Семидневные мероприятия в Дании и России по случаю перезахоронения праха императрицы Марии Федоровны в Петропавловском соборе оставили массу вопросов, главный из которых: зачем все это понадобилось властям? Основная версия – исполнение воли императрицы – не находит документального подтверждения. Остается полагать, что помпезная церемония – звено в цепи пиар-акций, направленных на осуществление куда более масштабного политического проекта. Власти, похоже, последовательно идут к намеченной в прошлом году министром культуры цели – создать мемориал национального примирения, где со временем мог бы упокоиться и вождь мирового пролетариата.
Мечта императрицы
Когда у министра культуры России спросили о смысле перезахоронения матери Николая II в России, Александр Соколов явно поспешил с ответом: "Мы начали привыкать к естественным вещам, а естественная вещь – нахождение на Родине как при жизни, так и после смерти, естественная вещь – упокоиться человеку на Родине". Трудно предположить, что член правительства и руководитель госкомиссии не знал, что родина Марии-Софии-Фредерики-Дагмар Дания, а не Россия, но, как говорится, из песни слов не выкинешь.
Странными кажутся и заявление главного герольдмейстера страны Георгия Вилинбахова. С одной стороны, церемония носила явно императорский формат, а с другой: "Мы просто хороним женщину рядом с семьей. Все будет строго и скромно". Хочется надеяться, что после этого "скромного" ритуала другим россиянкам, обретающим упокоение рядом с их близкими, не будут в обязательном порядке присылать почетный караул из Президентского полка, барабанщики и флейтисты не станут всем подряд исполнять траурный марш согласно строевому уставу 1908 года, а в момент опускания гроба в землю не прозвучит 31 орудийный залп...
Наряду с высокопоставленными госслужащими и губернатором Санкт-Петербурга Валентиной Матвиенко в церемонии принимали участие еще две заинтересованные стороны – Русская православная церковь (РПЦ) и представители различных ветвей семьи Романовых. Настоятель Александре-Невского прихода Московского патриархата в Копенгагене игумен Феофан назвал акцию по перезахоронению праха императрицы "своего рода актом всенародного покаяния, поскольку наши предки в свое время изгнали и допустили убийство членов царской семьи. Все мы стали прямо или косвенно соучастниками этого греха". Впрочем, эта точка зрения оказалась не бесспорной. Последний аргумент организаторов мероприятия был такой: похоронить себя рядом с супругом завещала в 1920-е годы сама Мария Федоровна, и вот, по словам Вилинбахова, члены похоронной комиссии "делают то, о чем она сама мечтала". Но и эта версия, увы, оспаривается "компетентными источниками": споры насчет "мечтаний" императрицы не прекращаются внутри развесистых ветвей самой семьи Романовых.
Согласие и примирение
Ольга Николаевна Куликовская-Романова, вдова внука Александра III и племянника Николая II Тихона Николаевича Куликовского-Романова, уверяет, что ее "покойный муж Тихон Николаевич был категорически против того, чтобы беспокоить прах бабушки". Она доказывает, что в природе не существует никаких серьезных документальных свидетельств того, что императрица Мария Федоровна хотела бы найти последнее упокоение в России. Заявления же князя Николая Романовича о существовании некой "последней воли" вдовствующей императрицы она называет ложными. Как бы там ни было, "мечту императрицы" в мае 2001 года князь Николай довел до сведения Владимира Пугина и тогдашнего губернатора Санкт-Петербурга Владимира Яковлева, и делу, как говорится, дали ход.
Особенно показательна в этой истории позиция РПЦ.Как известно, Русская православная церковь не признает екатеринбургские останки, покоящиеся в Петропавловской крепости с 1998 года, как царские. А те, что явили общественности, иерархи предложили захоронить в символической могиле-памятнике, дабы не "осквернять" святое место. А хоронить члена императорской фамилии в таком месте как-то нелогично. Представители центра по расследованию обстоятельств гибели членов семьи дома Романовых и вовсе считали, что перенос сюда праха Марии Федоровны будет еще одним издевательством над венценосными мучениками. Что же произошло?
Не исключено, что согласие патриарха принять участие в торжественной церемонии перезахоронения Марии Федоровны в Петропавловский некрополь-мавзолей и, по сути, негласное признание екатеринбургских останков будут компенсированы согласием властей очистить Красную площадь от Мавзолея. И судьбы матери убиенного императора и его, по сути, палача вновь переплелись? Во всяком случае исключать того, что комиссия Соколова рассматривает процедуру с захоронением тела Марии Федоровны как своего рода подготовку похорон Ленина нельзя. Судите сами.
