Нездоровый ажиотаж вокруг моей персоны и продолжение распространения "Обращения Центрального Церковного Управления..." вызывает у меня смешанные чувства, среди которых явно доминирует удивление. Да, я подал в отставку, вышел из состава ЕЛЦ и перехожу в другую Церковь, которая будет осуществлять свою деятельность в России наряду с ЕЛЦ. Сделал это вполне цивилизованно, дверьми при этом не хлопал и войны никому не объявлял, ни у кого куска хлеба не отнял, наоборот, оставил и отправился все строить заново, как в 91 году. Только тогда так грустно не было.
Когда я 25 апреля встречался с Архиепископом Э.Ратцем и епископом З. Шпрингером, я подробно рассказал о наших планах и был поражен их доброжелательному отношению. Никакой отрицательной реакции на сообщение об организации новой Церкви с их стороны даже не последовало! А ведь самое лучшее, на что я мог надеяться, – это враждебный нейтралитет. И вот, спустя значительное время, я прочитал "Обращение Центрального Церковного Управления...". Про его тон я уже и не говорю, поскольку это откровенная провокация в надежде на мою ответную грубость. Самое главное в его содержании. А из этого содержания следует, что, дескать, и г-н Ратц, и г-н Шпрингер ничего не знали, поскольку просто неправильно меня поняли. Это при том, что разговор велся с участием переводчика, в роли которого выступил сам Ханс Шван, которого было бы трудно упрекнуть в недостаточном знании как русского, так и немецкого языков. Это первая странность. Но есть еще и вторая. Мало того, что еще в октябре прошлого года на заседании Консистории я устно заявил о своей отставке, 13 марта с.г. я подал и письменное заявление, в котором черным по белому проинформировал о том, что не только выхожу из состава ЕЛЦ, но и перехожу в другую Церковь. Кроме того, о том, что мы планируем создать новую Церковь, ни для кого не было тайной. Тот же Ханс Шван был в курсе всего задолго до этой встречи. И, зная Ханса, я ничуть не сомневался,что он обязательно проинформирует Архиепископа, тем более, что я никакаких обязательств хранить тайну с него не брал, да и он просто обязан был это сделать. В наших интересах было пережить момент расставания наиболее цивилизованно. Разумеется, я ждал какой-то реакции со стороны руководства ЕЛЦ, но ее не последовало, как, впрочем, не следовало никакой реакции на любые мои обращения к руководству ЕЛЦ о возможности предоставить мне другую работу в Церкви. Меня в упор не видели и/или давали понять, что видеть не желают. Я человек понятливый, потому и ушел.
Поэтому странным выглядит их теперешнее утверждение, что меня "неправильно поняли". Не могли же они подумать, что я, выйдя из состава ЕЛЦ, собираюсь создавать некую новую структуру в ее же составе! Тем более, что мы (по крайней мере, я) говорили о создании новой ЦЕРКВИ, а не общины. Да и переводчиком во время нашей встречи был все тот же Ханс Шван, и, как мне передали наши общие знакомые, он прокомментировал это следующим образом: "Наверное, Ратц со Шпрингером плохо понимают по немецки, я все правильно переводил".
Ну ладно, поменяли они свою точку зрения, это их право. Я на их поддержку и не рассчитывал. Хотел только объяснить свою позицию и постараться наладить хорошие отношения. Лютеран в России не так уж много, нам делить нечего. Это правда. Но мы ничего и не пытаемся делить. Наоборот, собрать воедино то, что руководство ЕЛЦ так безалаберно разбрасывает направо и налево. Посмотрите ведь, что делается! За последние два года, с помощью Служения Лютеранского Часа, были созданы 15 новых общин, в основном, на территории Сибири. И что? Да ничего. В состав ЕЛЦ их так и не приняли. Небольшая часть из них распалась, а большая часть ушла к В.Лыткину.
Теперь давайте опять вернемся к вопросу о том, почему эти общины не принимались в состав нашей Церкви. В "Обращении..." правильно отмечено, что мы – российские граждане – сами должны решить судьбу нашей Церкви, но только пока это у нас плохо получается и, как мне кажется, в ближайшее время вряд ли получится. Да, некоторые положительные тенденции наметились. Подрастает неплохая, думающая молодежь. На последнем Синоде Евангелическо-Лютеранской Церкви Европейской части России впервые открыто сложилась серьезная оппозиция нынешнему, аморфному руководству ЕЛЦ. Есть все основания полагать, что именно в силу этого замораживается процесс принятия в состав Церкви новых общин, которые у епископа Шпрингера вызывают сомнения в их лояльности к нему лично. Других же общин за последние годы, как мне известно, создано не было.
В России десятки областей, где для нас, лютеран работы – непочатый край, где нет лютеранских общин. Именно поэтому нам нечего делить.
Мы с самого начала поставили перед собой задачу создавать только самодостаточные общины, т.е. такие, которые смогут не только сами себя содержать, но и финансировать деятельность централизованных структур. Кому-то это наше стремление может показаться утопичным, но ведь другие Церкви живут как-то за счет своих средств. Надо, по крайней мере, попытаться. Не получится, будет очень жаль. Но мы приложим все силы к этому. А поскольку многие уже сложившиеся лютеранские общины с самого начала фактически "сидят на спонсорской игле", полностью завися от поддержки из-за рубежа, то ни нам, ни кому бы то ни было и в голову не придет, что они перебегут к нам. Так какой же это раскол, если мы уходим, можно сказать, с пустыми руками, ничего с собой не прихватив, ни на что не претендуя. Напротив, мы не хотим терять добрые отношения со своей старой Церковью. И если она сделает нам навстречу хотя бы один шаг, мы в ответ сделаем десять. Тем более,что спонсорская помощь постоянно сокращается, и недалек тот день, когда прекратится совсем. И все пасторы из Германии уедут назад, на родину. Учиться жить по своим возможностям надо уже сейчас, потом поздно будет.
