Адольф Шаевич: Иудаизм в России потерял несколько поколений

Главный раввин России Адольф Шаевич рассказал в интервью Агентству национальных новостей о причинах и тенденциях процесса ассимиляции российского еврейства.

– Насколько остро сегодня стоит проблема ассимиляции еврейского населения в России?

– За годы Советской власти ни один народ так не ассимилировался, как евреи. Причин этому много. В частности, сильно сказался тот факт, что не было компактного места для проживания. Еврейская автономная область, во всяком случае, не оправдала возложенных на нее ожиданий. А так, практически, не было ни одного города в России, где бы евреи не проживали. В Советском Союзе не было ни одной еврейской школы. Последняя, если мне не изменяет память, закрылась в 1947 году. До 1939 года, до того, как Прибалтика и Молдавия вошли в СССР, на их территории существовали еврейские школы, где люди получали образование, традицию, язык. А с 1947 года практически исчезли носители языка. Вместе со стариками начал уходить идиш. Редкий случай, когда его дома учили бабушки и дедушки, но для многомиллионного населения это очень мало, и говорить об этом серьезно невозможно.

– Разве ассимиляция заключается только в проблеме языка?

Не только. Это образ жизни, отрыв от корней. Если говорить о дореволюционной России, массу нареканий вызывала черта оседлости, которая, тем не менее, сохранила самобытность, традицию, религию, культуру, язык. Существовало громадное количество школ, университетов, масса изданий. В первые советские годы евреи кинулись буквально во все сферы деятельности – в науку, искусство, медицину, музыку и др. Но это как раз и привело к тому, что была утеряна самобытность. И сыграла свою роль национальная проблема: начали менять имена, фамилии, скрывать свою национальную принадлежность, чтобы достигнуть престижных должностей, поступить в престижный институт, занять соответствующее место в иерархии. Кроме того, существовал неизбежный процесс – громадное количество смешанных браков. Мы с этим столкнулись, когда стал свободен выезд в Израиль, и стали приходить люди за подтверждением своего еврейства, которое официально в документах не зафиксировано, но реально было. Эта проблема сказывается до сих пор. Сталкиваясь с большим количеством людей среднего и пожилого возраста, видишь, что они совершенно не знают ничего о традиции народа. Они совершенно ассимилированы. Ничего не хочу сказать плохого о том, что они больше знают российскую культуру. Наоборот – это обогащает любого человека. Но также ему важно знать и свои корни.

– Кроме внешних факторов, какие существовали факторы внутренние, которые побуждали человека ассимилироваться?

Тяжелая история народа: гонения, преследования, и особенно Вторая мировая война, Холокост. Очень многие хотели забыть, что они евреи. И когда люди не получали достаточного воспитания, то перестали ценить свое прошлое и легко оторвались от своего народа.

Действительно, что открытость еврейского общества, когда мы говорим про диаспоры, большая его духовная, светская свобода, при отсутствии каких-либо серьезных реальных угроз приводит к потере духовной и культурной идентичности?

Тут есть несколько аспектов. С одной стороны, свободное демократическое общество, где не обращается никакого внимания на национальную и религиозную принадлежность, способствует ассимиляции. С другой стороны, человек, который имеет внутреннюю потребность знать, откуда он, где его корни, останется евреем. К сожалению, многие не знают свою историю – она кончается бабушками и дедушками. Дальше уже темнота. И это касается не только евреев. Когда система была такая, что если у тебя предки были выдающимися людьми, принадлежали к купеческому, аристократическому роду, все это скрывалось, потому что это было темное пятно в биографии. Люди отказывались от своего прошлого, перестали ценить связь времен. Это очень болезненный процесс. И сейчас мы сталкиваемся с тем, что вдруг приходят люди в пожилом возрасте и начинают говорить, что проснулось в нем что-то еврейское, и он хотел бы почитать что-нибудь, познакомиться, начинает ходить в синагогу. В самом нормальном обществе действительно хорошо, когда ты начинаешь ощущать свою принадлежность к народу, с которым ты связан национальными узами. Но если это многонациональное государство, как Россия, ощущаешь себя вместе с тем полноценным гражданином России. И нельзя говорить о том, что какой-то народ заинтересован в гибели России, в ее несчастьях. Если люди здесь живут, кто заинтересован в том, чтобы здесь было плохо?

