"Митрополит в погонах"

В этом году исполнилось бы 80 лет митрополиту Питириму (Нечаеву). В последние годы жизни патриарха Пимена он являлся, пожалуй, наиболее влиятельным иерархом и представлял Русскую Православную Церковь практически на всех официальных мероприятиях. И, повернись жизнь иначе, он мог бы стать новым первосвятителем.

Осязаемый звук

В годы перестройки митрополит Питирим являлся непременным гостем разнообразных общественных собраний, постоянно выступал на радио и телевидении, комментировал для прессы многие вопросы христианства и церковной жизни. Вместе с академиком Дмитрием Лихачевым и Раисой Горбачевой он активно участвовал в деятельности советского Фонда культуры. В 1989 – 1991 годах являлся даже народным депутатом СССР.

В то время сам облик митрополита Питирима, библейского благообразного старца, производил ошеломляющее впечатление на полностью расцерковленное общество. А когда оказалось, что этот человек, будто сошедший со страниц священной истории, еще и в курсе всех современных событий, обладает уникальным даром проповедника, знает, как кажется, все на свете, видевшие и слышавшие митрополита Питирима невольно начинали внимательнее приглядываться к тому, что он представлял, – к православной церковной традиции.

Владыка Питирим родился 8 января 1926 года в семье священника. В 1945 году Константин Нечаев, в то время студент Московского института инженеров транспорта (МИИТ), стал старшим иподьяконом Патриарха Алексия I. Это было время огромного религиозного подъема, вызванного войной и массовым обращением людей к Богу. Еще гремела на Западном фронте канонада, еще советские войска не форсировали Одер, но по всему чувствовалось, что долгожданный мир близок, что войне приходит конец. Прошло Рождество, приближался Великий пост, а за ним и светлый праздник Пасхи.

4 февраля 1945 года в стенах Богоявленского собора проходила торжественная интронизация нового первосвятителя. Дважды в тот день лучшие протодьяконы возглашали многолетия с амвона и после молебна – всем патриархам.

Спустя многие годы владыка Питирим вспоминал: "Нашему патриарху возглашал многолетие престарелый и немощный старейший московский протодиакон Михаил Кузьмич Холмогоров. Это был один из замечательнейших русских протодиаконов, редкого музыкального дарования, неповторимой красоты голоса и беспорочной жизни. После прозрачных верхов Георгия Карповича Антоненко, "тигровых" низов Сергея Павловича Турикова и еще каких-то незнакомых мне громовержцев собор затих. А затем вдруг наполнила его мягкая сила. Именно сила. Казалось, что-то мягкое, звучное, глубокое, плотное, обильное непреодолимо заливает собор доверху. От купола до дальнего угла ризницы. Это был осязаемый звук. Он лился, переполняя собой все, звучал в каждой частице пространства, это было более чем орган или оркестр, потому что этот звук был живым и органичным. Казалось, он шел ниоткуда, но был во всем и все наполнял собой. Это был "Михаил Кузьмич". Это была его лебединая песнь, последний и полный дар его старческих сил новому Патриарху Московскому и всея Руси. Минутой позже он опустился в изнеможении на скамью в уголке ризницы".

Поставленный перед выбором – профессия железнодорожника или церковная стезя, будущий митрополит выбрал второе. Через 60 лет он вернется в alma mater в качестве заведующего кафедрой теологии. В стенах института будет восстановлен храм, начнутся регулярные богослужения.

В 1951 году Нечаев с отличием (первым по списку) завершил полный курс Московской духовной академии, тема подготовленной им кандидатской диссертации – "Значение божественной любви в аскетических воззрениях преподобного Симеона Нового Богослова". Его оставляют преподавателем в академии, и вот уже более 50 лет он читает лекции по Священному Писанию Нового Завета и истории западных вероисповеданий. В 1954 году он рукоположен в сан священника, а в 1959-м, приняв монашеский постриг, назначается инспектором духовных школ. В 1963 году архимандрит Питирим становится епископом Волоколамским.

Хрущевские гонения

Чтобы понять, в какой период протекало его пастырское служение, необходимо бросить беглый взгляд на тогдашнее положение Церкви. Это было время ожесточенных хрущевских гонений на православие. По всей стране закрывались храмы, а наиболее активные священники отстранялись от служения. В 1960 году был арестован и осужден на три года архиепископ Казанский Иов. Его обвинили в неуплате налогов с расходов на представительство, которые ранее налогом не облагались. В 1961 году арестовали архиепископа Иркутского Вениамина – через два года владыка скончался в заключении.

При весьма странных обстоятельствах в больнице скончался ("от перемены климата") митрополит Крутицкий и Коломенский Николай – уволенный по настоянию идеологического отдела ЦК на покой, он занимал жесткую позицию по отношению к гонителям Церкви. Во многих городах власти препятствовали проведению крестных ходов даже в церковной ограде. Духовенство не имело права говорить проповеди без предварительного просмотра текста уполномоченными Совета по делам религии. Сильный удар был нанесен по духовным учебным заведениям. Дошло до того, что встал вопрос о существовании Ленинградской духовной академии и семинарии – это, по определению газеты "Смена", "гнезда контрреволюции" в городе трех революций.