А свое обращение к общинам "У последней черты" я послал также в Германию – и в ЕКД, и в Союз Мартина Лютера. Поскольку никакого отклика получено не было, мы поняли это как тот факт, что это обращение принято к сведению. Тем более, что еще до этого, в феврале 2006 года, я ездил в Германию и, при личных встречах в ЕКД и в Союзе Мартина Лютера, подробно разъяснил ситуацию и свое видение положения дел в России. Так что и для наших традиционных партнеров за рубежом это мое письмо не явилось шоком. И уж тем более ко мне не поступило за все это время НИ ОДНОГО отрицательного обращения. И даже то самое, пресловутое "Обращение Центрального Церковного Управления..." я прочитал совершенно случайно, в интернете. Его даже не удосужились отослать мне лично, словно и не на меня вылили всю эту грязь. Что получается? Полгода руководство ЕЛЦ знало, что создается новая Церковь, но у них даже пяти минут не нашлось, чтобы со мной поговорить, дескать, что это ты там, Владимир Сергеевич, задумал? Давай обсудим ситуацию. Нет, не снизошли. Так ведь и сейчас нет этого. Я понимаю, что епископ Шпрингер был счастлив тому, что я ухожу из Церкви, и ему было все равно, куда и зачем я ухожу. В Москве должно быть только одно Солнце, а все остальные должны светить отраженным светом, да и то не очень ярко.
Еще раз хочу сказать Вам что я не враг своей Церкви и не собираюсь с ней соперничать. И, тем более, некорректно сравнивать меня с Баронасом. Я что, объявил себя главным лютеранином России или претендую на имущество и авторитет ЕЛЦ? Я работать хочу, вернуть лютеранской Церкви принадлежавшее ей исторически второе, после Русской Православной Церкви, место.
Конечно, я, как и многие, надеюсь, что в исторической перспективе все само собой наладится, и, конечно, через Синоды, в первую очередь, надо влиять на ситуацию. Но тут есть нюанс: влиять на ситуацию при нынешнем раскладе сил могут только г-н Шпрингер и иже с ним. Для всех остальных это влияние максимально ограничено, дабы никакой критики не протащили на столь важное мероприятие. Согласитесь, сложно отстаивать правду с кляпом во рту. Вот и на последнем Синоде ЕЛЦ ЕР все было, как всегда – большая часть наиболее активных делегатов под разными предлогами была лишена права голоса. Уверен, и к следующему Синоду Шпрингер с Церром опять что-нибудь придумают. Бороться их методами у меня нет никакого желания. Я много лет старался исправить ситуацию, и, пока была поддержка Архиепископа Георга Кречмара, пусть и не очень надежная, но надежда на перемены к лучшему еще оставались. Надеялся также, что и ЕКД, наконец, все это надоест и они (наивный я все-таки человек!) начнут-таки делать ставку на российских граждан. Задумайтесь только, ведь, при любом конфликте между гражданином России и Германии, и ЕКД, и пасторы-немцы всегда грудью вставали за своего, независимо от того, на чьей стороны была правда, и что было лучше с точки зрения здоровой целесообразности.
После того, как новый Архиепископ объявил мне, что теперь я буду работать совместно с епископом Шпрингером, мне стало ясно, что моя работа в Церкви подошла к своему завершению. Тем более, что к этому времени я вообще перестал получать какие-либо поручения со стороны Центрального Церковного Управления, а господин Шван на все мои вопросы по этому поводу отвечал: "У меня приказ – Пудову никаких поручений не давать". Я решил не держаться за свое почетное место, уйти в отставку и заняться созданием новой общины в любом месте, где это могло быть нужно. И я опять (уже в который раз) наступил на одни и те же грабли – поверил, что смогу оставаться полезным своей Церкви. Однако зачем, скажите, епископу Шпрингеру на его Синоде такая головная боль, как Пудов. Пять месяцев я ждал ответа, но так и не дождался, хотя неоднократно и напоминал о себе. Наверно я так и продолжал бы ждать, если бы теперь Церр с Рерихом не поторопились и не ускорили ход вещей. Уж очень им хотелось поскорее выжить меня из Москвы. Это ведь они инициировали обсуждение моей статьи "Об однополых браках и женском священстве", выступив главными организаторами травли.
Такова суть дела. Я не нужен своей Церкви, она от меня отказалась (хотя, корректнее будет сказать, не Церковь, а отдельные люди в Церкви), я ушел, но не в небытие, как вероятно, кто-то надеялся. Я буду продолжать работать. А те общины, которые составили основу нашей новой Церкви – это те люди, которых так же, как и меня, не пожелали видеть в составе ЕЛЦ. Некоторые говорят,ну вот, изгои объединились, но ведь и изгоям жить хочется. Почему Вы этим людям отказываете в праве быть в лютеранской Церкви? Я 15 лет в ее составе, связал с ней всю свою жизнь и не хотел, и не хочу из нее уходить. Поэтому мы провели Учредительное собрание, которое избрало меня президентом Генерального Синода. Хочу заверить всех, что мы не собираемся противопоставлять себя другим лютеранским церквям и надеемся на сохранение дружеских отношений со всеми.
С уважением, Владимир Пудов
Президент Евангелическо-Лютеранской Церкви России
Москва, 20 июля 2006 год
Прим. Текст подготовлен автором для публикации на портале "Религия и СМИ"
