Русское православное паломничество в Иерусалим в X-XVI вв.

Русское православное паломничество в Иерусалим, эту колыбель христианства, освящённую жизнью, учением, страданием и воскресением Господа, возникло в первые же годы после просвещения Древней Руси светом веры Христовой и продолжается до настоящего времени, то усиливаясь, то затихая, вот уже тысячу лет. Председатель Отдела Внешних церковных связей Московского Патриархата, митрополит Смоленский и Калиниградский Кирилл писал: "Издревле паломничество по святым местам являлось одной из наиболее важных душеспасительных традиций русского народа. <...> Русские люди с посохом и сумой доходили даже до древней Палестины, чтобы поклониться местам крестных страданий и Воскресения нашего Господа". Не так давно прошёл, практически не замеченным, тысячелетний юбилей одного легендарного события, имеющего прямое отношение к истории русского православного паломничества. В 1001 г., по преданию, сохранённому Никоновской летописью, Киевским святым благоверным князем Владимиром Святославичем было отправлено посольство в Средиземноморье и Ближний Восток: "Посла Володимер гостей своих аки в послех в Рим, а других во Иерусалим, и в Египет, и Вавилон, сагладати земель их, и обычаев их". "Гостей своих аки в послех" означает в данном контексте ни что иное, как "купцов в ранге послов". Таким образом, перед нами свидетельство об официальной поездке русских людей по великокняжескому поручению к местам, где находились христианские святыни, в том числе и Иерусалим.

В XI в. паломничество в Святую Землю по мере распространения христианства на территории Древней Руси становится заметным явлением в религиозной жизни молодой Русской Церкви, хотя по-прежнему было в основном связано с военной, торговой и дипломатической деятельностью отдельных людей. Во второй половине 30-х годов XI в. русские воины в составе дружины Харальда Сигурдарсона, норвежского конунга, служившего в византийской армии, и ставшего впоследствии зятем Киевского великого князя Ярослава Владимировича Мудрого, в ходе военных действий посетили Иерусалим. Однако тогда же стало появляться паломничество, совершаемое только с одной с одной целью – поклонению святым местам. Русские летописи доносят до нас самоотреченный образ преподобного Варлаама, первого игумена Киево-Печерского монастыря. Два раза преподобный Варлаам совершил паломнические путешествия в Иерусалим и на Православный Восток, возвращаясь из последнего он, как известно, скончался в Святогорской обители на Волыни. A.M. Пентковский, доказывая идею распространения в Древней Руси паломничества в Святую Землю, писал: "О святых местах напоминали на Руси не только рассказы благочестивых паломников. Образ иерусалимского храма Воскресения повторяли литургические сосуды, называвшиеся "сионами" или "иерусалимами", наподобие сохранившихся большого и малого "иерусалимов" из Софийского собора в Новгороде. Существуют различные мнения о предназначении этих предметов, однако наиболее вероятно, что они использовались при совершении Литургии". В конце 90-х годов XI в. сразу вслед за победоносным крестоносным войском, захватившем в 1099 г. Иерусалим русская княгиня Гида Харальдовна, жена князя Владимира Всеволодовича Мономаха, совершила благочестивое паломничество в Святой Град и здесь же скончалась. Место её погребения не известно, но память о её паломническом подвиге останется с нами навсегда, тем более, что она первая, из известных нам русских паломниц, завершила свой жизненный путь в Иерусалиме.

В XII в., по мнению многих исследователей, произошла резкая активизация русского паломнического движения в Святую Землю, что справедливо связывают с успехами Первого крестового похода. Наиболее ярко эта взаимосвязь прослеживается в знаменитом и выдающемся древнерусском литературном произведении и историческом источнике "Хождении игумена Даниила". В нём автор рассказывает о паломничестве группы русских богомольцев во главе с игуменом Даниилом в 1106-1108 гг. Важность этого замечательного во многих отношениях произведения заключается также в том, что в нём скрупулёзно и точно описан Иерусалим и его христианские святыни. Здесь уместно будет сказать, что в этом году совет Императорского Православного Палестинского Общества, священноначалие Русской Православной Церкви и ряд крупнейших русских музеев, в том числе Третьяковская галерея, Эрмитаж, Государственный Исторический музей, решили отметить 900-летие паломнического путешествия игумена Даниила и его спутников созданием в Москве и Санкт-Петербурге большой выставочной экспозиции и проведением научно-общественной конференции.

