Возвращение императрицы

В конце сентября в России пройдет церемония, которой страна не знала уже 112 лет. Императорские похороны. Предпоследняя русская царица возвращается к своему мужу, императору Александру Третьему. День в день, спустя ровно 140 лет после прибытия принцессы Дагмары в Россию, она вернется в Санкт-Петербург. Русская императорская усыпальница в Петропавловском соборе обретет последнее недостающее звено. Круг замкнется – православная монархия окончательно уйдет в историю. Или...

Предстоящее перенесение останков Марии Федоровны уже вызвало множество недоуменных вопросов. И возгласы вроде "а зачем вообще это нужно – тревожить прах?" еще не самые удивительные. В музее смерти на копенгагенском кладбище один научный работник спросил меня о том, не хочет ли этим перезахоронением Путин представить дело так, будто Октябрьской революции вообще не было. Простая мысль, что для этого логичнее похоронить Ленина, а не перевозить тело императрицы, как-то не пришла ему в голову. Хотя на самом деле мы не можем похоронить Ленина – не потому, что правильно держать усопших в мавзолее, а потому, что это как раз тот случай, когда лучше оставить решение вопроса потомкам. А вот вернуть Марию Федоровну Россия может – потому что хотя она родилась и умерла в Дании, для маленького королевства она всего лишь принцесса Дагмара, а для нас – мать святого царя-мученика и супруга одного из величайших императоров. Так что это наша история, ее нужно не переписывать, а лишь знать и уважать. А насчет политического аспекта... Ну конечно, он есть – и слава богу. Не потому даже, что так хотят наши власти, а потому, что императорские похороны дают повод задуматься о прошлом. И как следствие – о будущем, о выборе пути...

ДАГМАРИЯ

Жили-были три сестры, их отец был небогатым европейским герцогом, а потом вдруг стал королем. Потом они очень удачно вышли замуж и разъехались по белу свету. Они дожили до глубокой старости, но прожили совсем разные жизни. Самая трагическая выпала на долю средней сестры...

Это не начало сказки Андерсена, хотя он лично хорошо знал этих сестер, а история жизни трех датчанок. Среднюю звали Дагмарой, и она стала русской императрицей Марией Федоровной.

Путь Дагмары в Россию был трагическим – жених Николай, старший сын Александра Второго, внезапно умер и, по семейной легенде, на смертном одре соединил руки своей невесты и брата. Так Дагмара стала женой Александра – будущего царя Александра Третьего.

Мария Федоровна с женихом великим князем Александром Александровичем

Они были совсем разными – маленькая Мария Федоровна, смотревшаяся еще миниатюрнее на фоне своего огромного супруга, обожала светские увеселения, а он терпеть не мог балы и однажды, "намекая" задержавшимся гостям, просто выключил свет во время приема. И все же они прожили в браке почти три десятилетия, счастливее многих коронованных особ (чего стоит хотя бы то, что муж Марии Федоровне не изменял). Рано овдовев, она осталась с тремя сыновьями и двумя дочерьми. Но став из просто императрицы вдовствующей императрицей, Мария Федоровна не изменила своих привычек. Старший сын Николай очень почитал матушку, а невестка Александра Федоровна держала себя скромно и тихо, так что первые годы правления Николая Мария Федоровна с ее сильным характером имела чуть ли не большее влияние, чем при жизни мужа. А потом... Потом Ники стал чувствовать себя увереннее, Александра Федоровна тоже, а потом была японская война, революция, внутренний раскол в большой романовской семье, еще одна война и еще одна революция. Мария Федоровна, в отличие от многих Романовых, не была в оппозиции к Николаю – но многое ей не нравилось, многого она не понимала и не принимала. Но после отречения сына мать, не раздумывая, поехала к нему в Псков – и там состоялось их последнее свидание. Весной 1917 г. шли переговоры о возможном выезде Николая с семьей за границу – и Мария Федоровна знала, что английский король Георг, ее племянник, отозвал свое приглашение бывшему русскому императору.

