Журналистика под фанеру

Замена главного редактора в газете "Известия", о которой мы уже писали, многим показалась симптоматичной, отражающей глобальные перемены в СМИ, случившиеся в последние годы. Справедливо это или нет, выяснится только со временем, но дискуссия о профессии необходима уже сегодня. Открывая ее статьей Юрия Богомолова, многие годы, кстати, проработавшего в "Известиях", мы приглашаем к участию и других заинтересованных лиц. – GlobalRus.

Когда на медийном рынке случилась очередная перемена блюд, то бишь главных редакторов, никто особенно не удивился. Такие кадровые подвижки вроде уже в порядке вещей. А о том, в какой хамской форме это было сделано, говорить не приходится. Снявши голову, по волосам не плачут – не правда ли?

Собственник "Известий" по фамилии "Газпром" в лице Николая Сенкевича сказал общественности то, что и принято в подобных случаях говорить: никакой политики в замене Владимира Бородина на Владимира Мамонтова нет; только голый денежный интерес акционеров. Надо, мол, остановить падение тиражей, минимизировать финансовые потери… За сим бросается сахарная косточка коллективу редакции, не избалованному своевременным получением жалования: мы, акционеры, заинтересованы в том, "чтобы зарплаты выплачивались вовремя".

Редакционный коллектив и общественность не особо обманываются насчет подоплек таких деклараций. Тем более что одна – коммерческая – подоплека не исключает другой – политической. Это тот случай, когда, поймав одного зайца, обязательно подстрелишь и другого. Ударившись в коммерцию, и прибыль акционеру принесешь, и в лояльности к властям отрекомендуешься. Лучше попасться на многоженстве, чем на вольнодумстве.

Впрочем, ситуация с "Известиями" занимательна и как тренд.

Похоже, что частые смены руководителей авторитетных национальных изданий, как и смена их владельцев, – примета времени и симптом определенных процессов. Напомним, что за сравнительно короткое время несколько крупных российских изданий поменяло не только главных редакторов, но и собственников. А "Московские новости" это сделали не один раз. Произошла смена караула в "Газете", в "Огоньке", в "Коммерсанте", в "Независимой газете" и вот теперь в "Известиях".

Чтобы все это значило?

…Прошли те времена, когда крупные собственники скупали СМИ – электронные и печатные – для собственных нужд. Как инструменты политического и общественного влияния (Гусинский, Березовский), для облагораживания собственного имиджа. Или просто для престижа (Потанин).

Сегодня выяснилось, что качественное издание для крупного собственника – обуза, данная ему в нагрузку к его успешному профильному бизнесу. Использовать его на политическом поле – себе дороже. Остается минимизировать финансовые потери от убыточного занятия. Лекарство же от падения тиражей и от общемирового тренда (снижение интереса к печатному слову) – одно. Это радикальное пожелтение газеты, как, впрочем, и телеканала, что, в общем, мы и наблюдаем ежедневно и ежечасно, перелистывая национальные газеты и давя на кнопки наших телевизионных пультов.

Полюсом в этом отношении является издание "Жизнь". Это таблоид без примесей.

Таблоид с политической примесью – "Московский комсомолец". Другой вариант гибрида – "Комсомольская правда".

Нишу же негосударственного самого делового, прагматичного, респектабельного и вместе с тем надпартийного издания занимает уже несколько лет газета "Ведомости". Поскольку спрос на эту нишу в России ограничен, то и попытки других изданий – "Коммерсанта", "Известий", "Газеты" – влезть в нее кончились неуспехом.

А что мы видим на другом полюсе? Абсолютно политизированную и предельно партизированную "Новую газету", которая олицетворяет собой фундаменталистскую демократию. Это уже не средство информации, это – партия. Как и газета "Завтра". Обе они с разной политической окраской (первая с оранжевой, вторая с коричневой) дают выход накопившимся в обществе протестным настроениям.

В ту же сторону стал эволюционировать "Коммерсант" после того, как его владелец, беглый олигарх Березовский, сменил главного редактора.

Новый главный редактор "Известий" уже сделал успокаивающие пассы. Нет, он не собирается из "Известий" делать "Комсомолку-2". Может, Владимир Мамонтов говорит искренне и даже верит в то, что говорит. Но ведь мы знаем, что человек, как правило, делает то, что он умеет делать хорошо.

Владимир Мамонтов хорошо сделал мягкий таблоид под названием "Комсомолка".

Конечно, прочно сделанную машину не просто и не сразу можно перестроить, перепрофилировать. Это видно на примере "Коммерсанта". Это наверняка можно будет заметить и на примере обновления "Известий".

Хотя ничего невозможного нет. Была же славная газета "Московские новости". И что от нее осталось?

Итак, что мы имеем на сегодняшний день? Мы имеем явственно поляризующееся медиа-пространство, внутри которого легко различимы следующие сегменты: пресса желтая, бледно-желтая с политическими проталинами, деловая и глубоко партийная.

На каждом из флангов своя опасность выскочить за границы медиа. Желтые издания в схватках за нишу становятся просто помойками. Тотально партизированные СМИ в раже политической борьбы трансформируются в агитпропы, в пропагандистские дубинки и в партийные форпосты.

