История в елочном шарике

Ким Балашак приехала в Россию в 1995 году вместе с мужем, менеджером одной из крупных консалтинговых компаний. Собирать елочные игрушки начала три года спустя. Теперь американка Ким – владелица одной из богатейших коллекций русских елочных украшений. Ким любит Деда Мороза и традиционные русские кухонные чаепития с задушевными беседами. Накануне Нового года попил с Ким чаю и корреспондент "Россiи".

– С какой игрушки началась ваша коллекция?

– Все началось с Кота в сапогах. В одном журнале я увидела фотографии русских елочных игрушек. Это была любовь с первого взгляда. Потом я нашла этого сказочного Кота на развале, в Измайлове. И началось... Увлечение игрушками росло как снежный ком и быстрыми темпами превращалось в коллекцию.

– Вы любили в детстве наряжать елку?

– Я не росла с вашими игрушками. И не люблю украшать елку. Тем более такими замечательными игрушками. Люди спрашивают меня: как ты можешь помнить о каждой игрушке в своей коллекции? Ответ прост: так как с детства я не была ими окружена, то, когда я вижу игрушку впервые, я точно знаю, что такой у меня нет, но теперь, видимо, будет.

Через год после первой покупки я все расположила в рядочек и поняла: у меня собраны не просто игрушки, а история страны. Причем история добрая. Совсем не похожая на те страшные рассказы, что читали мы в газетах об СССР и России. После этого я ни разу не украшала старыми игрушками елку – в том числе чтобы не разбить. Во время моей выставки разбилась игрушка – разбудильник (речь конечно же о будильнике. – Т. Г. ), и спустя только два года я нашла подобную. Сейчас упаковкой и распаковкой моей коллекции занимается профессиональная компания.

– Американские игрушки похожи на российские?

– У американских игрушек отдельная история. Первые игрушки в Штатах стали производить лишь после Первой мировой войны. До этого игрушки импортировались в США в основном из Германии.

– Как украшают елку в Америке? Одноцветными игрушками?

– Совершенно точно! Моя мама была ярым приверженцем этого порядка. В моей семье не было традиции украшать елку старыми игрушками. Я была маленькой, но помню, что все старые бабушкины игрушки выбрасывались.

Каждый год мама выбирала какой-то определенный цвет: например, на один Новый год дерево наряжалось только красными шарами, на следующий – исключительно серебристыми. Всегда у нас была одноцветная елка. И на ней – всегда только шары.

– А увидев вашу коллекцию, мама не изменила мнения?

– Нет, она до сих пор украшает елку одноцветными шарами. Хотя она была в Москве три года назад во время моей выставки во Всероссийском музее декоративно-прикладного искусства. Мама была в приятном шоке.

– Кто вам ближе: Санта-Клаус или Дед Мороз?

– Мне больше нравится ваш Дед Мороз. Мне кажется, он самый настоящий: строгий, но справедливый. А к Санте я никогда особенно серьезно не относилась.

– А как вы определяете, какая игрушка попадет в вашу коллекцию, а какая – нет?

– У меня игрушки до середины шестидесятых годов прошлого века. Есть мировой клуб коллекционеров игрушек, и он определил, что елочные игрушки, произведенные до 1966 года, могут считаться коллекционными или антикварными. Игрушки после этой даты – уже не раритет, и я такие не собираю. Это вовсе не означает, что они плохие. Просто игрушки, поставленные на поток, сильно потеряли в качестве. Когда смотришь на игрушку 80-х, иногда недоумеваешь: что за странный зверь – не то кот, не то лиса, не снеговик, но и не человек.

Я собираю игрушки определенного периода: с конца XIX века (когда русские игрушки появились в производстве в Питере) до 1966 года. Мне больше всего нравятся игрушки советского периода. Моя коллекция – не о праздновании Нового года, я сохраняю кусочек доброй истории вашей страны. Я американка, и мне очень повезло, что я смогла открыть ее для себя.

До революции была только одна фабрика елочных украшений в Питере, остальные игрушки везли из Германии. Трудно определить, где именно они сделаны, так как германские материалы использовались на питерской фабрике.