Мария Федоровна перебралась в Киев, потом в Крым. Там она узнала об убийстве царской семьи, но не хотела в это поверить. В Крыму они сами были на волосок от гибели – в имении Ай-Тодор они попали в руки большевиков, и только распри между разными городскими Советами спасли их. Потом пришли немцы, а вскоре и бывшие союзники. В апреле 1919-го ее старшая сестра Александра, вдовствующая королева английская, прислала в Крым крейсер "Мальборо" – и Мария Федоровна покинула Россию, оставив позади 53 года своей жизни. И могилы своего мужа, детей и внуков. К этому моменту в живых остались лишь дочери Ксения и Ольга. Ксения была с ней на борту крейсера, а Ольга спустя несколько месяцев присоединилась к матери. Впереди у Марии Федоровны была родина – Дания, где правил ее племянник Кристиан.

Дания приняла Дагмару не слишком ласково. Нет, конечно, она поселилась в одном из крыльев королевского дворца Амалиенборг, и у нее еще были некоторые средства... Но скоро, в ходе банковского кризиса, она потеряла почти все деньги, и король стал напоминать: "Тетушка, надо гасить свет, счета слишком большие". Она поехала к другому племяннику, английскому королю. Он назначил ей пенсион, и она смогла вернуться в Данию со своими деньгами. Оставив королевский дворец, Мария Федоровна перебралась в пригород, на виллу Видере. Этот дом еще до войны они купили на пару с сестрой Александрой, чтобы было где останавливаться, приезжая в гости к родным в Данию. Теперь Видере суждено было стать ее последним домом.

Императрица всегда любила старшую дочь Ксению и холодно относилась к младшей, порфирородной Ольге. При этом Ольга, любимица отца, была самым нетипичным ребенком в романовской семье. Мечтательница, художница, сестра милосердия в годы войны. Ее насильно выдали замуж за принца Петра Ольденбургского – человека, как сейчас бы сказали, нетрадиционной ориентации. И лишь после пятнадцати лет формального брака она смогла выйти замуж за того, кого давно любила, – полковника Куликовского. В конце жизни мать очень привязалась к безотказной Ольге, фактически не отпускала ее от себя – и при этом так и не признала ее второго, неравного брака. Она вообще уже жила в своем мире – мире воспоминаний. В последние годы императрица очень беспокоилась о ларце с драгоценностями: ей все казалось, что его могут украсть. Как ни просили дочери разделить его содержимое между ними или отдать куда-нибудь на хранение, Мария Федоровна не соглашалась. Она надеялась, что сокровища позволят ее дочкам ни в чем не нуждаться – ведь сама она знала, что такое бедная аристократия, еще по своему детству. Пока ее отец не стал датским королем, они жили очень небогато, да и перебравшись в королевский дворец, отец не утратил своих привычек – так, он отказался от поездки на свадьбу дочери, чтобы не выглядеть бедным родственником.

13 октября 1928 г. императрица умерла. Похоронили Дагмару в склепе кафедрального собора Роскильде – усыпальнице датских королей. Саркофаг для гроба практичные датчане взяли у ее брата, короля Фредерика. Именно поэтому Мария Федоровна сейчас лежит в саркофаге с мальтийским крестом – так обозначается принадлежность к датскому масонству. В Россию, кстати, этот саркофаг не поедет – датчане оставят его себе. Не на память – для дальнейшего использования.

А шкатулку с драгоценностями увез бывший министр финансов России Барг – теперь он работал на английскую королевскую семью. Дочерям Марии Федоровны потом заплатили 100 тысяч фунтов на двоих – при том, что оценочная стоимость была в несколько раз выше. Так что королевский английский пенсион они вернули сторицей.

ЗАВЕЩАНИЕ

Никакого завещания о намерении лежать в русской земле Мария Федоровна не оставила. Хотя есть несколько свидетельств близких ей людей о том, что она говорила о своем желании быть похороненной в России – потом, после большевиков. Впервые о перезахоронении императрицы заговорили еще в середине 90-х в Питере. В полный голос о необходимости возвращения Марии Федоровны стали говорить после 1998-го, когда в Петропавловский собор были перенесены останки Николая Второго и царской семьи. Но по-настоящему работа пошла уже в этом веке. В 2001 г. князь Николай Романович, один из старейших представителей романовского дома, направил письмо Владимиру Путину с просьбой поддержать идею перезахоронения. К делу подключились российские власти, начались переговоры с датской королевской фамилией. В августе 2002-го Путин написал королеве Маргрете письмо, в котором предложил провести перезахоронение. Еще до получения положительного ответа стали поговаривать о том, что церемония запланирована чуть ли не на сентябрь 2002 г. Поторопились – пришлось переносить, причем не на 2003-й, когда праздновалось 300-летие Санкт-Петербурга, а на 2004-й. Но и в октябре 2004-го ничего не получилось.

