Интервью с душепастырем русскоязычных католических общин Севера Израиля о. Славомиром Абрамовским, 6 августа 2006 г.

– Какова ситуация Севере Израиля, в Хайфе? Очень интересна информация "из первых рук". Как реагируют католики на этот конфликт?

– Жизнь в Хайфе сейчас достаточно сложна. Большинство предприятий не работает, у людей закончились деньги. Пока по-прежнему можно приобрести продукты питания и предметы первой необходимости, небольшие магазины и пекарни постоянно работают, не смотря на то, что их хозяева рискуют. Не работает транспорт на север от Check Post. поэтому жители Крайот отрезаны от мира. Улицы Хайфы безлюдны. Сирены постоянно сообщают об обстреле. Не смотря на это жизнеспособность города велика. Когда в течение двух дней не было обстрелов все быстро, хоть и не надолго, вернулось к норме.

В свою очередь наши католики отреагировали по-разному. Большая часть русскоязычных, которые не являются гражданами Израиля, покинули страну. Часть наших израильтян переехала на юг, особенно семьи с детьми, я сам помогал некоторым из них найти место в католических семьях на юге страны. Остальные остались. И я вместе с ними, равно как и половина других священников из Хайфы. Пастырь не может оставить своей овчарни, особенно, когда им действительно необходима духовная поддержка. И это хорошо. Вижу как в этой ситуации Бог приглашает людей к возрастанию в вере и, хоть это звучит парадоксально, это время особой благодати.

– Изменились ли как-то взаимоотношения в самой христианской общине между местными евреями и арабами?

Настоящие христиане, будь то евреи или арабы, всегда найдут общий язык. Людей разделяют идеологии, а вера соединяет. На наши встречи часто приходят арабы-христиане, наши люди ходят на молитву в арабскую общину. Кроме языка у нас все общее. В свою очередь на широком уровне арабы и евреи объединяются в страдании. Мир этого не замечает, т.к. этого не подчеркивают, но неправда, что эта война Хисбаллы против евреев. Хисбалла стреляет куда попадет, по статистике за 26 дней войны среди гражданского населения Израиля, пострадавших в результате налетов, больше арабов, чем евреев, а среди раненных может арабов даже больше, чем евреев. Дело в том, что на Севере Израиля большинство населения составляют арабы. Например, сегодня вечером был сильный обстрел Хайфы, несколько убитых, более 160 человек раненных, одна из ракет упала в ста метрах от места, где я совершаю Евхаристию. Все ракеты упали на арабский христианский район Хайфы.

– Повлияла ли война на литургическую жизнь русскоязычных католиков Хайфы и Севера Израиля? Проводятся ли какие-нибудь специальные богослужения?

– Я лично считаю душепастрырским успехом то, что война никак не повлияла на литургическую жизнь. Все идет своим чередом, независимо от войны, хотя нас и стало меньше. Разумеется, особым образом молимся о мире.

– Что сейчас представляет из себя русскоязычная католическая община, где проводятся богослужения?

– В Хайфе у нас проводятся постоянные катехитические встречи и мессы. В меру систематично проходят встречи и богослужения в Тиберии и Нетании, а иногда и в Назарет Иллит.

– "Русская" католическая община проводит какую-то харитативную деятельность, помогая пострадавшим от обстрелов? Есть ли пострадавшие от бомбардировок Хисбаллы среди русскоязычной общины?

– Наша община сама нуждается в помощи! Особенно семьи с маленькими детьми, которые вынуждены были бросить работу, чтобы уехать в более безопасное место. Часто не было иного выхода. Когда родители работают, а с детьми сидит бабушка, не легко бегать с ними каждые полчаса в бомбоубежище, через пару дней дети начинают плакать, едва услышав вой сирены, возвещающей воздушную тревогу, не говоря уже о взрывах, это оставляет след на всю жизнь. В таких ситуациях родители, заботясь о детях, оставляют все, и часто без какого бы то ни было финансового запаса – русскоязычные эмигранты не принадлежат к числу богачей – уезжают. В этом смысле среди нашей общины много жертв этой войны.

Благодаря особой Божьей опеке никто из нас физически не пострадал. Это действительно чудо. Вера имеет силу. Наиболее показательный пример – это Сергей. Он сидел в кабинете на первом этаже и во время воздушной тревоги не пошел в бомбоубежище. Была масса работы, он ответственный за администрирование многоэтажки, которая пострадала от ракеты, упавшей ранее. В доме различные разрушения, вылетели 34 окна, людям из этих квартир надо помочь, словом, не было времени идти в убежище. И тогда под окна его кабинета упала ракета... И не взорвалась.

– Много ли беженцев с Севера Израиля, из Хайфы?

– Да.

– Не страшно вам в эти дни жить в Хайфе?

– Только сумасшедшие не боятся. Я нормальный, поэтому временами неосознанно испытываю страх. Особенно когда ракеты падают одна за другой, все ближе и ближе, и наступает такой момент, когда очередная должна упасть где-то в том месте, в котором ты как раз находишься. Мне не нравится этот момент ожидания, где же она взорвется, когда бесконечность растягивается... Тем не менее, в течение этих 26 дней обстрелов в бомбоубежище я был только один раз, чтоб посмотреть, как они выглядят изнутри и понять, как люди проводят в них время. Моя жизнь в руках Бога, и упование на Него – самая лучшая защита.

– Что думают жители Севера о конфликте? Что происходит? Господствует страх, отчаяние или наоборот люди стараются помочь друг другу.

– Война пробуждает в людях различные чувства. Некоторые становятся более человечными, готовы придти на помощь, приносят друг другу продукты, помогают слабым и т.п. Есть очень много добровольцев в больницах. Есть и такие, кто думает только о себе. Таким негативным примером была шокировавшая меня реакция дочки не-христианки к своей старой матери. Во время тревоги она отправлялась в убежище, совершенно не заботясь о ней, а после отбоя возвращалась обратно и как будто бы ничего не произошло продолжала разговор.

Мне лично понравилось поведение наших христиан, через их поступки, видна победа Иисуса на смертью.

Беседовал Михаил Фатеев