Скрытая угроза

Конечно, "нет пророков в своем Отечестве" но, когда надо, мы их находим без особого труда. Вот написал Сергей Доренко роман, приобщился, так сказать, к художественной литературе. И пожалуйста, читатели из Госдумы уже обсуждают: в романе описан сценарий государственного переворота 2008 года. Не случись массовые беспорядки во Франции, никто и не заметил бы романа Елены Чудиновой "Мечеть Парижской Богоматери" вполне заурядного произведения. Как не обратили особого, специального внимания в 2003 году на интересный, качественный роман известного писателя Андрея Волоса "Маскавская Мекка" Но события случились, и возможно, кто-то "усмотрит некое символическое значение в том, что практически одновременно в книжных магазинах Москвы появились два романа, посвященные "мусульманскому вопросу" Уже по названиям этих книг можно судить об общем векторе их содержания: два крупнейших мегаполиса мира стали центрами ислама (действие, понятно, происходит в будущем). В романе Волоса мусульманский полумесяц красуется над Новодевичьим монастырем, у Чудиновой – над собором Парижской Богоматери. Буквально апокалипсис. Жизнь после конца христианской и, соответственно, европейской цивилизации. Москва Волоса не просто поменяла имя (теперь город называется Маскавом), но и всю топографию: "Вот эта длинная стрела, пересекающая центральную часть Маскава, – это проспект Слияния... Левее купол храма Христа Спасителя, рядом купол мечети Праведников... А острый свет, уходящий в небо, – это игла минарета Напрасных жертв..!' – этот отрывок из речи телевизионного комментатора очень показателен. По законам шариата живет и Париж Елены Чудиновой: к 2048 году Евросоюз превращается в Евроисламский блок, виноделие считается преступлением, за которое побивают камнями, картины и скульптуры уничтожены, женщины ходят в паранджах, церкви превращены в мечети. Естественно, у даже самой мощной силы есть противодействие.

И Волос, и Чудинова описывают сопротивление, показывая, таким образом, возможные способы разрубания затянувшегося узла. Увы, в обоих случаях они имеют довольно мало шансов на благополучный исход событий.

Романы Андрея Волоса и Елены Чудиновой ни в коем случае нельзя сравнивать как художественные произведения. Лауреат Государственной премии РФ и "Антибукера" не раз попадавший в длинный и короткий списки "Русского Букера" Андрей Волос заслуженно считается известным и качественным прозаиком, а его "Маскавская Мекка" – полноценная антиутопия, написанная в лучших традициях этого жанра. Елена Чудинова – имя совершенно новое и, если судить по качеству текста "Мечети Парижской Богоматери" в литературе надолго не задержится.

Объединяет же их то, что они волею обстоятельств оказались участниками развернувшейся в обществе дискуссии вокруг сосуществования двух разных миров, разных цивилизаций. "Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не сойтись". Однако вот сошлись в предместьях Парижа, и что теперь с этим делать? Литература не хуже других может предложить свои ответы.

"Месседж" Волоса читается между строк, а у Чудиновой вынесен в специальное послесловие, где автор с готовностью объяснила, что же она имела в виду: отказ от традиционных ценностей ведет к распаду жизненных идеалов и форм религии, к разрушению самого типа европейца. Человек, лишившись опоры в собственной культуре, беззащитен, в том числе перед другой, агрессивной цивилизацией. Вывод в общем безупречный. Дело, как всегда, за малым: с чего начать? И каков практический механизм.Несмотря на все усилия правительства и полиции, массовые аресты и введение комендантского часа, погромы во Франции продолжаются. Волна бунта докатилась и до соседней Бельгии: в этой одной из самых тихих стран Европы неизвестные теперь каждую ночь сжигают автомобили. В России же страшные телекадры стали поводом порассуждать о том, возможна ли такая ситуация в нашей стране.

Если верить многочисленным дискуссиям, развернувшимся нынче в прессе, французские события все-таки воспринимаются россиянами, скорее, как абстрактное и далекое зло, чем как конкретная угроза. Большинство граждан считают, что нашу страну должен уберечь ее исторический опыт многонационального государства. Ислам исповедуют около 20 миллионов россиян, они представлены в структурах бизнеса и власти. Угроза общественному спокойствию сегодняшней России исходит с прямо противоположной стороны.

У нас группы "бритоголовых" безнаказанно устраивают охоту на гастарбайтеров из бывших республик СССР и на темнокожих студентов. А в новый праздник – День народного единства – около двух тысяч националистов прошли по центральным улицам Москвы. Этот марш был украшен недвусмысленными лозунгамии: "Россия – для русских" "Иммигрант, уноси ноги восвояси!" Хуже того, агрессивный национализм становится предвыборной платформой некоторых политических партий. И что совсем уж плохо – дискредитирует само понятие патриотизма. Между тем нам предстоит еще о многом задуматься, чтобы утопии не стали кошмарным будущим. В нашей стране так и не существует внятной иммиграционной политики в отличие от той же Франции, которая всегда была готова продемонстрировать свое радушие приезжим. О несовершенстве французской модели теперь не говорит только ленивый, но это не значит, что отсутствие какой бы то ни было модели лучше и дает державе больше шансов на спокойное будущее. Что и говорить, в России к гастарбайтерам принято относиться с презрением и брезгливостью: их права никак не защищаются, а общественное мнение настроено однозначно против них, тем самым невольно поощряя настроения националистов. Но где гарантии, что в один прекрасный день миллионная армия затравленных, голодных и бесправных строителей (торговцев, уборщиков и т.д.) не отправится с канистрой бензина на ближайшую автостоянку? И как тогда поведут себя российское общество в целом и российская милиция в частности? Вряд ли российская милиция проявит такую же терпимость и обходительность, как это принято во Франции. Все-таки за плечами наших охранников правопорядка опыт Чечни и других "горячих точек" а за нашими плечами – 1993 год, так что всем ясно: единственным погибшим дело, к сожалению, точно не обойдется.

Бунт всегда – дело бессмысленное и беспощадное. И во Франции, и в России...

Ну а что касается романов с "объявленной угрозой", к ним можно относиться по-разному Можно привести огромное количество примеров, когда литература действительно играла провидческую роль и вообще "в начале было слово..." Можно так же аргументированно это оспорить. Но несомненно одно: литература обладает удивительным свойством улавливать, понимать и предъявлять нам социальные страхи, существующие в том числе и в подсознании людей. А к этому следует относиться серьезно...

17.11.2005