После 17-го года начался период хаоса: в Советской России не было абсолютно никакого производства игрушек. В 1925 году новогодние елки были запрещены как "буржуазное наследие". Такое положение вещей сохранялось вплоть до 1935 года, когда Сталин официально разрешил праздновать Новый год. Неудивительно, что 31 декабря 1935 года на первой полосе "Литературной газеты" появилась историческая фраза: "Жить стало лучше, жить стало веселее". И уже в 1936 году как грибы под дождем росли артели, которые начали производить стеклянные, картонные и ватные игрушки.

– Как выглядит наша история через призму елочного шарика?

– На елочных игрушках отражается жизнь страны. До революции большой акцент делался на библейские сюжеты. Причем такие игрушки предназначались в основном для Рождества. Новый год отходил на второй план. После 1935-го же вы не увидите никаких религиозных вариаций на елке: праздник был исключительно светский. Основные сюжеты советских украшений: дети, спорт, советская символика, пионеры, космос, Северный полюс, красные звездочки. Еще одна интересная и весьма популярная тема – сказки. Были и игрушки, одетые в национальные костюмы всех советских республик. Кстати, у меня есть большой елочный шар, на котором изображены четыре главных лица того времени: Сталин, Ленин, Маркс и Энгельс. Этот шар – большая редкость: такие производились только в течение одного, 1937 года, в Москве.

– Какие необычные материалы использовались для старых игрушек?

– У меня есть две звездочки – производство фабрики "Москабель". Вторая половина 40-х годов: ненужные обрезки проволоки и тонких проводков плюс картон – вот и получается новогодняя звезда. У меня есть похожая на них игрушка: те же обрезки тонкого кабеля, сплетенные в звезду, но она сделана уже кем-то у себя дома, видимо, из захваченных на работе обрезков.

Ватные игрушки делали до середины пятидесятых. Игрушки на прищепках – в 50-60-е. Многие игрушки в пору дефицита делали из подручных материалов: к примеру, у меня есть звезда-наконечник для елки, сделанная из химической колбы. Я не знаю, почему русские люди так любят мельницы, но в моей коллекции есть мельницы из стекла, картона, металлической проволоки, пластика, дерева. На самом деле, что бы ни говорили, Россия не очень отличается от остального мира, и после 1966 года (тут поспособствовало развитие технологий) началось массовое производство – китч, которое и породило штампованные игрушки.

– Где же вы находите новые экспонаты?

– Обычно в Измайлове. Поиск игрушек – уникальный и трудоемкий процесс: даже антикварные магазины полны китча. А раньше я в основном пользовалась газетой. Давала объявления, искала объявления, ездила по домам за очередным приобретением. Это было очень интересно для меня: приехать к незнакомым людям, посидеть на кухне, попить чая с тортом. Таким образом, я объездила всю Москву, даже самые окраины, потому как в основном бабушки с нужным мне раритетом жили далеко: часто от конечной станции метро приходилось ехать на автобусе.

На выставке у нас была отдельная тема советской игрушки – космос. И вот две игрушки из нее просто улетели куда-то, возможно, как раз в космос. Одна из них, точно помню, была планета, вот ее я до сих пор не нашла. Похожая на вторую мне попалась в Измайлове, и я решила ее продублировать.

– Зная о вашем интересе к елочным игрушкам, вам, наверное, их часто дарят?

– Конечно, дарят, но, к сожалению, найти игрушку до 1966 года, да еще такую, которой у меня нет, довольно сложно. Поэтому чаще всего подарок остается вне коллекции, оставаясь не более чем сувениром. Во всем мире есть только один человек, который точно знает, что нужно. И дарит мне игрушки для коллекции. Это мой коллега, российский коллекционер елочных игрушек Сергей Романов.

– Ваше последнее приобретение?

– Сказка в лицах: дед тянет репку, бабка – дедку и так далее. Елочный шарик, сделанный в 50-х годах в Ленинграде. Большая, кстати, редкость.

29.12.2005