...Действие рассказа происходит на Страстной неделе, предшествующей Пасхе. В одном городе, где сорок церквей и шесть монастырей, в Великую субботу скончался викарный архиерей. Престарелая мать покойного, после смерти сына проживала в глухом уездном городишке. Когда по вечерам она выходила встречать свою корову, то робко рассказывала женщинам о том, что сын у нее был архиерей. Она боялась, что ей не поверят. Ей и на самом деле не все верили... Так заканчивается чеховский рассказ, написанный в 1902 году и впервые опубликованный в "Журнале для всех" (1902, N 4).
Поводом для написания рассказа послужил эпизод, который оставил в своих воспоминаниях ялтинский священник, учитель и литератор С. Н. Щукин, друживший с писателем. В рабочем кабинете Антона Павловича среди других была необычная фотокарточка с изображением человека в одежде духовного сана и вместе с ним старушки в темном простом платье. Фотографию епископа Таврического и Симферопольского Михаила (Грибановского), снятого вместе со старушкой-матерью, Антон Павлович случайно увидел в витрине одного фотоателье. Карточка произвела на писателя глубокое впечатление, он купил ее у фотографа, поместил на видном месте и часто обращал к ней свой взор.
Незадолго до этого в Симферополе умер от чахотки Преосвященный епископ Михаил. На фотографии он выглядел еще совсем не старым: лицо умное и одухотворенное, но изможденное. По страдальческому выражению глаз видно, что епископа жестоко мучила неизлечимая болезнь. Изучая лица матери и больного сына, чувствуешь, каким тяжелым бывает человеческое горе, когда они оба знают, что скоро их разлучит смерть.
Рассказ "Архиерей", где в образ главного героя Чехов привнес автобиографический материал, рождался в упорной борьбе писателя с прогрессирующей болезнью. Антон Павлович повествует о тяжело больном человеке, в положении которого он сам находился в последние годы своей жизни. Чехов изложил план рассказа так: "Архиерей служит утреню в Великий Четверг. Он болен. Церковь полна народом. Певчие поют. Архиерей читает евангелие Страстей. Он проникается тем, что читает, душу охватывает жалость ко Христу, к людям, к самому себе. Он чувствует вдруг, что ему тяжело, что он может скоро умереть, что может умереть сейчас. И это его чувство – звуками ли голоса, общей ли напряженностью чувства, другими ли, невидимыми и непонятными путями – передается тем, кто с ним служит, потом молящимся, одному, другому, всем. Чувствуя приближение смерти, плачет архиерей, плачет и вся церковь. И вся церковь вместе с ним проникается ощущением смерти, неотвратимой, уже идущей...".
Элементы собственной биографии, введенные в рассказ и художественно преображенные писателем, придали самому произведению и образу главного героя особую задушевность. Рассказ, исполненный "красивого лиризма", высоко оценил Бунин: "Архиерей" написан...изумительно. Только тот, кто занимается сам литературой и сам испытал эти адские мучения, может постигнуть всю красоту этого произведения". Не только Бунин, но Толстой и Куприн относили этот рассказ к лучшим произведениям Чехова.
Уже в 1902 году первых читателей "Архиерея" интересовало, кто явился прототипом главного героя. Многие читатели стали свидетелями того, как чеховское выражение "не ндравится мне это" быстро перешло из "Архиерея" в обиход широкой публики, впрочем, как и прозвище собаки ... "Синтаксис". Мемуаристы спорили, какого именно архиерея Чехов описал в своем рассказе. Ответ можно найти у того же Бунина, сообщившего Б. Зайцеву: " В "Архиерее" он (Чехов) слил черты одного таврического архиерея со своими собственными ...". По мнению Бунина, Чехов, имел в виду известного в свое время церковного публициста Михаила Грибановского. В качестве прототипа другого действующего лица в рассказе – отца Сисоя – послужил отец Ананий, монах из соседней с Мелиховым монастырем Давидовой пустыни.
Отметим, что некоторые исследователи чеховского наследия считают, что едва ли можно говорить об использовании какого-либо конкретного и единственного прототипа для образа главного героя. Биографические и психологические моменты в жизни героя рассказа могли быть навеяны писателю различными источниками.
