Тайна русской Изиды

Всемирное теософское общество было самой влиятельной организацией своего времени. Его основательница Елена Блаватская утверждала, что она получила свои знания и миссию свыше.

Сегодня редко вспоминают Елену Петровну Блаватскую. На фоне глобальных обвалов и катастроф XX столетия и мрачных предзнаменований наступившего века ее эпоха кажется благодушной и спокойной.

Годы ее жизни (1831–1891) ассоциируются скорее с научной и промышленной революциями, нежели с крупными войнами и социальными потрясениями в Европе. Грузная фигура и усталый взгляд Елены Блаватской на известной фотографии кажутся нам знакомыми и не обещают ничего нового и интригующего. Более того, все, связанное с Блаватской, сегодня кажется плоским и устарелым на фоне ярких духовных "светил" последующего периода, таких, как Рудольф Штейнер, Джидду Кришнамурти, Георгий Гурджиев, Рене Генон, Петр Успенский, Юлиус Эвола...

Можем ли мы извлечь новый урок из полузабытой истории о необыкновенной русской женщине, принесшей на Запад знаменитую "Тайную доктрину"? Ее книги в свое время вызвали грандиозный бум и были яблоком раздора между теми, кто ее проклинал, и теми, кто ее защищал и поддерживал. Созданное ею теософское учение обратило к себе умы и сердца таких людей, как Константин Циолковский, Александр Скрябин, Микалоюс Чюрленис, Махатма Ганди, Николай и Елена Рерихи, Максимилиан Волошин, Пол Клее, Василий Кандинский, Пит Мондриан и многих других.

Жизнь в воображении и действии

Родившаяся 175 лет назад в семье военного и давно обрусевшего немца Петра Алексеевича Гана и популярной романистки Елены Андреевны Фадеевой, праправнучки эмигрировавшего в Россию француза-гугенота, Елена в детстве вместе с семьей жила кочевой жизнью.

"До девяти лет, пока я жила в полку у отца, единственными моими няньками были солдаты артиллерии и калмыки-буддисты", – вспоминала Блаватская. В юности Елена отличалась мощным воображением, не только захватывающим окружающих, но и подчиняющим их ее воле. Она так писала в своем дневнике: "Счастье женщины – в обретении власти над потусторонними силами. Любовь всего лишь кошмарный сон".

Жена тифлисского губернатора Ермолова, дружившая с семьей Фадеевых, писала о ней как о "блестящей, но отличающейся крайним своеволием, никогда и никому не подчинявшейся девушке".

Еще не достигнув 17 лет, в 1848 г. Елена выходит замуж за немолодого чиновника Никонора Васильевича Блаватского, который вскоре становится вице-губернатором Эриваня. Через три месяца она оставляет мужа и отправляется в Константинополь. Начинается путешествие, целью которого является легендарный Тибет, населенный людьми, чьи религии и культуры столетиями оставались дразнящей загадкой для Запада.

По словам самой Блаватской, на пути в Тибет она несколько раз побывала в Египте, Греции, Великобритании, Америке, Японии, Китае, Индии, Цейлоне и других экзотических местах. В Тибете она прожила длительное время, учась у необыкновенных наставников.

Вечная истина заговорила

В 1873 году, закончив свои 27-летние странствия, Блаватская поселилась в Нью-Йорке, приняла американское гражданство и начала сотрудничать с такими изданиями, как "Трибьюн" и "Дейли таймс". Кроме того, она печаталась в катковском "Русском вестнике", публикуя там свои путевые заметки, составившие позже ее замечательную книгу "В пустынях и дебрях Индостана".

В Нью-Йорке она встретила людей, ставших впоследствии ее верными сподвижниками по теософскому движению, в частности полковника Генри Олькотта и ирландца-адвоката Уильяма Джаджа. 7 сентября 1875 года в тесноватой квартире русской эмигрантки на Ист-сайде Манхэттена вместе с 17 друзьями она создала Всемирное Теософское общество. Через полтора десятка лет, к году ее смерти, оно насчитывало уже 100 тысяч адептов.