Что мешало? Разные обстоятельства – от протокольных и семейных до политических. В эти годы Дания мелькала в российских новостях как место пребывания Ахмеда Закаева, министра масхадовского правительства. Москва требовала выдачи чеченского сепаратиста, Дания отказывала. Дошло до того, что из-за намеченного в Копенгагене чеченского конгресса пришлось отменить визит Путина – так датское королевство и остается чуть ли не последней страной "старой" Европы, не дождавшейся российского президента. А семейный аспект тоже непростой – вдова внука Марии Федоровны, Ольга Николаевна Куликовская-Романова, неоднократно заявляла, что она против перезахоронения императрицы и что ее хотят перевезти "как музейный экспонат". Первое время осторожничали и датские власти, но потом была достигнута личная договоренность между Владимиром Путиным и королевой Маргрете Второй и стала известна позиция королевского дома Дании: перезахоронение это – семейное дело Романовых и России. Но оставались возражения у Русской православной церкви за границей – их отчасти снял тот же Владимир Путин, инициировавший процесс воссоединения Русской православной церкви.

Все препятствия к перезахоронению были сняты – и в октябре 2004 г. Владимир Путин подписал распоряжение "О Межведомственной рабочей группе по организации церемонии переноса из Королевства Дания и захоронения в Петропавловском соборе г. Санкт-Петербурга праха вдовствующей императрицы Марии Федоровны – супруги императора Александра Третьего". Тогда же было решено, что Мария Федоровна вернется в Россию осенью 2006-го. Так и произойдет – 26 сентября датский военный корабль "Эсберн Снаре" войдет в Кронштадт.

Будет ли на перезахоронении президент Путин? Пока что власти неофициально говорят, что уровень будет не ниже премьерского. Наверное, учитывая и то, что в Петербург приедет патриарх, президент все-таки решится принять участие в церемонии. Для него это будет не только проявлением уважения к российской истории, но и еще одним хорошим поводом задуматься о том, о чем он и так все время размышляет. О преемственности. Преемственности истории, власти, России. Ведь и от Путина лично зависит, станет ли церемония перенесения праха похоронами монархии или шагом к ее возвращению.

РУССКАЯ ДАНИЯ

Кроме чисто политического и исторического аспектов, перезахоронение императрицы Марии Федоровны имеет и очень важное человеческое измерение. Похороны "матушки" стали для многих русских датчан поводом почувствовать свою связь с Россией. Копенгагенские русские женщины, а наша колония в Дании в основном представлена русскими женами, – это отдельная история. В основном это прихожанки русского храма святого Александра Невского. Из актива церковного прихода они постепенно стали чуть ли не общественными деятельницами – на своей, российско-датской теме.

Собор Александра Невского сам по себе – история как русско-датских связей, так и судьбы императрицы Марии Федоровны. Храм был заложен в один из ее приездов в Данию вместе с Александром Третьим. Это были годы, когда ее отец, "тесть всей Европы", принимал у себя многочисленных родственников, когда Европа проживала свою очередную, недолгую мирную передышку. Собор получился небольшим, необычным, но очень уютным. В 1924-м, когда Мария Федоровна уже жила не в королевском дворце, что буквально за углом от собора, а в пригороде Копенгагена, датские власти решили наладить контакты с СССР. В принципе для торговой нации ничего особо предосудительного в этом нет – если не брать в расчет то, что свергнутый русский царь был двоюродным братом тогдашнего датского короля, да и Мария Федоровна еще была жива-здорова. Ну а коль дружить с Советами, то уж храм-то безбожникам можно, наверное, не отдавать? Нет, отдали и храм. Более полугода собор был клубом. Потом все-таки Мария Федоровна подключила остатки своего влияния и юристов – и храм вернули приходу. Все последующие годы он принадлежал РПЦЗ и сейчас, на пороге воссоединения русской церкви, снова становится наглядным примером того, как трудно сходятся белая эмиграция и Россия. В Копенгагене есть приход РПЦ, но для своих служб они арендуют помещение на стороне – договориться о совместной жизни в соборе не получилось. Но вот на прощальной службе над гробом императрицы в склепе собора в Роскильде хор будет уже совместным – певчие храма Александра Невского и из Москвы.

