"Libération": "Я не отрицаю: джихад – это моя жизнь"

Он решил сам защищать себя "по соображениям богословского характера", считая, что его дело "уже закрыто". В любом случае он признает лишь "суд божий". И со своей задачей он справляется неплохо. Дипломированный специалист по электротехнике Менад Беншеллали досконально изучил свое уголовное дело и отсылает судей к подписанным им протоколам, когда те обвиняют его в отходе от первоначальных показаний.

Тыл. Этот 33-летний француз алжирского происхождения – ключевая фигура в деле о так называемых "чеченских каналах". В понедельник и вторник Парижский исправительный суд выяснял его роль в подготовке терактов во Франции в 2001-2002 годах. Обвиняемый в принадлежности к "преступному сообществу террористической направленности", он ни разу не посмотрел на своих родителей, добровольно явившихся в суд для дачи показаний по тому же делу. Его мать, 52-летняя Хафса, сидела в первом ряду в бежевом хиджабе. Рядом с ней сидел его отец, 52-летний Шеллали, бывший радикальный имам из города Венисье. Семья служила для Менада "тылом", обеспечивая возможность изготавливать взрывные устройства.

Менад (он же Абдель Хаким), молодой человек с простоватым лицом и холодным взглядом, – старший из шести детей Шеллали. Дочери были активистками движения за право ношения мусульманского платка, которое возникло в 1990-е годы. Его брат Хафед также обвиняется в причастности к "преступному сообществу" и в терроризме. Младший сын Мурад только что вышел из тюрьмы, куда он попал по возвращении из Гуантанамо.

"Я нахожусь здесь ради отца и матери, и мне наплевать на то, что я могу получить 10 или 15 лет", – заявил вчера Менад, верный своей линии защиты. Он даже сам обращался с вопросами к председателю. "Здесь вопросы задаю я", – сухо напомнила ему Жаклин Ребейрот. Он признал, что является сторонником джихада. "Я не отрицаю: джихад – это моя жизнь, – сказал подсудимый, но тут же стал отрицать, что активно в нем участвовал: – В исламистской среде меня никто не знал, я не был боевиком".

Впрочем, в ходе заседания выяснилось, что среди исламистов он был заметной фигурой. Он с гордостью признал, что организовал отправку в Афганистан своего младшего брата Мурада, а также Низара Саси, и свел их с радикальным имамом Абу Катадой – идеологом "Лондонистана" (исламистских кругов Лондона. – Прим. ред.).

Говоря о пребывании в Грузии (в районе, пограничном с Чечней), куда он приехал, чтобы пройти подготовку в военизированных тренировочных лагерях, он признает, что вовлек в свои планы Мурада Мерабета – другого обвиняемого. Фармацевт по профессии, Мерабет, который старше Менада почти на 10 лет, слыл в Венисье одним из религиозных авторитетов. На скамье подсудимых он признает, что Менад уговорил его присоединиться к "мусульманским братьям" в Чечне: "Менад сказал мне, что он обеспечит все – проезд, паспорта, деньги. Я переживал трудный период в своей жизни, на принятие решения у меня была всего неделя, и я дал себя убедить".

Вернувшись из Грузии во Францию в январе 2002 года, Менад Беншеллали, по его словам, испытал "большое психологическое разочарование" из-за того, что ему не удалось принять участия в боях против российских войск в Чечне: "Если бы я был настоящим боевиком, ветераном Афганистана, как утверждает обвинение, меня пропустили бы в Чечню. Но это не так". Встревоженный арестом в Афганистане брата Мурада, уверенный в том, что за ним следят французские спецслужбы, Менад скрывался то у родителей, то в парижском пригороде Роменвилле, где и был арестован 24 декабря 2002 года.

Опыты. Именно в этот период он увлекся "химией", чтобы стать "настоящим моджахедом", собственноручно изготовить бомбу и дождаться "призыва к действию от какого-нибудь эмира вроде Абу Катады". В интернете он нашел список веществ, необходимых для изготовления бомбы, проводил опыты и просит Мерабета раздобыть ему карбонат магния или ботулиновую кислоту. "Я всегда отказывал ему в его просьбах, – утверждает фармацевт. – Он никогда не говорил мне о терактах с использованием химических средств, но опыты, которые он проводил, свидетельствовали о таком намерении". Менад это намерение отрицает: "Я всегда говорил, что хочу проводить опыты".

Однако другой подсудимый, Маамар Уазане, заявил судье Брюгьеру, что Менад и его друзья говорили, что они собираются атаковать Эйфелеву башню, магазин "Наф-Наф", считавшийся еврейским, и полицейские участки. Дело Уазане будет слушаться 24 апреля. Подтвердит ли он свои показания? Ведь Менад продолжает все отрицать.