С виду обычный учебник. Но в предисловии сказано, что он выпущен по благословению патриарха Алексия II, а главная его особенность – "православное отношение к предмету". "Власть" попросила почитать этот учебник школьного учителя, зоолога Андрея Бабицкого, чтобы выяснить, как школьная биология прошла эволюционный путь до креационизма.
Хотя в предисловии и сказано, что "наряду с общепринятым материалом излагается православный анализ рассматриваемых вопросов", учебник в большой своей части не отличается от светских аналогов. Православный анализ не затрагивает разделы, посвященные цитологии, размножению и развитию, генетике и экологии. На первый взгляд даже может показаться, что отличие от обычного учебника лишь в многочисленных упоминаниях "Творца". Значительно переработан лишь раздел "Происхождение жизни". Начинается он довольно безапелляционно: "Созданные Творцом формы организмов удивительным образом приспособлены к различным климатическим условиям и к питанию самой разнообразной пищей". После чего следует сто страниц односторонней полемики с Дарвином и дарвинистами. В раздел входит очень краткое описание теории эволюции и пространные аргументы против нее. Полемические приемы автора учебника – Сергея Вертьянова – достойны подробного рассмотрения.
Первый и основной прием автора сводится к утверждению: "Далеко не все биологи (известные биологи) разделяли мнение Дарвина". В доказательство Вертьянов приводит цитаты ученых, в разной степени противоречащие дарвинизму ил и играющие на руку креационистам, то есть тем, кто верит, что все живые организмы на Земле были созданы творцом. Например, в учебнике приведена цитата из Френсиса Крика, нобелевского лауреата и соавтора открытия структуры ДНК: "Нет никакой вероятности самопроизвольного возникновения жизни из химических элементов на Земле". Это позволяет автору заключить, что "чудесные свойства ДНК побуждают нас задуматься о Творце". Подавляющее большинство школьников, изучающих биологию по учебнику Вертьянова, никогда не удосужатся прочесть Крика в оригинале ("Life Itself" ("Жизнь как она есть"), 1981) и, возможно, никогда не узнают, что он не верил в божественное творение. Приведенная цитата безбожно вырвана из контекста: невозможность самопроизвольного возникновения жизни на Земле свидетельствует, по мнению Крика, не о божественном творении, а о том, что жизнь возникла за пределами Земли и была принесена сюда разумными организмами. Впрочем, если бы взгляды Крика были изложены в учебнике подробнее, вряд ли он получил бы патриаршее благословение.
Второй прием состоит в последовательной дискредитации данных, которые либо свидетельствуют в пользу дарвинизма, либо противоречат взглядам автора. В частности, большой раздел (11 страниц – то есть по меньшей мере два школьных урока) посвящен антропологическим находкам, предполагаемым предкам человека. Почетное место среди них занимает "пилтдаунский человек" – один из самых известных примеров подделки научных данных. У "пилтдаунского человека" был человеческий череп и челюсть, похожая на обезьянью. Он был якобы найден в 1912 году в местечке Пилтдаун антропологом Доусоном, который объявил его недостающим звеном в эволюционной цепи от обезьяны до человека. В 1953 году было доказано, что это подделка, в которой соединились череп средневекового человека, челюсть орангутана и зубы шимпанзе. Но доказали это сотрудники Британского музея – антропологи, а не богословы. И эта история, известная каждому биологу, дискредитирует антропологию не больше, чем поп-расстрига дискредитирует православную церковь.
В целом разделы учебника, посвященные теории Дарвина, призваны создать впечатление, что биологи постоянно спорят друг с другом и ни в чем не придерживаются единого мнения. Если гипотеза не может убедить всех ученых, то, по мнению Вертьянова, она несостоятельна. Но наука устроена ровно наоборот – не по принципу подтверждения гипотез, а по принципу их опровержения (фальсификации), и потому ученым свойственно сомневаться. Ученые подвергают каждую гипотезу проверке, и любая гипотеза, вошедшая в научный обиход, выдержала этих проверок несчетное количество. Теория Дарвина, конечно, тоже может быть опровергнута. При некоторых обстоятельствах биологи могут от нее отказаться. Например, эволюционная биология предполагает, что общий предок человека и шимпанзе жил значительно позже, чем общий предок человека и лошади. Но это предположение, которое можно проверить и даже опровергнуть. Если пале онтологи найдут череп человекообразной обезьяны возрастом 500 млн лет, биологам придется полностью пересматривать свои представления о происхождении человека вплоть до того, что, возможно, многие из них "с неизбежностью задумаются о Творце" (тут, кстати, стоит отметить, что автор Вертьянов считает несостоятельными современные методы датировок ископаемых вообще и, соответственно, останков человеческих предков в частности).
Но любая попытка подойти к идее божественного творения с той строгостью, с какой ученые проверяют собственные гипотезы, не оставит от нее камня на камне. Чтобы всерьез рассматривать креационизм (по крайней мере в его экстремальной вертьяновской форме, трактующей Книгу Бытия буквально) как научную гипотезу, придется переписать все школьные учебники, а не только "Общую биологию". Учебник физики утверждает, что Вселенной несколько миллиардов лет, учебник истории – что уже восемь тысяч лет назад на Земле было больше людей, чем Адам, Ева и даже их дети, вместе взятые, а учебник химии содержит модель строения атома, наводящую на мысль о правомочности радиоуглеродных датировок.
Наука – это не только набор знаний, накопленных человечеством, это еще и метод познания. Если этот метод верен, то в школьном учебнике надо цитировать Дарвина, а не Книгу Бытия. Оксфордский зоолог Ричард Докинз как-то сказал ^(Покажите мне человека, который не верит в науку на высоте 30 000 футов над землей, и я покажу вам лицемера. Единственная причина, по которой ваш самолет не врезается в землю, – это то, что куча инженеров, получивших научное образование, не ошиблись в расчетах". Если мы хотим, чтобы нынешние школьники через десять лет могли строить самолеты, – давайте преподавать в школах науку.
Эволюциониста Джона Холдена однажды спросили, что он как биолог может сказать о творце. Тот ответил, что, если творец существует, ему свойственна "необычайная любовь к жукам". Жуки – это самая многочисленная группа живых организмов на Земле, и с точки зрения биолога ответ Холдена оправдан. Но цитировать его в богословском трактате неуместно. Так же неуместно, как устраивать дебаты между креационизмом и теорией естественного отбора на страницах школьного учебника. Независимо от того, кто окажется прав.
11.09.2006
Источник: Коммерсантъ-Власть