Многие исследователи, отмечавшие всплеск русского православного паломничества в XII в. к святым местам Палестины, указывают на то, что помимо внешних причин, связанных с крестовыми походами, были и другие, отражающие внутренние изменения, происходившие в русском обществе того времени. Паломнические путешествия стали одним из важнейших средств христианизации русского народа, активную роль в которой играли калики-перехожие, связывающие новопросвещённую Русь и Святую Землю своими устными рассказами об иерусалимских святынях, создавая для слушателей непосредственный эффект присутствия в Палестине. Точных данных о количестве калик перехожих и странников в настоящее время нет, но сам факт отражения этих персонажей в былинах, сказаниях, духовных стихах и других фольклорных произведениях говорит о типичности и распространенности таких богомольцев в домонгольский период истории Древней Руси. В былине о смерти знаменитого новгородского атамана и ушкуйника Василия Буслаева в фольклорной форме описывается паломничество, которое он вместе со своей дружиной совершил в Святую Землю. Причём в былине чётко и определённо указывается цель богомолья дерзкого новгородского атамана: замолить свои тяжкие грехи у Гроба Господня в Иерусалиме. Многие персонажи былинной древнерусской фольклорной литературы отражают тему массового странничества к святым местам Палестины.

Летописи доносят до нас реальные свидетельства о паломничестве в 60-е годы XII в. сорока новгородских калик-богомольцев в Святую Землю, который, возвратившись оттуда, принесли с собой святые мощи и благословения, то есть реликвии, полученные в дар от Иерусалимского патриарха Иоанна VII. Эти странники ходили по древнерусским городам: Новгороду, Руссе и Торжку, в которых они передавали различным храмам палестинские реликвии: честные мощи Божиих праведников, чаши и скатерти. Таким образом, летопись доносит до нас очень важную русскую паломническую традицию, по которой древнерусские богомольцы наиболее ценные иерусалимские реликвии не хранили у себя, а отдавали в храмы и монастыри. Это и понятно, ведь они были люди церковные и не для себя старались – за всю Землю Русскую, о чём так выразительно и искренне 900 лет тому назад писал игумен Даниил. Известный русский историк А.В. Карташёв считал, что в тот период "дорога к Иерусалиму стала казаться русским людям настолько проторённой, что по разным поводам давали зачастую обет сходить в Святой Град, а для большего обязательства связывали себя клятвой".

История сохранила для нас Житие святой преподобной Евфросинии, игуменьи Полоцкой, замечательной русской женщины, прожившей яркую подвижническую жизнь и в конце ее совершившей высокий паломнический подвиг в Святой Земле. По мнению специалистов, Житие преподобной Евфросинии было написано в домонгольский период, до нас же текст Жития дошел только в обработке XV века. С раннего детства питая влечение к праведной иноческой жизни, юная Предислава постриглась в монахини, приняв имя Евфросиния, и ушла в монастырь вопреки воле родителей. Впоследствии она основала мужскую и женскую обители и прославилась духовными подвигами. В конце жизни, уже в преклонных летах преподобная Евфросиния исполнила давнее свое желание – посетить святые места Византии и Палестины. В Полоцке любили и почитали преподобную Евфросинию, поэтому провожать ее вышли не только насельники основанных ею монастырей, но и многие жители Полоцка. В путешествии ее сопровождали родные люди: двоюродная сестра Евпраксия и брат Давид. Точная дата ее паломничества не известна, исследователи считают, что это произошло в конце 60-х – начле 70-х гг. XII в. Достигнув Иерусалима, преподобная Евфросиния "поклонилась живоносному Гробу Христову, потом поставила при Гробе золотое кадило и принесла многие дары Церкви Иерусалимской и патриарху. Блаженная Евфросиния обошла и прочие достославные места в окрестностях Иерусалима; поклонившись святыням с великим умилением, Евфросиния поселилась в монастыре, называвшемся Русским и находившемся при церкви, выстроенной в честь и славу Пресвятой Богородицы". Вместе со своими спутниками она поклонилась многим иерусалимским святыням и неоднократно молилась в храме Гроба Господня. Преподобная Евфросиния в своих молитвах к Спасителю просила, чтобы сподобил ее скончаться в этом святом месте. Молитва преподобной была услышана Господом. Вскоре она тяжело заболела и даже, несмотря на свое горячее желание посетить святую реку Иордан, не смогла совершить туда паломничество. Через некоторое время она скончалась на руках своих родных. Это случилось около 1173 года. Тело преподобной Евфросинии было погребено в Феодосиевом монастыре, на паперти храма недалеко от места, где почивали мощи преподобного Саввы Освященного и преподобного Феодосия. Перед захватом Иерусалима египетским султаном Салах ад-Дином в 1187 году честные мощи святой Евфросинии были перенесены русскими паломниками в Киево-Печерскую обитель.