Мотив и в случае с Марией Федоровной, и в случае с Владимиром Ильичом один. Оба этих исторических персонажа якобы просили их похоронить в конкретных местах. В случае с Ильичом говорится о том, что будто бы он хотел упокоиться рядом с могилой матери на Валковом кладбище в Петрограде. Несмотря на официальный ответ архивистов из бывшего партархива о том, что в стране "не имеется ни одного документа Ленина или его близких и родственников относительно последней воли Ленина быть захороненным на определенном российском (московском или петербургском) кладбище", тема эта муссируется до сих пор. Причем, как и в случае с Марией Федоровной, властям, собственно, не нужны никакие факты. Вполне достаточно их вольных интерпретаций. Ничего личного. Одна сплошная забота о национальном согласии и примирении – политический слоган, кстати, введенный Борисом Ельциным именно в связи с идеей захоронения останков семьи последнего российского императора. Именем согласия и примирения наречены были целый 1997 год и революционный праздник 7 ноября. Жертва и палач тогда вновь сошлись в одной историческо-временной точке, хотя и с нулевыми последствиями.
Но в 2005 году министр культуры заговорил об идее создания мемориала национального примирения в связи с большим потоком просьб о перезахоронении выдающихся представителей белой эмиграции. В Дании Соколов признал накопившийся опыт в вопросах перезахоронения "позитивным" и обмолвился о "дальнейших инициативах". В пользу версии о желании властей закрыть наконец "ленинскую тему" свидетельствует и Никита Михалков. Год назад после торжественного перезахоронения праха Ивана Ильина и Антона Деникина на территории Донского монастыря президент Российского фонда культуры предположил: "Следующим шагом должно стать предание земле Владимира Ильича Ленина". Разумеется, Россия переживет и это. Но стоит ли наступать на грабли?
Все свои
Есть такой анекдот из разряда черного юмора. Когда Сталина похоронили у кремлевской стены, на его могиле появился венок с надписью: "Посмертно репрессированному от посмертно реабилитированных". Как показывает исторический опыт России, выяснять отношения с ушедшими в мир иной нам легче, чем с живыми людьми. Во всяком случае задолго до фильма Тенгиза Абуладзе "Покаяние" в России прекрасно знали, что делать с прахом кумиров, вышедших из политической моды. Непростая судьба постигла останки Бориса Годунова (вынесены из Архангельского собора – усыпальницы русских царей в московском Кремле) и Петра 111 (умер в 1762 году, погребен в Петропавловском соборе в 1796-м). Забальзамированный в 1953 году, Сталин был перезахоронен спустя восемь лет. Будем выносить дальше?
Существовала слабая надежда на то, что новые российские власти успокоятся по части погребального дела, но его масштаб и замыслы организаторов печальных ритуалов оказались слишком велики. В 1992 году в Санкт-Петербург прибыло тело непризнанного главы российского императорского дома государя и великого князь Владимира Кирилловича и было захоронено в Петропавловском соборе. В 1995 году туда же были перенесены останки его родителей – императора в изгнании Кирилла Владимировича и императрицы Виктории Федоровны. Затем в храме упокоились сомнительные екатеринбургские останки. И вот теперь отрабатывается идея с мемориалом национального примирения.
Еще 1 июня 2005 года в приказе мини-ара Соколова N 234 говорилось о создании межведомственной рабочей группы "в целях проведения аналитической работы по подготовке предложений по созданию на территории Донского монастыря в г. Москве Мемориала национального примирения". Идею поддержал патриарх Алексий II. Сотрудник Российского фонда культуры Елена Чавчавадзе рассказала, что мемориал "позволит поставить точку в гражданской войне и не делить соотечественников на своих и чужих".
Понятно, что на Донском кладбище вряд ли окажутся представители дома Романовых. Здание Петропавловского собора изначально рассматривалось ими как некрополь-мавзолей, где служили лишь заупокойные службы по членам императорского дома. Захотят ли родственники и сторонники Ленина поместить прах вождя в Донской монастырь, тоже известно: ни при каких условиях. Так что идея примирения и согласия на территории монастыря ограничится скорее всего упокоением эмигрантов первой волны, а Владимир Ильич какое-то время останется на старом месте – пока не придумают нечто более креативное. Во всяком случае Владимир Путин совершенно не исключает того, что в перспективе вождь мирового пролетариата покинет свое кремлевское прибежище.