Не вступая в спор с литературоведами, расскажем о прототипе, которого назвал в свое время Бунин, – епископе Таврическом и Симферопольском Михаиле (Грибановском) (1856 – 1898). Его имя принадлежит к числу драгоценных имен отечественного богословия. Он был одним из наиболее авторитетных мыслителей и деятелей Русской Православной Церкви второй половины ХIХ века.
Родился Михаил Михайлович 2 ноября 1856 года в г. Елатьме Тамбовской губернии в семье протоиерея, благочинного городских церквей. Мальчик унаследовал слабое здоровье, сочетавшееся с недюжинным дарованием: он почти самостоятельно обучился грамоте и с жадностью поглощал жития святых и русскую классическую литературу. В 1872 году по окончании Тамбовского духовного училища он учился в семинарии, где интересовался поиском истины в науке и философии, овладел немецким языком. В 1880 году Михаил поступил в Санкт-Петербургскую Духовную Академию на церковно-историческое отделение, а через три года принял монашество. Через год иеродиакона Михаила уже в сане иеромонаха утвердили в должности приват-доцента. Он стал преподавателем Основного богословия в Академии, а позже его назначили инспектором Академии. Он подготовил кандидатскую диссертацию "Религиозно-философское мировоззрение философа Гераклита", а в 1887 году магистерскую – "Истина бытия Божия. Опыт уяснения основных христианских истин естественной человеческой мыслью".
В 1886 году иеромонах Михаил совершил паломничество по святым местам в Иерусалиме и Константинополе, побывал во многих монастырях России. В 1889 году его свалило с ног воспаление легких в тяжелой форме. Стала очевидной необходимость ехать на юг для поправки здоровья. Архимандрита Михаила перевели в Крым, а позже назначили настоятелем посольской церкви в Афинах, где он прослужил с 1890 по 1894 годы. В Афинах он устраивал религиозно-философские вечера, написал книгу "Над Евангелием", где толкование текста сочетается с лирическими и философскими раздумьями.
В 1894 году архимандрит Михаил возвратился в Россию и получил хиротонию во епископа Прилукского, викария Полтавской епархии. Через год владыку Михаила перевели в Крым викарием епископа Симферопольского. С 1897 года он стал правящим архиереем. Состояние здоровья епископа Михаила непрерывно ухудшалось, к горловой чахотке присоединилась легочная. Предчувствуя скорую кончину, владыка завещал свои книги Симферопольскому духовному училищу, а деньги, вырученные от продажи сборника "Над Евангелием", – на покупку и раздачу народу книг духовно-нравственного содержания. Известные труды епископа Михаила: "Истина бытия Божия". – М. 1990; "Письма. "Православная община". – М.,1994; "Лекции по введению в круг богословских наук". – "Православный собеседник", 1899; "В чем состоит церковность". – "Церковный вестник", 1886; "Наши страдания и их главная причина". – "Церковный вестник", 1887; "Еще о так называемом монашестве ученом". – "Церковный вестник", 1889.
После соборования 6 августа 1898 года владыка сказал: " Меня любили в течение всей моей жизни...Благодарю Бога за это! Любил и я, но подвиг любви не совершил: для меня это было удовольствием, а не подвигом..." 19 августа после причастия Святых Тайн он сказал: "Сегодня умру". Последние слова его были : "Прошу, передайте друзьям, чтоб не удалялись..."
Преосвященный Антоний (Храповицкий) в речи, произнесенной 22 августа 1898 года на похоронах епископа Михаила (Грибановского), подчеркнул : "Знай же, Таврическая паства, какое сокровище заключено в земные недра под твоим храмом. Эта могила вводит тебя в духовное общение с предстоятелями многих церквей Российских и Восточных, которые бы за счастье почли помолиться и поплакать у этого гроба. И мы знаем, что многие нарочно приедут сюда помолиться за усопшего, которых путь не лежал бы на сию окраину отечества, которые бы никогда и не взглянули на Крым и Симферополь, если бы там не был погребен Преосвященный Михаил".
Место захоронения владыки на первом гражданском кладбище Симферополя стало местом паломничества верующих. Сохранились воспоминания тех лиц, которые принимали участие в перезахоронении останков епископа Михаила в 1929 году, когда сносили кафедральный собор: его мощи сохранились нетленными.
Источник: Общество "Россия в красках