16 апреля 1961 года власти заставили Священный синод принять постановление "О мерах по улучшению существующего строя приходской жизни". Утвердить его должен был намеченный на 18 июля Архиерейский собор. Трех иерархов, которые были известны своей твердой, непреклонной позицией, не пригласили на его заседания, а архиепископа Ермогена, явившегося без приглашения, не допустили к заседанию.

Особенно сильный удар был нанесен по Церкви к лету 1962 года – власти, запугивая людей, ввели контроль над совершением треб: крещений, венчаний и отпеваний. Все они заносились в специальные книги с указанием фамилий, паспортных данных и адресов. Так, например, для крещения младенца требовалось обязательное присутствие обоих родителей. Шла ликвидация монастырей. В 1961 – 1962 годы настоящие сражения развернулись за Почаевскую лавру. Монахов запугивали, лишали прописки и угрожали отдать под суд за "нарушение паспортного режима". Каждый верующий житель этих мест состоял в государственных органах на специальном учете. Но обитель не сдавалась. Чернецов и мирян разгоняли водой, сажали в тюрьму, принудительно вывозили за пределы области. Оборона монастыря приобрела международную известность.

Лавра выстояла. Несмотря на административный нажим, запугивания и репрессии, гонителям пришлось все-таки отступить. Православным удалось сохранить также и намеченные было к закрытию Псково-Печерский и Пюхтицкий женские монастыри. И это была победа. Фронтальное наступление на Церковь породило массовое возмущение и сопротивление по всей стране. "Штурм небес" вызвал неодобрение даже в некоторых государственных организациях. Одним из первых дал негативный анализ этой кампании в своей докладной записке начальник 5-го управления КГБ полковник Филипп Денисович Бобков.

Падение Хрущева было воспринято как небесная кара зарвавшемуся "кукурузнику". Его печально знаменитое обещание показать по телевидению, как музейную редкость, "последнего советского попа", оказалось явно невыполнимо. Брежнев и советское руководство постарались публично продемонстрировать смену курса религиозной политики. 19 октября 1964 года два митрополита были приглашены на правительственный прием в честь космического полета корабля-спутника "Восток".

"Якунинские чтения"

С 1963-го по 1994 год владыка Питирим был председателем издательского отдела, главным редактором "Журнала Московской патриархии" и председателем редакционной коллегии сборника "Богословские труды" (оба издания в советские годы были единственными легальными органами церковной мысли). На страницах этих изданий ему удалось опубликовать писания отцов Церкви, богословские сочинения протоиерея Сергия Булгакова, священника Павла Флоренского и некоторых других авторов.

В 1971 году владыка Питирим был возведен в сан архиепископа. В этом же году он принимал участие в деяниях Поместного собора, который признал церковную реформу XVII века "трагической ошибкой" и официально отменил все проклятия и анафемы по отношению к старому русскому обряду.

– Мы храним традицию, потому что она – это овеществленная, генетическая память нашего народа, – говорил митрополит Питирим. – Да, у нас было двоеперстие, мы приняли троеперстие. Но в 1971 году на Соборе Русской Православной Церкви молодая часть наших богословов провела постановление о равной возможности употребления и того и другого.

А вот недавнее свидетельство епископа Древлеправославной (старообрядческой) Церкви Антония Богородского: митрополит Питирим "в одной из первых речей перед студентами у нас в семинарии (по благословению владыка Антоний получил образование в семинарии и академии Московской патриархии. – Авт.) говорил о своих теплых чувствах к старообрядцам. О том, как после решения Собора 1971 года о снятии клятв он отслужил старообрядческую литургию. Владыка тогда озвучил интересную мысль, что не было настоящего раскола, а был только переходящий временами в потасовку спор о том, что такое православие".

Большое значение владыка придавал возрождению и популяризации русского православного пения. По его инициативе было создано несколько церковных хоров, выступавших с концертными программами в России и за рубежом.

30 декабря 1986 года владыка Питирим был возведен в сан митрополита Волоколамского и Юрьевского. А в конце 80-х стал помимо своих прежних обязанностей еще и настоятелем возвращенного Церкви знаменитого Иосифо-Волоцкого монастыря, где он часто служил по воскресным и праздничным дням.

В Москве резиденция владыки Питирима размещалась в живописном храме Воскресения Словущего на Успенском Вражке (Брюсов переулок. – Авт.) – в храме, традиционно привлекавшем людей искусства, писателей, художников и общественных деятелей.