Давно уже живущая в Копенгагене Ирина Демидова знает про русскую Данию, наверное, почти все, а главное, делает столько, сколько порой целому фонду не под силу. Хотя она и есть фонд – вместе с подругами по церковной общине они организовали "Культурное общество имени Ее Императорского Величества государыни Марии Федоровны". Если коротко – "Дагмария", по двум именам, датскому и русскому, императрицы. Но главное даже не выставки, переводы, архивная работа или издание книг, которое устраивает "Дагмария". Главное – это их забота о русских могилах. Не только Марии Федоровны или ее близких, но и русских, похороненных на копенгагенском кладбище Ассистенс. Заброшенный участок, поваленные кресты – они пытаются все это поправить, при том, что дамы наши совсем не богатые.

Своим энтузиазмом Демидова способна заразить любого. Так, написать список с иконы Божьей Матери Иерусалимской (одной из чтимых икон храма святого Александра Невского) взялась датская художница Бирта Нильсен. Бывшая школьная администраторша уже имела опыт иконописи, но после того, как она закончила работу (за время которой она несколько раз съездила в Россию), уже не смогла взять за нее деньги...

Торжественный церемониал

Место для императрицы – справа

22 сентября в 18.00 в склепе собора в Роскильде будет проведена церемония по православному обряду. После отпевания гроб будет покрыт российским императорским штандартом и останется в склепе на ночь.

Официальная церемония перезахоронения начнется с поминального богослужения в кафедральном соборе Роскильде в 11.30 23 сентября, на котором будут присутствовать королева Дании Маргрете II, представители датского правительства и парламента, представители российского правительства (во главе с министром культуры Александром Соколовым) и г. Санкт-Петербурга, члены семьи Романовых и представители Русской православной церкви.

По окончании богослужения гроб будет доставлен в Копенгаген. Процессия сделает 5-минутную остановку перед церковью св. Александра Невского на улице Бредгаде. Здесь состоится короткая церемония благословения, которую будет вести архиепископ Марк. Далее от замка Кристиансборг гроб с прахом императрицы в сопровождении гвардейского полка доставляется на причал Лангелиние.

Здесь гроб будет перенесен на датский военный корабль "Эсберн Снаре", который войдет в российские территориальные воды 26 сентября. В 9.00 "Эсберн Снаре" пришвартуется в порту Кронштадта, где гроб перенесут на российский военный катер, который доставит его в Петергоф.

При прибытии в Петергоф датское военное судно встречает официальная делегация во главе с губернатором Санкт-Петербурга Валентиной Матвиенко. Датско-российский почетный караул выносит гроб с корабля и устанавливает его на специальном постаменте. Гроб на автокатафалке доставляется в церковь св. Александра Невского в Александрии (Петергоф).

26 и 27 сентября к гробу с прахом императрицы будет открыт доступ для посетителей.

28 сентября кортеж проследует по маршруту Царское Село – Исаакиевский собор.

В полдень Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II совершает в Исаакиевском соборе заупокойную панихиду. По завершении богослужения почетный караул переносит гроб в автокатафалк. Кортеж следует к Петропавловской крепости. В Петропавловском соборе Патриарх Московский и всея Руси Алексий II совершает чин предания праха императрицы Марии Федоровны земле.

На церемонии в Санкт-Петербурге датский королевский дом будут представлять кронпринц Фредерик и его супруга, кронпринцесса Мэри.

