Умножающий скорбь

Конец XV – начало XVI веков – эпоха расцвета Московского государства, который во многом объясняется укреплением его международного положения. В 1472 году великий князь Иван III (1440–1505) женится на Софии Палеолог, дочери деспота Мореи Фомы Палеолога, внучке василевса Мануила II и племяннице последних византийских императоров Иоанна VIII и Константина XII.

Брак этот оказался необычайно политически выгодным для Руси. Вместе с невестой-гречанкой Иван III получил право считать себя преемником императоров Византии, а свое государство – последним на свете оплотом православной веры. Московский князь, вчерашний данник Орды, готовился примерить царский титул, а его столица уже звалась Третьим Римом – наследником Второго Рима, Константинополя.

Вместе с Софией, получившей воспитание в Риме, при папском дворе, Московия приобретает великодержавный лоск. В свите княжеской невесты на Русь прибывают европейски образованные иностранцы, например греки – дипломаты братья Дмитрий и Юрий Траханиоты. Для украшения столицы Иван III приглашает итальянских архитекторов. Миланец Алевиз Фрязин перестраивает стены и башни Кремля, а другой итальянец из Венеции Алевиз Новый, используя мотивы зодчества итальянского Возрождения, украшает усыпальницу московских государей – Архангельский собор. Их земляк Аристотель Фиораванти заново отстраивает кафедральный Успенский собор.

И пятиглавые московские соборы
С их итальянскою и русскою душой
Напоминают мне явление Авроры,
Но с русским именем и в шубке меховой.
(Осип Мандельштам)

Золотыми куполами на фоне холодного весеннего неба любовался 4 марта 1518 года еще один иностранец, только что прибывший в Москву по приглашению великого князя Василия III (1479–1533), сына Ивана III. Это был ученый инок Максим со Святой Горы Афон.

Максим (в миру Михаил Триволис) прожил удивительную жизнь, достойную любого романа. Он родился около 1470 года в греческом городе Арте, в византийской аристократической семье. Один из его предков занимал престол Константинопольских Патриархов, а дядя, Димитрий Триволис, был другом деспота Фомы Палеолога. Михаил рос среди умных и образованных людей, в мире книг и рано проявил любовь к "словесным наукам".

В 1492 году Михаил отправляется в Италию для получения образования. Здесь он провел двенадцать лет, принял католичество и слушал лекции лучших профессоров в университетах Флоренции, Болоньи, Падуи, Милана и Венеции. Юноша встречался со многими знаменитыми учеными, которыми была так богата Италия эпохи Ренессанса.

В 1496 году в Венеции Триволис познакомился с типографом Альдом Мануцием, известным просветителем и гуманистом эпохи Возрождения. В 1498 году он перебрался в Милан, где поступил на службу к племяннику прославленного итальянского философа и ученого Джованни Пико делла Мирандола, автора знаменитой "Речи о достоинстве человека".

Но из всех впечатлений, полученных Михаилом в Италии, наиболее сильным оказалось впечатление от речей монаха-доминиканца Джироламо Савонаролы. Этот известный проповедник осуждал роскошь, развлечения и "суетное" светское искусство. Под влиянием идей Савонаролы Михаил принял постриг в доминиканском монастыре Сан-Марко. Но в этой обители он пробыл недолго, всего лишь два года.

В 1504 году Михаил неожиданно покидает Италию и отправляется в Грецию, на Афон. Ученик европейских гуманистов возвращается в православие и постригается в Ватопедском монастыре под именем Максима. Этот момент стал переломным в жизни беспокойного грека: отныне он отрекается от своих прежних убеждений, чтобы целиком отдаться изучению православного богословия.

Наверное, инок Максим прожил бы созерцательную жизнь аскета и умер в тихой келье, окруженный столь любезными его сердцу книгами, если бы в марте 1516 года Василий III не пригласил его на Русь. Спустя два года великий князь и московский митрополит Варлаам с почестями встретили ученого инока, обласкали и поселили в келье митрополичьего Чудова монастыря.

Максиму было поручено сделать перевод "Толковой Псалтыри", греческий оригинал которого хранился в княжеской библиотеке (ныне более известной как "библиотека Ивана Грозного") среди книг, привезенных Софией Палеолог.

