Тайная миссия ислама

Небоскребы-близнецы были символом западной цивилизации, желающей распространиться на весь мир. "Воины" исламской цивилизации уничтожили этот символ, желая сбить спесь с нового Вавилона.

ОДНИХ лишь хитрости, терпения и даже огромных денег не хватило бы, чтобы устроить акцию 11 сентября и серию менее масштабных терактов в разных странах. Тут нужны люди, добровольно идущие на смерть. И таких добровольцев у мусульман хоть отбавляй, чему способствует сама их религия.

Брат двух сестер

ПО ОПРЕДЕЛЕНИЮ А. Тойнби, западно-христианская (католическая) и восточно-христианская (православная) цивилизации – родные сестры. Исходя из этого, ислам следует назвать их двоюродным братом, ибо у него с ними общий "дедушка" – Ветхий Завет. Матерью же, породившей сестер, является Новозаветное Откровение.

Это уникальная, подлинная религия любви. Только в ней любовь существует изначально, прежде создания мира, связывая Отца, Сына и Святого Духа. Вспомним слова Иоанна Богослова: "Бог есть любовь". Новое учение, центральным пунктом которого стала идея о Боге, как о единосущной Троице, было окончательно сформулировано Вселенскими соборами к концу V века. А всего через сто с лишним лет, в начале VII века, появился ислам.

Религия, провозглашенная Мухаммедом, – это возвращение к строгому единобожию древних израильтян, разумеется, видоизмененному и приспособленному к менталитету арабов. Пророк, по-видимому, был знаком и с Евангелием, так как наверняка расспрашивал о нем местных христиан, но отверг его по той причине, что оно содержит такую сложную идею, как троичность единого Бога. Невозможно объяснить это без обращения к тонким философским категориям. Учителей христианской Церкви IV-V веков это не смущало – все они были образованными греками, воспитанными на Пармениде и Платоне. Но как было доказать жителям Аравийского полуострова, простым пастухам и торговцам, что истинный Бог, несмотря на наличие в нем трех лиц, все-таки один?

В исламе все проще и понятнее. Бог только один, в нем нет никаких лиц, рядом с ним нет других богов. "Нет бога, кроме Аллаха, и Мухаммед пророк его" – вот формула, которую можно считать аналогом христианского Символа веры. Величественный образ властелина всего бытия, которого надо слушаться, и тогда все будет хорошо и в здешней жизни, и в будущей, вызывает в человеческой душе восторг и горячее желание служить такому владыке. Строгое единобожие в практическом отношении представляет огромную силу, ибо делает человека строгим к самому себе, твердым в своих нравственных принципах. Эта сила позволила древним евреям выйти из египетской неволи, победить всех врагов и утвердиться на обетованной земле. Эта же сила помогает мусульманам более тысячи лет держаться горячей веры, и благодаря этой вере они и являются главным оплотом противостояния современной вавилонской блуднице. В этом, вероятно, и заключается историческая миссия ислама. Однако в строгом единобожии любовь теряет свой божественный статус, ибо одинокому Богу на своем уровне любить некого.

Господь предвидел, что христианские народы Европы увлекутся устроением мирской жизни и через это потеряют веру, а с ней и любовь. И создал запасной вариант: строгое единобожие, где нет любви, но сохраняется вера. На вопрос Евангелия: "Сын Человеческий найдет ли веру на земле?" – мы можем уверенно ответить: найдет – у мусульман. Сегодня они являются самыми верующими, если не единственно верующими людьми на земле. И доказывают это: без колебаний отдают свои жизни, сопротивляясь бешеному напору безбожной западной цивилизации. Внешне они напоминают христианских мучеников первых веков, но посмотрите, какая между ними огромная разница! Те никого не убивали, только принимали смерть за веру в Христа. А эти убивают во имя Аллаха неповинных людей. У тех помимо веры была любовь, а у этих есть только вера, а любви нет...

11 сентября – только начало

КОНЕЧНО, люди, добровольно идущие на смерть, непобедимы – чем можно их запугать?

Страшно, что в 3-м тысячелетии, которое началось не 1 января, а 11 сентября 2001 г., мы становимся свидетелями бессмысленной войны. Одни обладали когда-то сокровищем истинной веры, но сочли его тяжким бременем, добровольно от него отказались и теперь пытаются все человечество сделать таким же безбожным и развращенным, как они сами. Другие, уверовав в сурового одинокого Бога, пытаются от его имени поставить предел экспансии неверия. И эта война неумолимо втягивает в себя все новые и новые народы, в том числе и русский народ.

Нам предстоит жить такой жизнью, какой мы никогда не жили и какой, казалось бы, жить нельзя. Нельзя же при каждом подозрительном звуке в салоне сажать самолет на запасной аэродром. Нельзя же каждого участника массовых празднеств пропускать через металлоискатель. Так что же нам делать?

Терпеть и не сдаваться. Оставаться самими собой, понимая, что мы единственные на земле остались хранителями истины в ее полноте, которая сегодня никому не нужна, но может понадобиться завтра. И, когда придет время, мы поделимся ею с другими, в первую очередь с нашими двоюродными братьями мусульманами, растопив их суровые сердца завещанной нам Христом любовью.

ОТ РЕДАКЦИИ

Возможно, кто-то из наших читателей не во всем согласится с автором. Это объяснимо: в такой деликатной сфере, как взаимоотношения народов и религий, нет и не может быть "окончательных ответов". Мы ждем ваших откликов.

13.09.2006