Одни радуются ему и помогают. Другие с любопытством приглядываются. Есть и такие, кто откровенно завидует. Как, мол, так получилось: взял пять лет назад московский Сретенский монастырь под свою опеку земли пяти умирающих деревень в рязанской глубинке, создал кооператив... Дескать, что-то в этом не так, не бывает все так просто. А может быть, именно так и бывает? "Нужно было крестьянина спасать, вот и протянул Господь руку", – объяснил мне один из тамошних мужиков.
Назревал бабий бунт
– Докатились мы до ручки, – вспоминает исполнительный директор кооператива "Воскресение" Надежда Жилина. – Я то время хорошо помню, сама главным агрономом была. От былой роскоши осталось у нас 250 тощих коров. Кормов нет. Решили – забьем, а за проданное мясо рублей по сто-двести людям раздадим. О зарплатах они вообще забыли. Мужики без дела шатаются, пить по-черному начали. В некоторых семьях даже хлеба не стало. Назревал бабий бунт. А тут в нескольких километрах от нас, в селе Красное, на бывшей барской усадьбе организовался скит московского Сретенского монастыря. Не помню, кто тогда предложил первым, но, в общем, решили мы проситься всем хозяйством под монастырь. Поехали в район к главе, просили, чтобы он о нас с монахами поговорил. Встретились они с архимандритом Тихоном, наместником монастыря, и уж не знаю, как договорились, но с тех пор и началось воскресение нашей жизни...
Такое у него послушание
Отец Ермоген (в миру Валерий Иванович Дорофеев) исполняет роль председателя хозяйства. Такое у него послушание. Через несколько минут ты забываешь, что перед тобой сидит человек в рясе. Монах говорит, как продвинутый управляющий компанией или доцент по экономике. "Первым делом купили силос для тех тощих коров, выходили, не дали умереть с голоду. Потом технику приобрели, хлеб стали сажать. Сейчас у нас и новые трактора мощные импортные, дойка шведская, – рассказывает он. – Одной только пашни более трех с половиной тысяч гектаров. Несколько коровников, около тысячи голов крупного рогатого скота. Надои – одни из самых высоких в районе, по полтора ведра от коровы в день".
Земля в кооперативе, по сути, так и принадлежит местным крестьянам (они вошли в него со своими земельными паями). Хозяйство стало одним из самых крупных районных налогоплательщиков, так что местным властям от него польза большая.
– Мы не власти помогаем, а людям, – поправляет меня отец Ермоген. – Кроме Божьей, другой власти нет.
– А как же начальники?
– У руководителей земная власть – это в первую очередь их обязанности и их ответственность. У каждого из нас есть свой долг перед людьми и обязательно должна быть совесть...
"А почему раньше все было не так?" – спрашиваю напоследок у механизатора Василия. "Веры, наверное, в себя, в свои силы не хватало. Да и плеча такого мы никогда не имели... А теперь такая обитель с нами и молятся за нас".
20.09.2006
Источник: Аргументы и факты