В Житии преподобной Евфросинии упоминается очень важное для нашей паломнической темы сообщение, что во время своего пребывания святая обитала "в монастыре, называвшемся Русским и находившемся при церкви, выстроенной в честь и славу Пресвятой Богородицы". Перед нами единственное в домонгольское время упоминание о существовании русского монастыря в Святой Земле. Игумен Даниил, который кропотливо отразил в своем "Хождении" основные святыни Иерусалима, не мог не упомянуть о русском монастыре, значит, в то время, в начале XII в., его не было. Таким образом, в Иерусалиме к середине XII века возникает русский монастырь во имя Пресвятой Богородицы. Думается, что этот монастырь имел связи с Русью и был достаточно обширен, если преподобная Евфросиния и ее окружение смогли в нем остановиться. Обитель вряд ли сохранилась, после падения крестоносных государств и захвата Иерусалима в 1187 году войсками египетского султана. Может быть, именно из-за недолгого существования монастыря о нем нет упоминания в других источниках. Как бы там ни было, существование в Иерусалиме русского монастыря Пресвятой Богородицы в середине XII века говорит о том, что в Святой Земле существовала база или, как сейчас говорят, инфраструктура по приему паломников, прибывающих из Древней Руси.

Невозможно пройти мимо одного свидетельства, казалось бы, литературного курьеза, относящегося ко второй половине XII века, когда на кафедре древнего Новгорода святительствовал архиепископ Илия (1165-1186 гг.), в схиме Иоанн. Речь идет о Житии святого Иоанна, архиепископа Новгородского. В состав Жития включена "Повесть о путешествии новгородского архиепископа святого Илии на бесе в Иерусалим", в которой своеобразно отразилась тема паломничества русских людей в Святую Землю. А.В. Назаренко считает, что "о времени включения "Повести" в Житие можно с уверенностью сказать лишь то, что оно состоялось до 1439/ 40 года, когда при архиепископе Евфимии II были обретены мощи святителя Иоанна Новгородского". Неожиданная связь между Житием святого Иоанна и реальными событиями XII века выявились после публикации в 1914 году историком И.А. Шляпкиным описания креста-мощевика XII века, хранящегося в ризнице кафедрального собора в Хильдесхайме в Германии и по внешним признакам имеющего новгородское происхождение. В кресте-мощевике находились частички святынь из Палестины, поэтому он получил название "Иерусалимский крест". На ободе крест имел надпись: "Господи помоги рабу своему Илии стяжавшему крест сей...". И.А. Шляпкин пришел к однозначному выводу, что данный крест имеет отношение к архиепископу Иоанну. Таким образом, явно проявляются конкретные сведения о взаимоотношениях архиепископа Великого Новгорода (вероятно, как получателя святынь, привезённых в Новгород) со Святой Землей, что, по-видимому, в такой необычной форме отразилось в "Повести о путешествии новгородского архиепископа святого Илии на бесе в Иерусалим".

