Ольга Шукшина: актерская профессия разрушает душу

Ольга родилась в 1969 году. Когда ей было всего пять лет, вместе с матерью и сестрой Марией снялась в фильме Сергея Никоненко "Птицы над городом". После окончания ВГИКа сыграла еще в нескольких картинах, в том числе у Глеба Панфилова в фильме "Мать". Казалось, будущее определилось... Однако Ольга пошла по стопам отца – пала писать рассказы, поступила в Литературный институт...

Мы встретились с Ольгой Шукшиной в маленьком провинциальном городке Шуя. Сюда она приехала по приглашению студентов местного педагогического университета, чтобы возглавить жюри фестиваля "Студенческая весна", а заодно провести семинар по творчеству отца.

– Ольга Васильевна, вам не кажется наш край глухой провинцией, где люди озабочены только одним – как бы выжить?

– Сначала с вашей областью меня познакомила мама, а затем мой сын Василий. Он четыре года жил и учился в православном Свято-Успенском мужском училище. За это время он получил крепкую духовную базу, научился правильно оценивать события и людей. Мне нравятся местные церкви, женщины, ткущие прекрасные ситцы и льняные изделия.

Мы, кстати, сейчас и не в столице живем. Недавно купили квартиру в Сергиевом Посаде Московской области. Захотелось быть поближе к лавре.

– Сергиев Посад недавно стал к Иванову чуть ближе.,.

-Да, я знаю, вашим губернатором назначили Михаила Меня. С именем его отца в Посаде многое связано. Мне было приятно узнать, что наша новая квартира всего в двух шагах от церкви и дома, где жил, служил, а позже и был похоронен Александр Мень. Пока же ничего, кроме лавры, я с сыном в Сергиевом Посаде еще не видела, мы лишь начали открывать для себя этот город, потихонечку и неспешно, как его постоянные жители, а не туристы, стремящиеся за один день объять необъятное.

– Вам уже доводилось бывать на родине отца?

– Конечно, и не раз, но впечатления от тех поездок всегда смазывались ажиотажем, который поднимался вокруг его имени. В первый раз я оказалась на Алтае десятилетней девочкой. 30 лет назад, после смерти отца, меня и мою сестру Марию мама привезла в село Сростки. Жара, пыль, кругом море лиц... А хочется приехать одной, не спеша пройтись по улицам, где родился и вырос Василий Макарович, пожить там.

– Ольга Васильевна, а вы помните своего отца?

– Живым почти нет. Но после того, как мне исполнилось чуть больше 20 лет, образ отца начал во мне рождаться заново. Я стала перечитывать его произведения, письма, которые он писал нам с мамой, пересмотрела фотографии... Постепенно папа заполнил мою душу, и только тогда я поняла, какая там до этого была пустота. Представьте, когда я поступала в Литературный институт, со мной произошла удивительная история. На экзамене я долго водила руками над столом с билетами и вытащила N 13. В нем было два вопроса: "Шинель" Гоголя и творчество Шукшина. Это было предопределение свыше, по-другому просто не могло случиться. Больше всего моему поступлению радовалась мама. Она постоянно твердила мне – пиши, пиши, пиши... Позаниматься детективами или дамскими романами я не могу, для написания же православных произведений у меня пока не хватает совести. Пусть лучше вся моя жизнь станет творческим произведением, посвященным моему отцу.

– В этом вы видите свой дочерний долг?

– В том, чтобы продолжать изучать и пропагандировать творчество отца. Современной молодежи его имя порой ни о чем не говорит, а ведь это целый пласт русской культуры.

– Ваш сын Василий так же трепетно относится к имени своего знаменитого дедушки?

– Осознание им личности Василия Макаровича наступило года дйа назад, когда я ему впервые прочитала рассказ "До третьих петухов". Он постоянно хохотал и просил меня читать его снова и снова. От деда в наследство внук получил характер очень открытый и прямой, склонный к добру, а не лукавству. Но по литературным стопам Шукшина Вася не пойдет. Благодаря тому, что он в детстве долго жил в монастыре, теперь свой жизненный путь Вася видит только в монашестве. Конечно, возможно, с возрастом это решение и изменится, ведь сейчас ему только 10 лет.

-А вам не жалко, что в таком случае по вашей линии прервется род Шукшиных?

– Я надеюсь, что в духовном смысле он не прервется. Ведь одна их главных обязанностей священника – нести людям слово. Люди за последние годы изголодались по умным и добрым проповедям. Но до этого уровня еще надо дорасти.

-По телевидению, в кино часто можно увидеть Марию Шукшину, о вас же почти ничего не слышно. Внешне вы с сестрой очень похожи. А внутренне?

– Мы обе – дочери своего отца. И у Маши, и у меня в основе характера лежит сибирский стержень. А мама передала свою нежность, женственность, любовь к детям... Но жизненный опыт оставил в наших душах разные следы. Жесткие требования к работе на телевидении, столичная гонка, съемки в кино... Все это оказало определенное влияние, но не испортило Марию, она, как и я, человек верующий. И сейчас я помогаю ей воспитывать в православной вере ее близнецов, крестной мамой которых являюсь. К их духовному воспитанию отношусь очень серьезно, поэтому в самом начале сразу предупредила, что на каких-то моментах буду просто настаивать. "И хорошо!" – ответила она мне.

– А сами в кино больше не снимаетесь?

– От актерской деятельности я отошла. То, что предлагают сейчас на кинорынке, – не мое. Только после того, как сама снялась в нескольких фильмах, я поняла, почему в старину актеров хоронили за кладбищенскими стенами. Эта профессия разрушает душу. Мне часто приходилось слышать от известных артистов слова о том, что они прожили на экране много чужих жизней, но пропустили свою.

– Чем же вы занимаетесь?

– Какого-то постоянного места работы у меня сейчас нет. То, что со мной происходит, называется поиск. Я стараюсь удаляться от Москвы с ее бешеными скоростями и суетой. Когда я выбираюсь в глубинку, то получаю свою порцию тишины, и в душе у меня воцаряется мир.Слава Богу, мы с сыном финансово обеспечены и можем позволить себе такие поездки. Да мы и не стремимся к большим материальным ценностям, нам важно духовное самосовершенствование.

– В последние годы дети из некоторых известных актерских семей встали на путь религии... – Я заметила это, еще когда училась во ВГИКе. Дети Валерия Золотухина, Леонида Филатова, Екатерины Васильевой выбрали путь священнослужителей. И это правильно, это показывает, что у наследников известных фамилий тоже есть выбор. Богу угодно, чтобы в каждом роду кто-то ему молился. Для примера достаточно вспомнить царские династии, купеческие и даже разбойничьи. В любой из них обязательно найдутся раскаявшиеся, взявшие на себя дело отмаливания рода. Я не примеряю эти обязанности на себя, вероятно, эта роль предназначена моему сыну. И если это случится, значит, так было угодно Богу.

19.04.2006