"Libération": Антисемитизм: Иран бросает вызов Западу

На похоронах Иоанна Павла II телевидение всего мира показало, как иранский президент Мохаммад Хатами и его израильский коллега Моше Кацав здороваются друг с другом по-персидски и говорят о Йезде, городе, где они оба родились. С тех пор прошло восемь месяцев, и от потепления тех дней не осталось и следа. Как и в начальный период исламской революции, тегеранский режим снова считает Израиль врагом номер один.

Вчера недавно избранный президент Махмуд Ахмадинежад выступил с новыми нападками на Израиль и западные страны, назвав Холокост "мифом", созданным Западом: "Они выдумали миф об истреблении евреев и ставят его превыше Бога, религий и пророков. Если кто-то в их странах ставит под сомнение существование Бога, ему ничего не говорят. Но если кто-то отрицает миф об истреблении евреев, рупоры сионизма и правительства, нанятые сионизмом, начинают вопить".

Хотя свою речь Ахмадинежад произносил перед тысячами жителей юго-восточной провинции Систан и Белуджистан, обращался он не к иранскому населению. В Иране общественное мнение уже давно не волнует ситуация в Палестине. Впрочем, и во время последней предвыборной кампании, завершившейся избранием Ахмадинежада, на эту тему не говорилось ни слова. Тем не менее с первых дней существования режима, созданного в 1979 году имамом Хомейни, уничтожение Израиля остается для него абсолютным идеологическим императивом. Поэтому глава иранского государства знает, что среди представителей режима ему никто не возразит и что он может повести за собой радикалов. Настаивая на уничтожении еврейского государства, он демонстрирует свой политический радикализм, вернее, радикализм своего наставника – аятоллы Месбаха Йезди, возглавляющего крупный богословский центр в Куме.

"То, что он говорит, вписывается в рамки борьбы за контроль над аппаратом режима", – говорит иранский ученый и журналист Насер Этемади. Стратегия президента состоит в том, чтобы двигаться от одного кризиса к другому. "Он подпитывается ими, как и при Хатами, когда он все время пытался парализовать начинания последнего", – добавляет политолог. Таким образом, Ахмадинежад берет на вооружение стратегию, которую использовал для укрепления своей власти Хомейни, затыкая рот и оппозиционерам, и соперникам из числа представителей режима.

На деле Ахмадинежад прежде всего провоцирует международное сообщество. Делает он это ловко, увязывая свои негационистские (отрицающие факт геноцида евреев нацистским режимом. – Прим. ред.) высказывания с атомным "досье", хотя последним занимается не он, а его соперник на президентских выборах Али Лариджани. За несколько дней до возобновления переговоров (назначенных на 21 декабря) между Ираном и тремя европейскими государствами – Францией, Германией и Великобританией, стремящимися получить гарантии, что иранская ядерная программа не выльется в создание атомного оружия, он заявляет, что его страна никогда не склонится перед нажимом Запада. "Будьте уверены: мы ни на йоту не отступим от наших законных прав в атомной области", – сказал он, обращаясь к толпе. Торпедируя тем самым дипломатические усилия по нахождению компромисса между Ираном и ЕС.

По этому последнему пункту политологи выдвигают разные версии. "Либо он убежден, что США и Израиль в любом случае ничего не предпримут против Ирана и он может позволить себе любые провокации. Либо он, наоборот, надеется спровоцировать израильский удар, что позволит ему сплотить вокруг себя большинство иранцев. В обоих случаях он выигрывает", – считает уже процитированный нами политолог.

Что касается возможного введения Советом Безопасности ООН экономических санкций против Тегерана, то здесь режим возлагает надежды на Китай, нуждающийся в иранской нефти, и Россию. Показательно, что Москва до сих пор не поставила под вопрос свое сотрудничество с Тегераном в ядерной сфере, жизненно важное для исламского режима.

За негационистскими заявлениями президента просматривается настоящая стратегия конфронтации с Западом. "Между миром высокомерия и миром ислама идет историческая битва, начавшаяся сотни лет назад", – заявил он в одной из своих предыдущих речей. По мнению Насера Этемади, эти слова адресуются и арабо-мусульманскому миру. "Он учел, что в общественном мнении этих стран существует огромный вакуум и что его послание будет встречено благожелательно". Но в Иране борьба за власть далеко не закончилась, и его главный соперник Хашеми Рафсанджани еще не сказал своего последнего слова.