству, что Москва – это "третий Рим", наследник Рима первого и Рима второго – Константинополя, а "четвертому Риму не бывать". На этом фоне константинопольский патриархат, действительно, был "неудобным прецедентом". Но теперь, похоже, ситуация изменилась, и РПЦ, активно развивя межцерковные связи, не менее активно вторгается даже на "каноническую территорию" Варфоломея: именно Москва взяла на себя роль посредника в урегулировании конфликта между греческим и фанарским патриархатом. А тогда уже трудно исключать, что очень скоро "православные лозунги" вновь будут востребованы в большой политике.

26.10.2005