Кровопролитие в московской синагоге практически никто не склонен считать частным случаем. Все и сразу бросились искать социально-политические предпосылки. Все и сразу их тут же и нашли.
Либералы – в попустительстве ксенофобии со стороны госорганов и Госдумы.
Национал-патриоты – в социальном гнете русского народа теми же госорганами.
Быстрее всех среагировал господин Проханов. Он высказался в том духе, что вот теперь на национал-патриотические организации типа партии "Родина" и газеты "Завтра", вокруг которых "свиваются тенеты так называемого русского фашизма", повесят преступление "экзальтированного, настрадавшегося, осатаневшего безумца".
Знает кошка, чье мясо съела. При первом же восклицании: "На фашисте шапка горит!" иной патриот сразу же бросается тушить пожар на собственной голове.
Это сегодня господин Проханов, вышедший на простор публичной риторики и получивший доступ к либеральным и государственным СМИ, открещивается от "русского фашизма", а было время, когда он говорил, что если потребуется ради спасения Родины заключить союз с коричневым дьяволом, то он и на это готов. То было время его маргинальности, и потому он мог позволить себе быть более откровенным и категоричным. Сейчас положение обязывает быть сдержанным и двусмысленным.
Самое забавное, что и последовательная либералка госпожа Новодворская при определенных обстоятельствах и на известных условиях готова заключить пакт с каким-нибудь деспотом. Если не сегодняшним, то вчерашним, историческим.
На "Эхе Москвы", выступая с "особым мнением", она вполне простодушно оправдала двух диктаторов ХХ века – Франко и Пиночета, загубивших на пару десятки тысяч демократов и либералов.
Нет, если бы она тогда жила, она, конечно же, с ними боролась и отдала бы жизнь за то, чтобы эти тираны не прошли. "Но сейчас, ретроспективно, если мы хотим быть объективными, мы должны признать, что не было другой силы в Испании (фашистской – Ю.Б.), чтобы спасти Испанию от участи Восточной Европы и от участи России, что Франко Испанию все-таки спас, а потом вернул ее демократически настроенному королю. И что Пиночет тоже спас Чили, т.е. судить его не стоит, потому что, в конце концов, Чили получила человеческую жизнь".
Допустив фашистскую силу как инструмент либеральных реформ вчера и в другой стороне, отчего не прибегнуть к ней сегодня и в своей стране?
Я люблю высказывания радикалов в прямом эфире. Там они не успевают замаскировать писаными формулировками то, что у них на уме.
Проханов отчасти нашел оправдание русскому безумцу в том, что он заявился в синагогу не с калашниковым или с бомбой, а всего лишь с охотничьим ножом. Это в утешение недобитым евреям. В упрек русскому мстителю писатель поставил то, что он резал людей в молельном доме. Это нехорошо. Надо так понимать, что для акций возмездия предпочтительнее, все-таки, выбирать другие места. Например, Минское шоссе.
Теперь понятно, почему отношение Проханова к Квачкову более теплое, чем к Копцеву. Первого он готов двигать в Думу, а второму – выразить соболезнование.
Пока писатель делает то и другое, наденем "калоши счастья" на Валерию Ильиничну и отправим ее в Чили времен диктатуры генерала Пиночета, где ее тут же бы отвели на злополучный стадион. Затем в те же калоши обуем трупы расстрелянных на том же стадионе вольнолюбивых чилийцев, чтобы они перенеслись в наше время и послушали бы в записи речи Новодворской об их "ретроспективном" сопротивлении "ретроспективному" фашизму. Чтобы они, наконец, узнали цену "фанатикам либерализма" (формулировка Достоевского).
Радикализм – великий уравнитель в бесчеловечности. Непримиримые идейные противники (скажем, те же Проханов и Новодворская) еще полагают, что находятся по разные стороны баррикады, а на деле уже стоят плечом к плечу в едином строю.
Вот уж, если говорить о кризисе идентичности русского человека, то куда дальше, и что еще может быть показательнее. Подрывник Квачков или поножовщик Копцев – это истерика, конвульсия идентичности. А риторические жесты Проханова, Новодворской, Доренко, Лимонова, Каспарова – это ее жизнь после смерти. Причем, господа-интеллектуалы взыскуют совсем не простой идентичности, а золотой – идеологической. Той, что разбилась на мелкие осколки еще задолго до распада Советского Союза.