Вы согласны, что одной из причин возможной ассимиляции является проникновение внутрь общины разъединяющей силы демократии и гражданского общества. Ведь впустив ее, евреи растворились бы в больших нациях без следа, как это было после покорения Израиля Ассирией в 722 году до нашей эры.

– Да, такие примеры были в нашей истории, когда эллинистическая культура преобладала и евреи массово стали уходить от своих корней. Это все способствовало тому, что мы лишились своей государственности, были изгнаны со своих территорий. Или вот такой парадокс: советская власть, которая не любила евреев, очень способствовала тому, что евреи сохраняли свою самобытность. Многие, не желая предавать своих родителей, не меняли свои фамилии, имена, отчества. Оставались евреями, не зная, что за этим есть и чем он отличается от того же русского, с которым рядом живет.

– Как понимать увеличивающееся число еврейских смешанных браков – как простой отход от наследия?

В многонациональном государстве смешанные браки – неизбежный процесс. Но если бы люди обладали национальным воспитанием, то их было бы меньше. Приходят молодые люди – он еврей, она русская или наоборот – и спрашивают: а мы кто? Мы не евреи и не русские. По религиозному закону, если мать еврейка, то и ты считаешься евреем. А человек говорит, что папа русский, и мать еврейка, но он не чувствует, что он еврей, хотя для всех – он еврей. Или наоборот: папа еврей, мама русская, но человек чувствует тягу к еврейскому, хотя его евреем не признают. Для молодых смешанных семей очень характерны метания, поиски себя. С другой стороны, если жених говорит, что его невеста согласна принять еврейство, я рассказываю, что по религиозному закону вступление в брак – не считается причиной для принятия еврейства. Они могут просто пойти в ЗАГС. Принятие иудаизма должно являться потребностью души, и в основе не должны лежать меркантильные мотивы, например, желание уехать из страны.

– В 2002 г. Высший суд справедливости Израиля постановил признать законным консервативный и реформистский гиюр наравне с ортодоксальным, который до тех пор считался единственно легитимным. Между тем требования, которые предъявляют реформисты и консерваторы значительно снижены. С чем связано это решение?

Я думаю, что в основном это решение связано с проблемой ассимиляции американского еврейства. Там громадное количество таких браков, и сильны реформистские и консервативные общины. У нас, во всяком случае, пока этого нет. Те, кто еврейство принимает, проходят через ортодоксальный гиюр.

– Какова сейчас в России ситуация с новообращенными? Прослеживаются ли какие-либо тенденции этого процесса?

К этой категории людей относятся, в основном, люди из смешанных браков, у которых, как правило, отец еврей. Они годами серьезно учатся, сдают официальный экзамен. Есть случаи, когда человек вообще никаких корней не имеет. Здесь есть еще один парадокс. Если я еврей галахический, я могу ничего не соблюдать. Но если человек принимает еврейство, он обязан жить по религиозным законам, и если он их нарушает, и раввин об этом узнает, то он может лишить еврейства.

– Согласитесь, что в современном обществе трудно среди молодежи поддерживать эту внутреннюю дисциплину. Есть у старшего поколения какие-либо программы или осуществимые идеи, которые бы дали молодому поколению ответ, зачем ему сейчас жить как еврею?

Для этого как раз и требовалось воспитание, которое начинается с того времени, как ребенок научился ходить. И дедушка брал его за руку и вел его, ничего не понимающего, в синагогу, что со временем входит у ребенка в привычку. Далее он учит первые буквы, ему дают Пятикнижие Моисеево и он его читает. А к бар-мицве, своему совершеннолетию, он становится уже знатоком, полноценным членом общины. И он знает, что за этим стоит, для чего это нужно. А сегодняшние бабушки и дедушки об иудаизме знают намного хуже, чем молодежь, потому что они совершенно ассимилированы и не могут ничего знать. Так что в смысле воспитания иудаизм в России потерял несколько поколений. Но сегодня все есть, доступен интернет, который может дать ответы на массу вопросов, есть школы, клубы. Много у молодого человека возможностей, чтобы вернуться к своим корням.

– В настоящее время говорится о выхолащивании понятия антисемитизм. Так что такое антисемитизм, по вашему мнению? Это когда русский ударил еврея за чашкой чая или это следствие деления общества на избранных и отверженных?