Максим Грек прибыл в Москву во время ожесточенных споров в Русской Церкви о монастырском землевладении. Суть споров сводилась к следующему: подобает ли инокам, отрекшимся от мирской суеты и забот, владеть землями и прочим дорогостоящим имуществом? Во главе сторонников монастырского землевладения стоял игумен Иосиф Волоцкий, по имени которого эта партия получила название "иосифлян".

Им возражали "нестяжатели", возглавляемые старцами Нилом Сорским и Вассианом Патрикеевым. Историк Александр Зимин с полным основанием предположил, что инициаторами приглашения ученого инока с Афона были "нестяжатели", надеявшиеся с его помощью укрепить свои позиции. Впрочем, сначала Максим дипломатично уклонился от участия в спорах.

Когда перевод "Толковой Псалтыри" был готов, грек стал просить Василия III отпустить его на Святую Гору. Но просьба инока не была уважена. Московские власти предпочли оставить его при себе, используя для перевода и исправления других церковных книг. Однако для задержки Максима Грека были, конечно, и другие мотивы. О них поведал старцу один знакомый боярин: "Пришел сюда ты, а человек ты разумный, и узнал здесь наше хорошее и плохое. И ты, придя назад, все расскажешь". Власти испугались, что Максим может рассказать грекам что-то "лишнее" о Московии. Как тут не вспомнить библейские слова! "Во многой мудрости много печали, и кто умножает познания – умножает скорбь" (Еккл. 1, 18).

Вынужденный остаться на Руси, ученый инок собрал вокруг себя кружок образованных людей, которые приходили к нему в Чудов монастырь "говаривать с ним книгами". Тогда же Максим сблизился с Вассианом Патрикеевым и принял сторону "нестяжателей".

Пока митрополитом был незлобивый Варлаам, Максим жил в относительном спокойствии. Все изменилось, когда в 1522 году на московский митрополичий престол взошел Даниил, ученик Иосифа Волоцкого и убежденный "иосифлянин". По его инициативе в 1525 году состоялся церковный Собор, обвинивший Максима в ереси и сношениях с турецким правительством (оба обвинения были ложными). Инок был приговорен к заточению в Иосифо-Волоколамском монастыре.

В 1531 году состоялся новый Собор, осудивший "нестяжателей", Максима Грека и Вассиана Патрикеева. Теперь ученого старца сослали в тверской Отроч монастырь под надзор тамошнего епископа Акакия. Благодаря сочувствию Акакия тверская ссылка оказалась менее тяжкой для опального мыслителя – он получил возможность читать и писать. Но лишь при митрополите Макарии, знаменитом книгочее и книголюбе, Максим Грек был оправдан и переведен в Троице-Сергиеву лавру. Здесь 450 лет назад, 21 января 1556 года, он и скончался.

За сорок лет, прожитых в Московии, Максим Грек написал несколько сотен произведений на греческом и церковно-славянском языках. Не оставлял он писательства и в заключении. Бесспорно, Максим может считаться одним из наиболее значительных писателей Древней Руси.

Из-под его пера вышли многочисленные послания (Василию III, Ивану Грозному, митрополитам Данилу и Макарию), обличительные слова (против астрологии, разного рода суеверий и веры в фортуну) и душеполезные поучения. Особое место принадлежит трактатам, написанным против иноверцев – католиков, лютеран, иудеев и мусульман. Важное место в творчестве афонского старца занимают переводы творений отцов Церкви – Иоанна Златоуста, Василия Великого и Григория Богослова. Благодаря сочинениям Максима Грека на Руси больше узнали не только о православном богословии, но и об античной философии и всемирной истории.

Максим Грек был похоронен в Сергиевой лавре, возле церкви Святого Духа. В лавре он почитался, как святой. А в XIX веке над его гробницей была установлена медная доска со стихами:

Блаженный здесь Максим
телом почивает,
И с Богом в небеси душою
пребывает.
И что божественно он
в книгах написал,
То жизнию своею
и делом показал.
Оставил образ нам
и святости примеры,
Смирения, любви, терпения
и веры!