Белорус Василий Корень приехал в Москву и поселился в Мещанской слободе. За четыре года, приступив к подвижническому труду в 1691 году, он вырезал на липовых досках сцены сотворения мира, грехопадения Адама и Евы, а потом напечатал их и раскрасил листы. Так на свет появился альбом религиозных лубков "Библия для бедных".
Почему Корень выбрал именно такое название? Он заранее знал своего адресата-простолюдина, не умеющего писать и читать, но имеющего глаза – они и помогали бедным людям войти в мир религии, приобщиться к ее главным догматам.
Так случилось, что до наших дней дошел всего лишь один экземпляр творения Василия Кореня. Старался он для людей, для "общества", наградить бы его за усердие, ан нет: официальная церковь усмотрела в "Библии для бедных" еретические мотивы, чрезмерную вольность и арестовала весь "тираж" альбома – около тысячи отпечатков. Чудом уцелел один экземпляр альбома, хранящийся ныне в Питере, в библиотеке имени Салтыкова-Щедрина.
Русский человек, уроженец Пензенской области, а ныне москвич, наш современник Виктор Пензин, значительную и, наверное, главную часть своей жизни проводит в Малом Головином переулке, рядом со Сретенкой и Лубянкой, в двух шагах от Печатной слободы и церкви Троицы в Листах. Вслушайтесь в названия! Лубок, лубочный, листы – сама обстановка тут обрекла художника Пензина вновь открыть забытую страницу отечественной культуры. Ибо Виктор Петрович уже много лет продолжает традиции отечественного лубка. Пензин давно вынашивал мысль восстановить "Библию для бедных". И в итоге, как выражаются искусствоведы, реконструировал альбом Василия Кореня. Каждую доску вручную он резал от трех месяцев до полугода. Да, липа – мягкий, податливый материал, но попробуйте одеть гладко обструганную доску в узоры!
Мало кто из сведущих людей смог отличить те – кореневские – листы от пензинских. Покойный академик Борис Пиотровский, директор Эрмитажа, так оценил труд художника: "Вы совершили настоящий подвиг!"
Нынешний вариант "Библии" украшает Музей народной графики в Малом Головином переулке, где Пензин и директор, и экскурсовод, и главный хранитель. Изредка его альбом лубков выезжает за пределы старинного особняка. Побывал он и в здании Президиума Российской Академии наук, где пензинскую "Библию для бедных" придирчиво осмотрел и оценил высокий гость из Беларуси.
Филарет, Митрополит Минский и Слуцкий, Патриарший Экзарх всея Беларуси, специально приехал посмотреть творение московского художника. Кстати, Филарет – москвич, окончил Московскую духовную академию со степенью кандидата богословия, а через пять лет был назначен ее ректором. В 1978 году Филарет стал Митрополитом Минским и Слуцким. За четверть века архипастырского служения на земле Белой Руси, по свидетельству Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, "Церковью было сделано столько, что сделать больше было бы выше силы человеческой".
Встреча Филарета и Пензина произошла в рамках международной конференции "Христианство на пороге нового тысячелетия". Патриарший Экзарх всея Беларуси высоко оценил работу художника, как и его предшественника, раздвинувших привычные представления о лубке, незаслуженно обвиненного в псевдожанре и эстетических недостатках.
Филарет, отличный музыкант, ценитель прекрасного, убедил Пензина продолжать начатое. В самой встрече чувствовалась некая недосказанность, понять которую легче, обратившись к словам замечательного белорусского художника, лауреата премии Союзного государства Михаила Савицкого, обращенным к Филарету: "Владыка во всем великолепен – абсолютно тверд в своей вере, и Бог дает ему мудрость, в которой Владыка совершенно неуязвим, рассудителен и, главное, берет не силой и властью, а любовью и терпением. Вот пример: в Беларуси, особенно после распада СССР, была мощная экспансия католицизма. Католики тогда усиливали свое влияние на Восток. Я как-то сказал Владыке, что надо бы отвоевать утерянные позиции. Он ответил: "Да нет, отвоевывать мы ничего не будем!" И теперь, спустя годы, я понимаю, насколько он был прав. Именно миром и сотрудничеством, любовью, а не конфессиональными войнами Владыке удалось завоевать авторитет среди людей всех конфессий, стать как бы душеприказчиком, духовным отцом всей Беларуси и вместе с тем укрепить Православие в стране, по словам Серафима Саровского, который учил: "Не чужую веру надо ругать, а свою любить".
Вспомнились слова М. Савицкого не случайно. Больше десяти лет назад Пензин со своей "Библией" побывал не где-нибудь, а в Ватикане, в самом сердце католического мира, где был принят Иоанном Павлом II. Русский, православный человек, московский лубочник, повторивший творческий подвиг белоруса Кореня, подарил поляку Каролю Войтыле реконструированный альбом, удостоившись восьмиминутной беседы с тогдашним Папой Римским. Тот, вглядевшись в картинки, не осудил крамольности в сюжетах, более того, улыбнулся при виде листа со змеем-искусителем – жалким, с красными, поднятыми кверху лапками...
Сегодня подарок Папе занимает место в Ватиканской апостолической библиотеке.
.. .И вновь задушевные беседы в пензинском музее, его не голос – рык, бесконечное вскакивание со стула, рассказы о планах, неожиданные перебивки: "Пойдем посидим, тут рядом хорошее местечко"... Отбояриваюсь, зная: всю ночь Виктор будет отбирать работы для открывающейся на ВВЦ экспозиции. Его лубки знают в Мексике и Австралии, Болгарии и Бразилии, Новой Зеландии и Колумбии, Сингапуре и Сирии, он объездил с персональными выставками полмира, всю огромную, еще единую нашу страну – устраивал вернисажи. Четверть века назад он основал мастерскую народной графики "Советский лубок", куда влились художники из Харькова и Вильнюса, Минска и Ростова-на-Дону, Саранска и Ижевска. Отрадно, что Олег и Людмила Подкорытовы из Сергиева Посада не меняют своих пристрастий, что в Беларуси Владимир Чернышев и его тезка Московских продолжают традиции того творческого объединения, рожденного в мастерской Пензина.
Моден ли сегодня лубок, нужен ли, в почете он у музейщиков или в опале, часты ли в столицах выставки художников, продолжающих дело Василия Кореня, Марка Шагала, Маяковского в его "Окнах РОСТА"?
Спросите у Кореня, поглядите еще раз на его библейских героев. Ответ станет ясен.
– Не раз приходилось мне выслушивать мнение, – говорит Виктор Пензин в своей еще не изданной книге "И останется только имя...", – будто профессиональным художникам грех опускаться до видения народа, культивировать его художественные находки и приемы. Предлагали пренебречь опытом прошлого, исторической памятью простых людей. Но разве сам художник – не плоть от плоти своих родителей и предков? Каждый народ хранит свои, ему одному присущие нетленные ценности, то, по чему его отличают потомки, что позволяет ему сохранить в веках свое лицо, верить в прошлое, прокладывать путь в будущее... Лубок – память народа.Его красочная достопримечательность, способная жить, давать новые ростки, отыскивать путь к благодарному зрителю.
08.06.2006
Источник: Союз|||