Житие преподобного Антония Дымского, любимого ученика и преемника преподобного Варлаама Хутынского, сообщает нам о том, что в начале 90-х годах XII в. он "был послан по монастырскому делу в Константинополь к Вселенскому патриарху, посетил Святую Землю ...". Когда преподобный Антоний в 1193 г. вернулся в свой родной Спасо-Преображенский монастырь, его наставник и учитель преподобный Варлаам был при смерти и, уходя в мир иной, благословил вернувшегося из паломничества своего ученика возглавить обитель.

В XIII в. русское паломничество в Святую Землю прерывается в связи с монгольским нашествием на Русь орд хана Батыя. Только в 30-х годах XIV в. летописи доносят до нас первые свидетельства возрождения благочестивой традиции паломничества к святыням Иерусалима. В начале 30-х годов XIV в. святитель Василий Калика, архиепископ Новгородский, совершил паломничество в Иерусалим. В 1348-1349 гг. новгородский ионах Стефан вместе с восемью спутниками совершил паломничество в Константинополь и Иерусалим. Монах Стефан Новгородец отразил своё паломническое путешествие в Хождении, которое он написал по возвращении на родину. К сожалению, та часть Хождения, в которой было описание Иерусалима, не сохранилась. В 70-е годы XIV в. совершил паломничество в Святую Землю архимандрит Агрефений, который описал своё путешествие в замечательном произведении древнерусской литературы под названием "Хождение в Иерусалим русского архимандрита Агрефения, монастыря святой Богородицы". Архимандрит Леонид (Кавелин), высоко оценил Хождение Агрефения: "Слог "Хождения" Грефения по своим литературным достоинствам, силе и образности языка, при соблюдении особенностей Юго-Западного наречия, на коем оно написано, само собою свидетельствует о своей древности. В этом отношении оно стоит наравне с известным "Хождением" нашего первого Паломника Игумена Даниила, а по времени должно занимать второе место в Русской Паломнической письменности".

В середине 90-х годов XIV века иеродиакон Игнатий Смолянин совершил паломническое путешествие в Иерусалим, после того как оказался в Константинополе в свите русского митрополита Пимена. Русский паломник описал своё путешествие, которое дошло до нас под названием Хождение иеродиакона Игнатия Смолянина. В период между 1415 и 1417 годом иеромонах Епифаний, прозванный современниками Премудрым, совершил паломничество из Новгорода Великого в Иерусалим и оставил нам краткое описание своего путешествия. Произведение Епифания, известное под названием "Сказание Епифания мниха о пути в Иерусалим", дошло до нашего времени в нескольких списках XVI и XVII века. Некоторые исследователи сомневаются в том, что авторство сказания принадлежит Епифанию Премудрому, однако мы будем следовать сложившейся традиции и считать, что Епифаний мних и Епифаний Премудрый одно и то же лицо. В 1419-1422 гг. иеродиакон Троице-Сергиевой обители Зосима совершил паломническое путешествие в Иерусалим и на Афон, которое он описал в своём известном труде под названием "Книга глаголемая Ксенос, сиречь странник, списанный Зосимой о русском пути до Царя града и от Царя Града до Иерусалима". Таким образом, можно сделать вполне обоснованный вывод, что во второй половине XIV и до середины XV веков русские паломники, не смотря на то, что Иерусалим был к этому времени давно и безвозвратно потерян для Византийской империи, реально могли посещать Святую Землю и поклоняться её святыням.

В середине XV века иеромонах Варсонофий совершает два паломнических путешествия в Святую Землю: первый раз в 1456 году, второй раз – в 1461-1462 годах. Оба путешествия Варсонофий описал в двух замечательных литературных произведениях, являющихся выдающимися образцами древнерусской паломнической письменности. Первое произведение Варсонофия полностью называется "Изволением Отца и поспешением Сына и совершением Святого Духа, милостию Божией и пречистой Богоматери Хожение странническое смиренного священного инока Варсонофия ко святому граду Иерусалиму". Второе хождение Варсонофия не имеет названия и начинается следующими словами: "Сотворих другое путешествие ко святому граду Иерусалиму по шести лет прихода моего на Русь". Первые издатели этих паломнических произведений объединили их под одним названием "Хожение священноинока Варсонофия ко Святому Граду Иерусалиму в 1456 и 1461-1462 гг.", разделив их внутри книги под условными названиями "Первое хождение" и "Второе хождение". Даты своего пребывания в Святой Земле иеромонах Варсонофий сам указывает в тексте Хождения. Иеромонах Варсонофий, к слову сказать, является первым известным нам паломником, посетившим христианские святыни Египта.