КНЯЗЬ ДМИТРИЙ РОМАНОВИЧ: ЖЕНА ДОЛЖНА БЫТЬ РЯДОМ С МУЖЕМ

80-летний князь Дмитрий Романович Романов прожил в Дании большую часть своей жизни. Но его жизнь – лишь часть жизни его рода, связанного с Россией теснее любой другой русской фамилии. Праправнук Николая Первого, правнук великого князя Николая Николаевича, командующего русской армией в Балканскую войну и сын вынужденного уехать Романа Петровича. Сам Дмитрий Романович впервые увидел Россию в 65 лет. Он родился во Франции и перед тем, как поселиться в Дании, часто переезжал – в результате пережил крушение двух монархий, итальянской и египетской. Долгие годы он работал в датском банке, но мне кажется, что главной его жизнью все равно оставалась жизнь семейная – той семьи европейских монархов, к которой он принадлежит. Дмитрий Романович приходится кровным родственником итальянским, черногорским, болгарским, греческим королевским домам. Ну а обычное родство у него и с английской королевской семьей, и, естественно, с датской. Императрице Марии Федоровне Дмитрий Романович приходится внучатым племянником (она – жена брата его деда), и таким образом он практически дядя нынешней датской королеве Маргрете Второй (она правнучка родного брата Дагмары). С королевой они встречаются несколько раз в год не только на приемах – иногда Маргрете просто приезжает в небольшой загородный дом князя.

Падение коммунизма открыло Романову Россию – и изменило его жизнь. То, что он знал по рассказам, по книгам, и то, что он мог лишь воображать, и то, о чем он даже не догадывался, – он смог увидеть. Князь приезжает в Москву и Кострому (в Ипатьевском монастыре он венчался со своею второй женой, датчанкой, принявшей православие), посещает больницы и приюты – и видит людей простых и не очень. Своих, русских. Вместе со своим старшим братом Николаем князь организовал фонд "Романовы для России" – собирает деньги, на которые закупают помощь для российских больниц и детских домов. Политику не любит...

– Перезахоронение Марии Федоровны, конечно, важно и для истории, и для религии, и для политики. Но самое важное то, что жена должна быть похоронена рядом с мужем. Кроме того, важно, чтобы Мария Федоровна была именно погребена в земле, – ведь сейчас она лежит в катафалке, то есть над землей. Так что Марии Федоровне нужно быть рядом со своим мужем. И недалеко от сына. Некоторые не верят в то, что в 1998 году похоронили царскую семью. Для меня абсолютно логично, что это Николай Второй. Тогда для экспертизы брали кровь и у меня, и у моего кузена в Лондоне. И я полетел в Екатеринбург забирать останки царской семьи – единственный из семьи Романовых. Для меня это был один из самых трудных моментов моей жизни. А теперь я поплыву на корабле из Копенгагена, сопровождая гроб с телом императрицы.

ДМИТРИЙ РЮРИКОВ: МЫ ВОССТАНАВЛИВАЕМ ИСТОРИЧЕСКУЮ СПРАВЕДЛИВОСТЬ

Российский посол в Дании Дмитрий Рюриков занимается подготовкой к перезахоронению императрицы Марии Федоровна все три года своей работы в Копенгагене. Предстоящая церемония для него стала уже не только служебным делом, но и личным интересом – Рюриков прочел все, что смог найти про Марию Федоровну. Стал ли он монархистом? Нет, но все-таки фамилия обязывает...

– Занимаясь подготовкой к перезахоронению, изучая жизнь императрицы Марии Федоровны и императора Александра Третьего, я, говоря словами одного историка, невольно попал под обаяние этих людей.

На мой взгляд, само перенесение останков императрицы является очень важным символом того, что мы восстанавливаем историческую справедливость, восстанавливаем прерванную связь времен, изучаем правдивую историю, отвергаем ложь, которая существовала в отношении царской семьи. И возвращаем все на свои места. Никакой идеализации этого периода и этих правителей в России нет, но от лжи надо отказываться. К сожалению, до сих пор даже в некоторых школьных учебниках встречается ложь про императора Александра.

Если говорить о политическом расчете в перезахоронении, то это благой расчет. Это желание представить народу России времена, когда во главе России встал мощный правитель – Александр Третий, при котором и страна была мощна, быстро развивалась, росло благосостояние, укреплялись народный дух и мораль, страна жила в мире и уважении. Это хорошая политика – вспомнить о таком времени и извлечь какие-то уроки для сегодняшнего дня.

11.09.2006