Одни подобрали самый большой и неподъемный осколок. Назовем его "имперско-централистским сознанием". Кому-то достались этнические и региональные фрагменты. Кто-то сделал своим опознавательным лейблом рыночную демократию. Кто-то гордится званием "либерала-государственника". Где-то рыскают почвенники. С утверждением и развитием буржуазных отношений стала обиходной корпоративная идентичность. А есть еще клубный патриотизм футбольных болельщиков, где часто, хотя бы и ненадолго сливаются и совпадают все прочие патриотизмы – от этнического до либералистического.
Помню: смотрел какой-то матч с участием "Челси". Команда играла замечательно. И Верон был хорош, и Дафф – ничего себе, но настоящим героем смотрелся Роман Абрамович. Притом – лирическим героем. Знаете, каким он парнем был?.. По крайней мере, в рамках телевизионной трансляции. Он сидел на самом почетном месте в VIP-ложе, простой, скромный, чуть застенчивый российский олигарх, и все телекамеры были устремлены на него.
Рома вскакивал после каждого забитого мяча, вздымал одну руку и сжимал ее в кулак, а ладонью другой чокался с ладонью соседа. Но дело даже не в этом бурном проявлении эмоций азартного болельщика. Дело еще в Роминой улыбке.
А что ей сопутствует? Вспомним, какой был взрыв злого негодования. Очень важные люди обиделись на нашего миллиардера. От Березовского до Степашина. Я уж не говорю про наших футбольных функционеров. Кто-то из именитых болельщиков в сердцах молвил, что поступок олигарха, с одной стороны, вызов России, а с другой – "плевок в душу России".
Как, мол, так: наши кровные нефтедоллары и нефтеевро работают во славу чужеродного футбольного клуба, а тем временем родной футбол прозябает в нищете и бесславии?
Но если каждый из нас прислушается к своим подсознательным ощущениям...
Признаюсь честно, я к ним прислушался, им поддался и им же отдался... Вышло, что я на его, Романа, стороне. Хотя я ему не брат и не сват и до этого ни разу не давал повода ни себе, ни Родине усомниться в преданности ей. Но, как известно, "преданность" и "предательство" – от одного корня. И национализм с интернационализмом – тоже.
Корни служат человеку вернее цветов и плодов.
Во время трансляции я поймал себя на мысли... Нет, на чувстве. Мне льстит быть соотечественником хозяина "Челси". Еще я болею за "Милан", потому что мне льстит быть бывшим соотечественником Андрея Шевченко. А на предстоящем чемпионате мира я буду переживать за сборную Украины, несмотря на то, что она собирается вступить в НАТО.
...Что же касается пресловутой идентичности, то такая у нас планида: вечно пребывать в ее поиске. И не дай бог однажды остановиться. А напутствием в нашем вечном движении могло бы послужить парадоксальное соображение Достоевского: "Один лишь русский даже в наше время, т.е. гораздо раньше, чем будет подведен всеобщий итог, получил способность становиться русским именно лишь тогда, когда он наиболее европеец. Это и есть самое существенное национальное различие наше от всех. И у нас на этот счет как нигде. Я во Франции – француз, с немцем – немец".
И только на этой оптимистической ноте я подумал было поставить точку, как мне на глаза попался давний стих поэта Проханова. Еврейские фамилии надо только обновить:
"Играет Березовский в казино,/ Танцует с кастаньетами Гусинский,/ Потеет Ходорковский в бане финской,/ Все русское добро в Манхэттен свезено./ Стоит Россия в продранной рубахе,/ И держит русский голову на плахе./ Блистает в воздухе чеченская секира,/ Блестит алмаз еврейского банкира./ С тех пор как у меня на сердце лед,/ Мне другом стал один гранатомет./ Лети, лети печальная граната,/ За Терек, за Дунай – до штаб-квартиры НАТО".
Здесь – все: и имперский комплекс, и осадный комплекс, и реваншизм, и антисемитизм, и Квачков, и Копцев.
И та кровь, что пролита в московской синагоге.
Источник: РИА Новости
