Будь верен до смерти: Судьбы Православия в Османской империи XV-XX вв.

Сб./ Сост. инок Андрей (Шестаков), Александра Никифорова. – М.: Изд. Сретенского монастыря, 2005. – 272 с.

Книга "Будь верен до смерти [Откр 2. 10 – М. Б.]: Судьбы Православия в Османской империи XV-XX вв.", выпущенная в свет издательством Сретенского монастыря представляет собой собрание исторических и агиографических текстов, повествующих о жизни и подвигах христиан на землях Османской империи в годы турецкого владычества (XV–XIX вв.) и после их освобождения (XX в.).

Появление этой книги представляет собой значительное событие православного книгоиздания, поскольку большинство агиографических текстов и свидетельств о пострадавших за веру Христову новомучениках Константинополя, Македонии, Понта, Болгарии, Сербии и других земель Османской империи, впервые переведенные на русский язык и собранные под одной обложкой, стали доступны русскоязычному читателю [1].

Книга, имеющая именитых рецензентов и тем самым претендующая на высокий уровень издания, состоит из двух частей. Первая часть включает в себя свидетельства о жизни христиан в годы турецкого владычества, распределенные по географическому признаку (Македония, Константинополь и т.д.). О греческих источниках, лежащих в основе первой части, можно узнать из примечания 1 (с. 18), они же перечислены в разделе "Использованная литература" (с. 271). К сожалению, для каждого отдельного свидетельства на греческом языке не указано ни само издание, ни его страницы, что затрудняет возможность обратиться к оригиналу. Кроме того, переводчик греческих текстов, составляющих первую часть, также не указан. Остается только предположить, что им является один из двух составителей сборника.

Вторая часть, агиографическая, содержит переводы избранных житий греческих, сербских, болгарских, турецких и албанских святых, расположенные в календарном порядке [2]. Здесь переводчики указаны для большинства текстов раздела, остается только задать вопрос, чем в контексте житийных текстов отличается, например, просто "перевод с греческого" от "литературного перевода", поскольку издатели не дают на этот счет никаких пояснений. Жития св. новомученика Омира (с. 202–204), св. новомученика Константина Агарянина (с. 219–227) и св. Ахмеда Калфы помещены в сборник без указания ссылки на их первое издание: Максимов Ю. Религия Креста и религия полумесяца: Христианство и ислам. – М., 2004 (раздел "Святые Православной Церкви, обратившиеся из ислама").

Не лишены недостатков и комментарии, сопровождающие тексты сборника. Приведем несколько примеров. Лозаннский мирный договор был заключен в 1923 г. не "между Турцией и Грецией" (с. 60), а между Великобританией, Францией, Италией, Японией, Грецией, Румынией, Югославией, с одной стороны, и Турцией – с другой. Божия Матерь Сумелá (Η Παναγία Σουμελά), в честь образа которой назван монастырь на Понте, стала почему-то "Шумела" (с. 61, при этом непонятно, куда ставить ударение русскоязычному читателю), вопреки общепринятым правилам транслитерации греческой сигмы. "Преспская" (с. 18) вместо правильного "Пресская" митрополия. Совершенно некорректным является комментарий к словам муллы Мустафы о том, что он "отпразднует Рождество с антидором": "В особых случаях церковный устав разрешает христианам причащение святой водой и антидором" (с. 46). О каком "причащении" антидором согласно Уставу может идти речь?.. Христианин вкушает (а не причащается!) артос или антидор и святую воду, когда он лишен возможности причаститься Св. Таин (по внешним причинам или из-за своего отлучения от общения), надеясь получить через это хотя бы отчасти ту благодать Богообщения, которой он лишен без Причащения.

Некоторые комментарии дают определения тем или иным понятиям, употребляющимся в несобственном, зависящем от контекста, значении. Например, "митрополия – кафедральный собор в городе, где располагается кафедра митрополита" (с. 84). Только почему слово "митрополия", как и многие другие понятия, не вошло в словарь в отличие, например, от слова "полиелей" (с. 266), которое также употребляется в одном из свидетельств в несобственном значении "паникадила" (с.35)? То же самое касается и многих других специфических терминов и понятий.

Содержит ошибки и открывающее книгу предисловие о феномене криптохристианства в Османской империи, автором которого, по всей видимости, является один из составителей А. Ю. Никифорова: сокращенный вариант этого предисловия с указанием ее авторства был напечатан в последнем номере журнала "Церковь и время" за 2005 год в разделе рецензий (заметим, кстати, что "рецензирование" книги самим ее составителем выглядит весьма странно). Из него мы, в частности, узнаем, что "первый глоток свободы христиане Турции получили при хане [sic! – М. Б.] Хати Серифе (1839)" (с. 12), а христиане Понта начали открыто исповедовать свою веру "после указа султана Хатти Хумаюна 1856 года" (с. 12–13). На самом деле никакого "хана Хати Сериф" и "султана Хатти Хумаюна" никогда не существовало и не могло существовать: в данном случае "хатти-шериф" – это название указа, изданного султаном Абдул Меджидом (3 ноября 1839 года), согласно которому было обещано равное покровительство всем турецким подданным, а "хатти-хумаюн" – название эдикта того же султана от 18 февраля 1856 г. Кроме того, ни по одной из указанных интернет-ссылок невозможно найти материалы, на которые ссылается автор(ы) предисловия: ни текст рукописи архим. Трифона "О положении христиан в мусульманском государстве...", ни текст документа, содержащий ответы Константинопольского патриарха Иоанна XIV Калеки жителям-христианам оккупированных территорий.

Тем не менее, несмотря на отмеченные нами недостатки, можно только приветствовать издание (кстати, прекрасно оформленное с множеством замечательных иллюстраций) на русском языке столь важных источников по истории Церкви, приобретающих особую актуальность в настоящее время, и пожелать издательству Сретенского монастыря дальнейших успехов на почве церковно-научного книгоиздания.