МНЕНИЕ
"Хоронили не императрицу, а гражданку Романову"
Ситуацию вокруг перезахоронения праха Марии Федоровны "Итогам" комментирует депутат Госдумы Андрей Савельев, сторонник легитимации императорского дома.
– Андрей Николаевич, что вы думаете о перезахоронении праха Марии Федоровны?
– К самой идее возвращения праха императрицы я отношусь позитивно. Это серьезное историческое событие. Но я крайне негативно отношусь к форме, которую придумала власть. Несмотря на то что во время церемонии присутствовал государственный ритуал, на самом деле власти хоронили не императрицу, а гражданку Романову. Никаких правовых оснований думать иначе нет. У нас есть лишь уклончивые формулировки о статусе Марии Федоровны, которые показывают, что наши власти не собираются возвращать Россию к своей истории. Власти отрекаются от преемственности предыдущих форм нашей государственности.
– То есть государственная церемония не соответствовала республиканскому статусу страны?
– Да. Но дело в том, что при любом, даже республиканском статусе преемственность все равно должна сохраняться и отражаться в праве. У нас нет понятия "государственная усыпальница". Это просто памятники умершей действительности. Получаются монументы без содержания. В правовых документах они никак не отражены как живая история.
Мы не можем, даже будучи республиканцами, так легкомысленно относиться к своему прошлому.
– Что вы думаете об участии в этих торжествах официальных лиц?
– Все это делается неформально, что для чиновника недопустимо. Чиновник должен действовать строго по закону. В данном случае получается двусмысленность: с одной стороны,проявляется неформальное уважение к имперскому статусу праха, а с другой – подчеркивается, что история империи не уважается. Частные лица уважают империю, чиновники выказывают ей пренебрежение. Достаточно сказать, что просьбы пригласить представителей императорского дома на церемонию захоронения официально закончились ничем. В итоге великая княгиня Мария Владимировна оказалась в свите Патриарха Алексия. Для властей российский императорский дом – ничто.
– Представители РПЦ назвали эту церемонию актом покаяния. Вы согласны с такой оценкой?
– Я не вижу, кто кается-то. Самый простой акт покаяния – официально признать статус российского императорского дома.
– Не думаете ли вы, что лучшим покаянием станет реституция собственности "раскулаченных" Романовых?
– Нет. Особенно нечего возвращать. Собственность амортизирована. В нее вложены огромные средства, и сама стоимость имущества ничтожна. Кроме того, великая княгиня Мария Владимировна неоднократно говорила, что у нее нет никаких претензий на собственность. А все прочие члены семьи не имеют на нее права. О реституции речь не идет. Речь идет об исторической реабилитации института монархии.
МНЕНИЕ
"Я не понимаю, куда мы идем: назад или впереди
Известный историк академик РАН Валентин Янин полагает, что церемония перезахоронения Марии Федоровны не очень удачно вписывается в нынешний республиканский статус России.
– Валентин Лаврентьевич, как вы относитесь к "траурно-торжественному" мероприятию по перезахоронению в России праха императрицы Марии Федоровны?
– Вы знаете, мне неоднократно приходилось бывать в Дании в Кафедральном соборе города Роскильд, где была захоронена Мария Федоровна. Над ее могилой висела православная икона. Рядом с захоронением покоились ее многочисленные родственники и предки. Трудно сказать, ради чего сейчас решили это изменить.
– Что вы думаете об участии в этих торжествах официальных лиц государства?
– Меня немного это смущает. Мы что, возвращаемся к уваровскому триединству православие – самодержавие – народность? Я не понимаю, куда мы идем: назад или вперед. Думаю, что идти надо вперед. Мы вроде бы в республике живем.
– Русская православная церковь называет эту церемонию актом покаяния. Вы согласны с такой оценкой?
– Ни в коем случае. Каются люди, которые сами нанесли какой-то вред. А кто сейчас-то кается? За что?
– Не думаете ли вы, что лучшим покаянием станет реституция собственности раскулаченных Романовых?
– Почему бы нет. Вполне уместное дело.
02.10.2006
Источник: www.itogi.ru Итоги