Завоевание турками в 1453 году Константинополя и как следствие этого падение и исчезновение с карты мира Византийской империи привело к значительным изменениям в европейской политической и духовной жизни, а также имело важные исторические последствия для рассматриваемой нами паломнической темы. Главные святыни христианского мира оказались на территории и во власти Османской империи мусульманского государства, экспансия которого была направлена против всех соседей, но, прежде всего, на завоевание христианских стран и насильственное насаждение среди завоёванных народов ислама. Замена православного креста на святой Софии на исламский полумесяц стало символом падения тысячелетней традиции государственной поддержки христианской Церкви на территории, которую раньше занимала Византийская империя и которая, после её падения, оказалась под властью турецкой Порты.

Иерусалим во время падения Константинополя находился под властью египетских мамелюков, являвшихся частью арабского мира, осколком некогда грозного Арабского халифата, которые в 1517 году были разбиты турецкими войсками в битве под Алеппо, после чего Палестина, Сирия и Финикия попали под власть Османской империи. Иерусалим, как и вся Палестина, стала глухой провинцией Порты. Турецкие власти сохранили Иерусалимский патриархат и пощадили некоторые христианские святыни. Однако паломничество в Иерусалим стало ещё более затруднительным и опасным, чем было раньше. Христианское население Святого Города сократилось, даже Иерусалимские патриархи не могли постоянно жить в столице своего Патриархата. Зато, естественно, количество мусульман в Иерусалиме увеличивается, строятся новые мечети, при султане Сулеймане I вокруг города возводится новая крепостная стена, которая сохранилась до наших дней. Таким образом, в XVI веке Иерусалим приобрёл облик мусульманского города-крепости, градоначальники которого были равнодушны к состоянию христианских святынь, которые их интересовали исключительно с точки зрения получения податей с паломников их посещающих.

Об этих изменениях, произошедших в восприятии Константинополя русскими людьми XV века, рассказывает в описаниях своих паломнических путешествий человек удивительной судьбы и замечательного таланта Михаил Григорьевич Мисюрь-Мунехин. В 1493 году он в качестве посола великого князя совершил путешествие в Царьград, Иерусалим и Египет, побывал в Европе, проехал по городам северного побережья Чёрного моря, называя их "скифскими градами". Цель его путешествия нам не известна и им не указана, но А.А. Шахматов предполагает, что Мисюрь-Мунехин мог совершить путешествие с целью раздачи великокняжеской милостыни по православным монастырям. Вскоре после возвращения из паломнического путешествия были записаны его рассказы: о Цареграде, о чинах Цареградского царства и о Египте, которые были внесены знаменитым старцем Трёхсвятительского Псковского Елеазарова монастыря Филофеем в Хронограф 1512 года. Более того, А.А. Шахматов пришёл к выводу, что: "Составляя последнюю главу Хронографа, старец Филофей воспользовался некоторыми устными сообщениями об Иерусалиме и Гробе Господнем от Михаила Григорьевича Мунехина". А сама запись с его рассказами о паломничестве: "...подверглась некоторым редакционным поправкам и дополнениям со стороны старца Филофея, внёсшего её в число дополнительных статей к составленной им в 1512 году редакции Хронографа".

В 60-70-е годы XV в. преподобный Нил Сорский совершил паломническое путешествие на Православный Восток, в ходе которого он посетил и Иерусалим, вместе со своим учеником и сподвижником преподобным Иннокентием Комельским, в миру князем Охлябининым. Но всё-таки, начиная с конца XV – начала XVI вв. русское паломничество в Иерусалим значительно ослабевает, потому что пройти простому человеку без защитных царских грамот по территории Османской империи практически было невозможно. С этого периода состав паломников изменился, среди них наиболее распространёнными фигурами стали: государевы послы, купцы Гостиной сотни, а также официальные представители русских митрополитов, а потом патриархов. Однако полностью исключить вероятность частных паломнических путешествий, предпринимаемых русскими богомольцами, на Православный Восток, в частности в Иерусалим, мы не можем, но, даже, если они и были, то носили единичный характер.

