Еще не поздно перестать потакать кровожадным, нетерпимым фанатикам

В четверг западные СМИ пишут о начавшейся в Берлине исламской конференции и о запрете в столице Германии оперы Моцарта "Идоменей", которая может оскорбить чувства мусульман. Газеты размышляют о том, насколько политкорректность сужает рамки свободы, и призывают не потакать религиозным фанатикам, которые требуют для себя привилегий и терпимости, отказывая в этом всем остальным.

Neue Zurcher Zeitung пишет о том, что в берлинском оперном театре Deutsche Oper из репертуара была исключена одна из постановок – зрители теперь не смогут увидеть оперу Моцарта "Идоменей", рассказывающую о силе богов и человеческой любви.

Такое решение приняла Кирстен Хармс, директор оперного театра. Поводом послужили опасения, что некоторые эпизоды инсценировки могут задеть чувства мусульман, а также спровоцировать акции возмездия террористов. Режиссер Ханс Нойенфельс впервые поставил эту оперу в 2003 году. Предполагаемым камнем преткновения стал режиссерский ход в эпилоге: по замыслу постановщика, Идоменей, царь Крита, выносит на сцену отрубленные головы Иисуса, Будды и Мухаммеда. По мнению Кирстен Хармс, эта сцена представляет собой "риск безопасности с непредсказуемыми последствиями", пишет издание.

Это заявление директора Deutsche Oper взбудоражило общественность в Германии. Деятели искусства, интеллигенция, а также политики расценили решение Кирстен Хармс как унизительное и характеризуют его даже как сумасшествие. И они правы. Поскольку в данном случае нет ничего важнее, чем свобода искусства. Будучи зрителем драматических или оперных театров, можно удивляться когда зловещим, когда безрассудным, а когда и вовсе безвкусным фантазиям из кладовых режиссерских замыслов, но при этом сцена – если, конечно, происходящее на ней напрямую не нарушает законов правового государства – не должна превращаться в место для решения политических вопросов. Она подчиняется собственным правилам игры, а ее взгляд на реальность не тождественен самой реальности. Это различие является основой не только в отношении эстетических категорий – оно принципиально важно для самоидентификации в современном просвещенном обществе, пишет автор статьи.

The Wall Street Journal указывает, что только одна вещь может быть неприятнее, чем высидеть от начала до конца оперу Моцарта "Идоменей" (1781 год) в постановке Ганса Нойенфельса, и эта вещь – узнать, что берлинский оперный театр Deutsche Oper, опасаясь возможной угрозы безопасности со стороны разгневанных мусульман, решил исключить ее из репертуара.

Газета называет оперу отвратительной и беспричинно оскорбительной. В ней больше Нойенфельса, чем Моцарта. Моцарту можно посочувствовать. Нойенфельс – один из тех режиссеров, которым куда интереснее культивировать собственные отклонения, чем постараться передать замыслы гениев, чьи работы им доверены.

Опера наверняка обидит тех мусульман, которые только и ждут, на что бы обидеться. Год назад мы видели, что случилось, когда злополучная датская газета напечатала ряд карикатур на Мухаммеда. Распаленные приверженцы этой мирной религии пошли жечь датские посольства и устроили бойкот датским товарам, чтобы нанести урон экономике страны, пишет газета.

Несомненно, руководство Deutsche Oper припомнило и происшествие этого сентября, когда Папа Бенедикт в ходе лекции, прочитанной в Германии на тему веры и разума, имел неосторожность процитировать императора XIV века, едко высказавшегося о наследии Мухаммеда. К настоящему моменту слова понтифика привели к нападениям на шесть церквей как минимум, а также к убийству монахини и ее охранника в Сомали, не считая бесчисленных яростных акций протеста и призывов уничтожить Папу.

Мэр Берлина Клаус Воверайт правильно высказался о решении Deutsche Oper отменить "Идоменея" в постановке Нойенфельса. Признавая обоснованность опасений насчет безопасности, Воверайт, тем не менее, утверждает: "Наши идеалы открытости, терпимости и свободы должны воплощаться в жизнь в наступательной манере. Тем, кто воюет против наших ценностей, добровольные самоограничения заранее дают понять, что мы не станем на их защиту".

Пожалуй, это верно. Сегодня Моцарт. Завтра, возможно, будет Шекспир. Или Данте, который в "Божественной комедии" припас для Мухаммеда довольно жаркое местечко. Еще не поздно отказаться от привычки потакать кровожадным фанатикам, которые требуют для себя привилегий и терпимости, отказывая в этом всем остальным, пишет издание.

Le Temps в статье "Страх, оскорбление и угроза свободе" пишет о том, что потенциальных оскорблений становится все больше. Есть те, кто хочет защититься, закрыв свой мир для вторжений извне, поскольку эти вторжения кажутся им угрожающими. Есть и те, кто избегает любой критики, не желая сталкиваться с угрозами и испытывать страх.

Запреты накапливаются. К ним добавляются и те, которые касаются нашей повседневной жизни. Мы с такой готовностью миримся со всеми этими запретами, которые каждый вправе считать оправданными (и которые, возможно, таковыми являются), что даже их предугадываем. Тем самым мы незаметно сокращаем наше пространство свободы, пишет газета.

Frankfurter Allgemeine приводит слова министра внутренних дел Германии Шойбле, который назвал первое заседание Немецкой исламской конференции "по-настоящему хорошим началом". Он считает, что состоялось "активное, открытое обсуждение".

"Я не могу сказать, что оно всегда было гармоничным, – заявил Шойбле в среду в Берлине. – Но в обстановке терпимости были представлены самые разные мнения". Ислам – это "часть нашей страны, часть Европы", сказал Шойбле. Все, считает он, сошлись во мнении, что во времена терроризма нужно тщательно взвешивать каждый свой шаг. Общую ответственность за это несут все участники конференции. Речь идет об "открытом диалоге", в частности, среди мусульман Германии.