К услугам "офисной аудитории" – многочисленные гламурные издания опять же с политическими и аналитическими проблесками и сверчками, знающими свой интеллектуальный шесток. Попытка создания чего-то вроде оффшора для авторской (по другому: артхаузной) журналистики, коим оказался на какое-то время еженедельник "Новый очевидец", кончилась, как мы помним, ничем – журнал и полугода не протянул. И власть тут ни при чем. Тут могут быть вопросы к менеджменту издания и к его владельцу.

Пора признать, что не все медийные проблемы упираются в политику. Сейчас принято говорить о социальной ответственности крупного бизнеса. Редко слышны при этом речи о его интеллектуальной ответственности. Еще более редки дела, свидетельствующие о ней – родимой.

Мы видим, как скукоживается пространство свободы не только оппозиционного слова, но и надпартийного, интеллектуального. В том числе и в либеральных изданиях. По этой причине претерпевает изменения вместе с изданиями и сам характер журналистской работы.

Она с одной стороны становится жестко сервисной. На этом поприще трудится легион интернет-компиляторов.

С другой стороны, мы наблюдаем, как острые перья делаются штыками, а их обладатели апостолами партийных доктрин. В том и в другом случаях журналистская профессия, как таковая, теряет свое достоинство.

Про фронтовую публицистику, предположим, Проханова и Новодворской, я не стану говорить. Тут все более или менее понятно. Они находятся в состоянии войны с кровавым, антинародным режимом и в средствах естественно неразборчивы. Но ведь есть еще и так называемая беспартийная журналистика, на которую, по всей вероятности, и предполагается сделать ставку в нынешних "Известиях".

Тут небезынтересно вспомнить одну дискуссию годичной давности. Ее начал в тех же "Известиях" Виктор Лошак, только что потерявший место главного редактора в "Огоньке". Ему ответил Леонид Бершидский, ставший во главе журнала.

"Ответ" представлял собой мастер-класс для тех "пластмассовых мальчиков", что еще не сумели прорваться в "привилегированную касту" журналистов.

Основополагающий тезис: "Журналистика – это сервисная профессия". Дальше: пропуском в профессию теперь не служит "божий дар". Пропуском отныне может быть "любопытство и честность".

Еще один пропуск в профессию: надличность абитуриента, его безиндивидуальность. Тем репортерам, что обременены авторскими амбициями – дорога в беллетристику.

"Базовые репортерские навыки": умение правильно составить запрос в сети и владение парой европейских языков.

Тексты должны быть "сухими" и "отстраненными".

Журналистика – командная игра.

Самая хорошая новость от издателя Бершидского: журналистика – ремесло, коим может овладеть всякий. (В двадцатые годы прошлого столетия у нас считали, что и писателем может быть всякий).

Автор этих строк рискнул вмешаться в дискуссию и намекнуть, что творческая индивидуальность автора, его литературный дар, его ирония – не побрякушки-завитушки или украшения; это оптика, инструментарий журналиста, который значит в его ремесле несколько больше, чем компьютер с мобильником.

Намекнул, и тут же был награжден клеймом "советский журналист".

Стилистика такой полемики – стилистика функционера, уставшего от необходимости объяснять своим многочисленным подчиненным азы профессии. Пришел в "Newsweek" – объяснил. Возглавил "Форбс" – повторил. Принял на себя бремя руководства "Огоньком" – опять пришлось втолковывать…

Сегодня сей господин, наобещавший собственникам и читателям журнала с три короба, но, так и не подняв его тираж, уже на новом месте что-то возглавляет и проповедует.

…Все почему-то думают, что борьба за тираж должна непременно кончиться появлением голых девушек на первой или задней полосе газеты. Вовсе нет. Вот, и главный акционер "Известий" "Газпром" в лице Николая Сенкевича категорически опроверг домыслы желчных недоброжелателей на сей счет. А главный редактор уже обронил одну конструктивную мысль: фотографии станут крупнее. Это значит, что заметки будут помельче, заголовки, поскандальнее, а подписи – образнее. Комментарийный раздел сократится. Аналитика съежится. На полосах "Культуры" начнется суровая борьба с рецензионностью и погоня за ньюсмейкерами, хотя ими и так кишмя кишит в газете.

Наконец, как не воспользоваться одной из самых калорийных идей господина Бершидского – затолкать "персональную журналистику" в авторские колонки, где, впрочем, предпочтение должно отдаваться не самим журналистам, а просто успешным людям? Предел желаний здесь увидеть в качестве колумнистов Анастасию Волочкову, Николая Баскова, Андрея Малахова или Ксению Собчак. И чтобы они высказывались по всем узловым вопросам текущего бытия…

При этом не нужно, чтобы вышеозначенные лица утруждали себя писанием колонок. Писали бы пупкины и дрюпкины. Могли бы подрабатывать на этом поприще и талантливые перья газеты, профессионалы высокой пробы…

А они, светские львицы и львы, как в известном анекдоте, ходили бы туда, сюда. Чем не журналистика под фанеру?..

И отчего у нас так повелось, что борьба за качество общенационального издания всегда кончается победой над его интеллектуальной составляюшей?.