После провала ГКЧП в прессе появилось несколько публикаций народного депутата России православного священника Глеба Якунина (впоследствии лишенного сана и отлученного от Церкви). В них один из тогдашних лидеров "Демократической России" утверждал, что ему, дескать, стали известны документы, дающие основания полагать, что митрополит Питирим сотрудничал с КГБ.

"Глубокую обеспокоенность, – писал он, – вызывает визит митрополита Питирима (Нечаева) к объявленному президентом России вне закона государственному преступнику Б.К. Пуго 21 августа 1991 года. На дипломатическом языке – это признание "де-факто". Питательной средой для такого визита явилось то обстоятельство, что издательский отдел Московской патриархии контролировался агентурой КГБ. В отчетах 5-го управления КГБ СССР по линии издательского отдела постоянно упоминаются агенты "Аббат" (из иерархов) и "Григорьев", часто ездившие за рубеж и, очевидно, занимавшие (занимающие) высокие посты в этом учреждении". (Любопытно, что ныне г-н Якунин входит в состав клира так называемого "Киевского патриархата", руководимого "патриархом" Филаретом (Денисенко), которого сам же Глеб Павлович в 1991 году наиболее яростно обличал в принадлежности к КГБ. – Авт.)

Имя владыки Питирима склоняли на всех либеральных перекрестках. Журналисты (в том числе Татьяна Миткова и Андрей Караулов) охотно разоблачали "митрополита в погонах". Вскоре пришла и опала церковная: в ноябре-декабре 1994 года на Архиерейском соборе РПЦ, а затем и на заседании Священного синода он был смещен со всех церковных должностей, В его ведении были оставлены только Воскресенский храм и Иосифо-Волоцкий монастырь.

В последние годы жизни митрополит Питирим стал чаще появляться на церковных собраниях высокого уровня. По поручению Священного синода он возглавлял представительные делегации, посещавшие Армению, Болгарию, Швейцарию в связи с разными событиями церковной жизни.

24 января 2002 года в итальянском городе Ассизи под руководством римского понтифика состоялось "совместное моление за мир", в котором участвовали 300 представителей 12 различных религий. Первоначально эту службу предполагалось провести в одном из католических соборов, но иудеи заявили, что не станут молиться с христианами в храме. Тогда действие было перенесено на открытый воздух – на городскую площадь.

От лица Московской патриархии и по поручению Патриарха Алексия II в этом ежегодном мероприятии принимала участие целая делегация из трех архиереев во главе с митрополитом Питиримом. Выступая по каналу РТР в программе "Вести", владыка заявил, что он глубоко удовлетворен тем "духом единства и братской любви", который ему удалось ощутить во время такой совместной молитвы.

На имя Алексия II полетели гневные телеграммы: "С ужасом и возмущением мы восприняли новость о том, что официальный представитель МП участвовал в шабаше под руководством Папы Римского. Митрополит Питирим не только не скрывает своего участия в этом беззаконии, но даже публично восхваляет совместную молитву с инославными и иноверцами..."

Широкая православная общественность была возмущена. Указывалось, что в результате подобного взаимодействия за счет мнимого "единства" размываются основы Веры. Не случайно, что по древним церковным канонам (45 правило Св. Апостол), "епископ, или пресвитер, или диакон, с еретиками молившийся токмо, да будет отлучен".

Владыка Питирим – носитель традиции. В том числе традиции советского периода, когда Церковь, чтобы выжить в условиях атеистического государства, вынуждена была идти на широкие контакты в рамках Всемирного совета церквей. Эта охранительная традиция сохраняется в практике зарубежных контактов Московской патриархии и до сих пор, вызывая критику со стороны части православных как внутри страны, так и за рубежом. Впрочем, кто знает, что ожидает Церковь впереди? И может быть, этот опыт, но уже в новых политических условиях, окажется востребованным?..

16 января 2006 года состоялась презентация фильма "Осень митрополита" – это поэтическое эссе о последних месяцах жизни митрополита Питирима. В основе картины – съемки, проведенные с его благословения в Иосифо-Волоцком монастыре. Очевидно, что с течением времени подлинный масштаб личности этого человека как богослова, проповедника, церковного иерарха становится все более очевидным. Случайные черты забываются, все преходящее изглаживаются из памяти, а на первый план выходят опыт, спокойствие и мудрость иерарха, без деятельного и творческого участия которого не прошло ни одно значительное событие новейшей церковной истории второй половины XX века.

P.S. В храм Воскресения Словущего, где долгие годы служил владыка, пришла правительственная телеграмма: "Желаю Вам крепости духовных и телесных сил, доброго здравия, всещедрой помощи Божией, мира, благоденствия, успехов на вашем многотрудном пути молитвенного служения и осуществления всех планов. С глубоким уважением, заместитель председателя Комитета Государственной думы по делам общественных объединений и религиозных организаций И.А. Васильев". Телеграмма была отправлена 31 декабря 2005 года. А скончался владыка Питирим после тяжелой болезни 4 ноября 2003 года.

09.02.2006