Когда на футболе человек подрался с соседом, который болел за другую команду и потом оказывается, что один русский, а другой еврей – это не антисемитизм. Ведь также русский и русского мог побить. А когда к тебе из-за национальной принадлежности предъявляют повышенные требования, обвиняют тебя в грехах, которые ты не совершал, это антисемитизм. Я не хочу сказать, что евреи – это народ, к которому нельзя никаких претензий предъявить. Никто никого любить не обязан. Но есть вещи, когда тебя оскорбляют по национальному признаку или религиозной принадлежности. Это и есть антисемитизм. Когда человек пишет книгу, в которой доказывает, что все беды есть и будут от евреев, это тоже антисемитизм.

– Правда, что антисемитизм, являясь угрозой для еврейского сообщества, заставляет его стремиться к единению и взаимопомощи, и можно ли предположить, что как раньше классовая борьба, теперь борьба с антисемитами будет главным двигателем и содержанием истории человечества?

Это, конечно, немного резкое и завышенное суждение. Нет, наверно, никакой проблемы, которая бы служила объединяющей еврейскому обществу. В нашей истории была такая масса трагических вещей, где, к сожалению, объединяющего момента не было. Мне кажется, что пока евреи жили по закону Моисея, соблюдали уставы и заповеди, это объединяло – и тогда и сейчас. Вот почему евреи сохранились до наших дней? Ведь были страны настолько благополучные, где евреям практически все разрешалось, и от них хотели одного – забыть про свое еврейство. Евреи отказались. В другой стране приходят к власти люди, которые для того, чтобы евреи отказались от себя, могут убить, сжечь. И в этом случае евреи сказали "нет". Были верны учению. В труднейшие моменты находились люди, которые не давали евреям пропасть. Для меня, например, это самый убедительный довод, что Всевышний есть. Ну кому это все нужно? Чтобы пережить такую историю и остаться...

Все древние народы сейчас уже не те. И это притом, что у них были свои государства, мощные армии. Евреи сохранили связь с Богом и поэтому сами сохранились. Именно в этом залог будущего. Разумеется, и некоторые внешние факторы способствуют объединению, например, Вторая мировая война. Колоссальные жертвы. Но здесь был объединяющий момент, который позволил победить такого врага. И сегодняшняя беда, проблема России – нет никакой национальной, объединяющей народы, идеи и идеологии. Раньше была – коммунизм. Сегодня вообще ничего нет. Баксы, баксы, баксы – вот и вся идея, и чем баксов больше, тем выше идея...

Вот есть язык, объединяющий нас всех – русский. В той же Америке, ты можешь прожить всю жизнь на Брайтон-бич, говорить только на идиш или на русском, и это твоя проблема. Но если ты чего-то хочешь добиться в этой стране, ты должен говорить на английском. Точно также и в России. Можно просидеть где-нибудь в татарском селе и говорить только на татарском. Ради Бога. Но если ты хочешь чего-нибудь добиться, ты должен говорить на русском языке. Это естественно.

– 27 января – день памяти жертв Холокоста. Этот день является призывом к людям всего мира не допустить повторения кошмара. Не секрет, что некоторые люди и даже политические деятели в Холокост не верят и называют его мифом, например, президент Ирана. Некоторые были осуждены за отрицание Холокоста. Получается, что теперь неверие стало преступлением?

Если человек говорит, что он не верит, никакого преследования быть не может. Другое дело, что человек целенаправленно занимается фальсификацией истории и пытается доказать, что это был миф, а не трагедия. Что касается конференции, которую хочет собрать президент Ирана, я готов всячески способствовать, чтобы она, пусть за счет евреев, прошла в израильском мемориальном комплексе "Яд Ва-шем". Пусть их бесплатно поселят в гостиницах, кормят, проведут по комплексу. А потом я посмотрел бы на них, когда они свои доклады будут читать. Пусть эти люди объедут все еврейские местечки, названия которых есть в мемориальном комплексе.

Когда мне армянин рассказывает о турецком геноциде, я же не должен у него требовать документов. Я прочитал большое количество литературы по этому событию. Турки отказываются от этого, потому что на них лежит эта кровь. Какому народу хочется признаваться в таких вещах?

Отсутствие исторической памяти – трагедия для человечества. Подрастающее поколение надо воспитывать так, чтобы они знали о том, что было. Это важно не только для евреев, а для всего человечества. В Западной Европе уже начинают забывать, кто с кем воевал во Второй мировой войне. Пытаются переосмыслить, кто действительно победил, кто больший внес вклад, кто меньший...

В любой религии жизнь человека – самая большая ценность, дар Бога. И никто не имеет право ее отнимать. Если бы человечество проникалось этим, жертв было бы намного меньше.