В 1558-1561 годах купец Василий Позняков в составе, а потом во главе русского посольства совершил паломничество по святым местам Восточного Средиземноморья с целью раздать царскую милостыню для патриархов Православных Церквей и поддержания святых обителей на Синае и Афоне. Эта паломническая и дипломатическая поездка была связана с важной для царя Ивана Васильевича Грозного задачей – получить задним числом от православных патриархов Востока благословение на его венчание на царский престол. В Иерусалим царское посольство во главе с гостем Василием Позняковым прибыло в канун Пасхи 1560 г. По возвращении в Москву Василий Позняков привёз грамоты царю Ивану Грозному от восточных патриархов. А также описал своё паломничество в Хождении, которое возможно представляет собой отрывки из Статейного списка, который глава посольства был обязан представить государю как отчёт о совершённой поездке и розданной милостыни. Как известно, Хождение Василия Познякова было использовано при составлении текста Хождения Трифона Коробейникова, которое было наиболее популярным среди русской читающей публики из всех произведений русских писателей-паломников в жанре хождений до XIX в.

В 1586-1587 гг. царь Феодор Иоаннович послал на Православный Восток посольство во главе с Огарковым М.Ф., которое посетило Иерусалим. Одной из важнейших задач царского посольства было зондирование мнений восточных патриархов по вопросу о создании патриаршей кафедры в Москве. В этом случае, как и с посольством Василия Познякова, мы сталкиваемся с интересным приёмом в дипломатической практике правительства Московского царства, когда официальная паломническая цель путешествия прикрывала истинную политическую задачу, ради которой и было отправлены русские посолы на Православный Восток.

После учреждения в 1589 году в Москве патриаршей кафедры и возведения на неё святителя Иова – первого русского патриарха, русское правительство, возглавляемое тогда Борисом Годуновым, стремилось продолжить политику по укреплению отношений с предстоятелями восточных Православных Церквей. С этой целью в 1593 году в Константинополь и Иерусалим было послано посольство во главе с нашими знакомцами – Михаилом Огарковым и Трифоном Коробейниковым. На этот раз повод для путешествия был заздравный – рождение царевны Феодосии Фёдоровны. Итак, 19 января 1593 года послы Михаил Огарков и Трифон Коробейников в сопровождении некоего подьячего Васильева выехали из Москвы с богатыми дарами (5564 угорских золотых монет, множество пушного товара) для того, чтобы раздать эту милостыню в Константинополе и Иерусалиме, Антиохии и Египте. В начале апреля 1593 года русское посольство прибыло в Константинополь, где вручило дары царя Феодора Иоанновича Константинопольскому патриарху Иеремии II и гостившему в Царьграде Александрийскому патриарху Мелетию Пигасу. Таким образом, посольству не пришлось ехать в Египет. Из столицы Оттоманской империи русские послы отправились в Иерусалим, куда прибыли 28 сентября того же года. Раздав царские дары в святые храмы и монастыри, в том числе и Иерусалимскому патриарху Софронию, послы, после четырёх месяцев пребывания в Святом Граде, отправились в Антиохию. Из Иерусалима посольство, вероятно, по поручению правительства и благословению первого русского патриарха Иова привезло модель Гроба Господня в Москву, куда оно вернулось 18 апреля 1594 года. Это, пожалуй, последнее известие о путешествии наших соотечественников в Иерусалим в конце XVI века. О зарубежном паломничестве русских людей к христианским святыням Палестины, как. впрочем, и о других путешествиях на Православный Восток, начиная с середины 90-х годов XVI века и до окончания периода, называемого в истории нашего Отечества Смутным временем, у нас сведений не имеется.

01.11.2005