Очередной день рождения российской-советской армии проходит в атмосфере далеко не праздничной. Потрясшее страну ЧП в Челябинском танковом училище является не только личной трагедией рядового Сычева и его близких, оно, похоже, стало переломным моментом для всех Вооруженных Сил страны, предвестником их генерального штурма. Разрешите 23 февраля бывшему солдату сказать несколько слов в защиту армии.
Собственно говоря, "защитить" хотелось бы не саму армию, а смешанный принцип ее комплектования, предусматривающий всеобщую воинскую повинность, по которой сегодня бьют орудия всех калибров. Сама же армия для того чтобы выжить нуждается не в защите, а в беспощадных репрессиях и чистках.
"Чистить" армию будет непросто. Младшие офицеры сознают, что кадровый голод, который сегодня испытывают Вооруженные Силы, делает их кастой неприкосновенных: "меня уволят – кем заменят?". Старшие офицеры тоже не паникуют по поводу раннего ДМБ, им в этом случае обязаны предоставить бесплатное жилье, 88 % офицеров увольняется сразу после выслуги пенсии и получения квартиры. В 2002-2005 годах из российской армии уволилось 40 % лейтенантов и старших лейтенантов, 30 % капитанов, 25 % майоров, в течение первого года службы ряды Вооруженных Сил покидает до половины выпускников военных училищ. Тех самых, которым повезло учиться во второй половине революционных 1990-х, когда престиж военной профессии упал до нуля, когда курсанты летных училищ за 2 года налетывали неполных 10 часов, а курсанты военно-морских училищ за время учебы ни разу не выходили в море на боевом корабле...
По статистике Министерства обороны, в прошлом году небоевые потери российской армии составили 1064 человека. Если отнять количество жертв дорожно-транспортных происшествий, останется 740 погибших от неуставных отношений, самоубийств и несчастных случаев. Это чудовищно много, однако "все познается в сравнении", вот несколько говорящих, даже кричащих, цифр.
С 1990 года на территории Российской Федерации в два раза вырос коэффициент самоубийств молодежи вполне "армейского" возраста
Глядя на эти цифры, приходишь к печальному выводу: Россия вообще не самое безопасное на земном шаре место для жизни. И армия, как это не устает повторять министр обороны Сергей Иванов, является частью общества, а не государством в государстве. На языке популярного плаката тех времен, когда ваш автор носил военную форму, "народ и армия едины". Причем армия – взгляните еще раз на цифры – далеко не самый опасный для здоровья граждан "сегмент" общества. Ходить и ездить по нашим дорогам куда опаснее, однако же ходим, ездим и не жалуемся, а вот сына-призывника в армию ни за что не отдадим, там ведь сегодня творится такое, чего в наше время не было и в помине.
"В наше время"... А вам в советском стройбате не посчастливилось служить? Это когда в роте горстка забитых, полностью деморализрованных русских, а остальные – "дети гор"? Когда о том, что ты в армии, а не в восточном рабстве, напоминает только ландшафт да офицеры с прапорщиками? Когда русские старики-земляки русским молодым не помогают ни в чем, зато того попробуй тронь салагу, если он "горец"!
...В соседней роте на тумбочке стоял вечный дневальный Алеша. Не знаю, сколько он прослужил, но выспаться ему наверняка удалось только в дембельском поезде. Днем и ночью он мыл полы, в промежутках между мытьем обстирывал половину роты, и круглые сутки его били. Этот человек разучился ходить, он мог только бегать на зов хозяина. На удары реагировал слабо – привычка.
Еще двух "вечно бодрствующих" я наблюдал во время наряда по столовой, который каждую ночь в течение месяца выполнял мой счастливый взвод. Мы помогали двум тамошним рабам мыть полы и тарелки, у одного из рабов были длинные, блестевшие от жира волосы и руки в незаживающих язвах от хлорки, он умел спать стоя и делал это в любую свободную минуту суток, когда его не пинали и не припахивали.
Командиром отделения был старослужащий чеченец, он поднимал наш боевой дух пинками по ногам ниже колена, укладываясь спать, мы отрывали штаны от ног вместе с засохшей кровью. Студента из Саратова командир обработал арматуриной – сотрясение мозга, госпиталь.
Офицерам не жаловались. Во-первых, молодым терпеть "положено", во-вторых, мне, например, с детства жившему по неписаным дворовым законам, и в голову не могло такое прийти. Однако некоторые доведенные до полного отчаяния все же "закладывали" садистов, обрекая себя на двухлетнее изгойство, становясь кем-то вроде тюремных "опущенных". Их знал и презирал весь отряд, над ними постоянно нависала угроза "тюремной" расправы.
Прослужив в такой веселой атмосфере несколько месяцев, я сбежал из части и через несколько суток сдался властям. Меня перевели в другой отряд, где было больше справедливости, как минимум потому что среди сослуживцев было немало тех, кто до армии вкусил прелести зоны, они жили "по понятиям" и обладали авторитетом. Роту держало в ежовых рукавицах несколько сильных духом сержантов, русских и казахов, они поддерживали дисциплину и не допускали карикатурного беспредела. В этом отряде тоже периодически выбивались челюсти, свистели в воздухе ремни и летали табуретки. Узбек моего призыва был комиссован, чуть-чуть не дослужив до светлого дня, когда в роту пришло более молодое поколение: ударом сапога ему разбили селезенку. Но в этом отряде не было рабства, и я зажил в нем как человек.
Мне нравилось служить. Я глубоко проникся армейским братством, пережил массу неповторимых солдатских приключений, завел друзей-товарищей, с некоторыми из которых поддерживаю связь и сегодня, остались добрые воспоминания о командирах. Скромный троечник из провинции, благодаря армии я поступил в Московский университет. Хотя начиналось все чудовищно. Уже на втором году службы, находясь в Москве в самоволке, я неожиданно встретил двух сослуживцев по своему первому месту службы. Странное дело, они были совершенно не похожи на армейских стариков: лица со следами хронического недосыпа, тревожный взгляд, тихая речь. Когда за ближайшим гаражом мы распили по случаю встречи бутылку, они в красочных деталях описали свое житье-бытье, и мне все стало ясно. Просто в первые полгода службы их били так, что распрямиться, почувствовать себя уверенно, стать стариками им так и не удалось.
Ворошу воспоминания не для того, чтобы сказать, что в армии было плохо всегда. Во-первых, стройбат это еще не все Вооруженные Силы СССР и мой армейский опыт абсолютно не похож на опыт подавляющего большинства ровесников, в молодости носивших солдатские сапоги (кстати, и сегодня не стоит преувеличивать масштабы армейских безобразий). Во-вторых, в российской армии, в отличие от советской, подавляющее большинство солдат и сержантов это славяне, татары, башкиры и калмыки, в такой армии можно и должно служить всем годным по состоянию здоровья лицам мужского пола, призывного возраста и традиционной сексуальной ориентации. Однако именно сегодня "закос" стал социальной нормой.
Что ж, это одно из свидетельств глубокой деградации, утраты нацией воли к жизни. Так в 1453 году пал Константинополь. Император Константин призвал сограждан взяться за оружие и отразить нападение султана, чья армия превосходила численностью наемную армию Византии. Смельчаков в миллионном городе оказалось меньше 2 тысяч... Протяженность границ России сравнима с протяженностью экватора, имея таких соседей по планете как наши, мы обречены на всеобщую воинскую повинность. Есть такой несмешной анекдот: молодой папа разговаривает с дочкой. "Папа, а ты в армии служил?" – спрашивает ребенок. "Нет, дочка, не служил, в армии страшно, там избить могут...". "Папа, – снова спрашивает ребенок, – а если меня кто-нибудь обидит, ты тоже убежишь, потому что страшно?". Служба в армии является платой мужского населения страны за то, что живем не в лесу, а в своем государстве. Государстве далеко не идеальном, но все же не в Третьем Рейхе и не в Московском халифате. Существует же всеобщая воинская повинность во Франции, Бельгии и ряде других абсолютно мирных стран, находящихся под надежной защитой Северо-Атлантического альянса.
Армия нуждается в реформах, душераздирающий случай в Челябинском танковом стал тому очередным подтверждением, методом наведения порядка должны стать традиционный кнут и пряник. Преступники в военной форме должны сесть на скамью подсудимых, каждый такой процесс страна должна наблюдать в телеэкране (а следующим сюжетом в новостях пусть телезрители увидят судебный процесс над злостными "косильщиками" и жуликами, помогающими за достойное вознаграждение приобрести нужные справки). Офицерам нужно существенно повышать зарплату и строить жилье, армии необходим институт полковых священников и военная полиция. Начиная с 2008 года срочная служба будет длиться всего год.
Для руководства армии и государства наступил "момент истины". Наведение порядка в Вооруженных Силах является не только их прямым долгом перед гражданами страны, сегодня вопрос стоит о сохранении армии как таковой. Есть и еще один принципиальный момент. Если народ России в самое ближайшее время не увидит реальных перемен в армейском строю, завтра на площади выйдут те, кому предстоит служить, вместе с родителями, и масштабные бунты на почве призыва станут нашей суровой реальностью.
По материалам источников: Новая Политика