Члены нового общества обязывались вносить дух учения не только в свою жизнь, но и распространять теософские знания среди друзей, знакомых и родственников. Они также должны были быть готовыми к самопожертвованию и бояться лишь суда своей совести. Блаватская полагала, что каждый человек должен слушать лишь "голос своего высшего Я – того божественного начала, которое составляет его истинную суть".

Новое общество предполагало создать ядро всечеловеческого братства без различия национальности и религии на основании изучения философских и религиозных учений. Его целью было нахождение общей для всех Истины, а также исследование и раскрытие всего необъяснимого и сверхчувственного в природе и человеке.

Этому исследованию были посвящены многие книги Блаватской и прежде всего два огромных тома "Разоблаченная Изида" и "Тайная доктрина". Она никогда не претендовала на авторство, утверждая, что через нее говорит вечная Истина. Естественно, это была ее собственная интерпретация "последней Истины", обусловленная эпохой и ее личными обстоятельствами. И все-таки масштаб ее мышления, сила проникновения в сокровенные глубины восточных и западных традиций и грандиозность задач, которые ставились и решались этой удивительной женщиной, не поддаются простому объяснению.

"Существует большая разница между установленными религиями и теософией, – писала Блаватская. – Религии опираются на доверие и суеверие, представляют собой веру в авторитет; теософия же опирается на убеждение и представляет собой веру в свою духовную интуицию. Она не придерживается никакой религии и никакой философии".

Кроме учения о Первоначалах, предвечном Абсолюте и троичном Логосе "Тайная Доктрина" содержит в себе учение об эволюции и инволюции, учение о карме и четырех человеческих расах, о нашей пятой и о грядущей более совершенной шестой. Даже учитывая историческую обусловленность всех этих идей, нельзя не поражаться героизму ее замысла и грандиозности ее построений.

Любое раскрытие истины неизбежно связано с ее искажением из-за косности языка и ограничений, накладываемых на говорящего и на слушающих их конкретной культурой и личной судьбой. Блаватская понимала это и понимала закономерность страданий, которые возникают на этом пути. Более того, она отважилась говорить о тех, от кого она получила свое знание, но как?

"Знание приходит в видениях, сперва в сновидениях, позже в картинах, раскрывающихся внутреннему зрению во время медитации. Таким способом мне были преподаны система эволюции, законы бытия и все, что я знаю о тайнах жизни и смерти, о карме. Ни одно слово не было мне сказано обыденным образом, разве для подтверждения того, что я уже знала", – писала Блаватская.

А вот отрывок из письма к подруге детства, датируемого 1870 г.: "Ты не можешь представить, в каком очарованном мире картин и видений я живу! Пишу Изиду – не пишу, а скорее списываю и рисую, что она сама мне показывает... У меня дыхание захватывает! Медленно выплывают и проходят передо мной, как в волшебной панораме, века за веками, образы за образами, и я их мысленно соединяю, складывая в уме эпохи и года, и верно знаю, что ошибки быть не может", и далее: "Разумеется, не я это делаю, а мое ego, высший принцип, живущий во мне, да и то с помощью моего наставника – учителя, который во всем мне помогает".

Что ж, многие художники и мыслители подписались бы под такими признаниями. Многие персонифицировали источник своих откровений, вспомним хотя бы Сократа, Руми и Данте, и многие из них подвергались гонениям. Не избежала гонений и Елена Блаватская, утверждавшая, что получила свои знания и миссию от "махатм", "адептов" или "архатов", и настаивая на их реальности. В результате в 1878 г. основательница Теософского общества и ее сподвижники были вынуждены переселиться в Индию, но и там они не смогли найти защиту от своих "объективных" разоблачителей.

В 1884 г. Блаватская, которую ученики с благоговением именовали "Madame" или "Эйч-пи-би" (HPB – английские инициалы ее имени), снова вернулась в Европу. Ее окружали все новые последователи и почитатели. В последние годы жизни тяжелобольная Блаватская продолжала работать, писать политические и этнографические статьи и рассказы о путешествиях, основала журналы Theosophist и Lucifer в Британии и Lotus blеu во Франции.

8 мая 1891 года Елена Блаватская скончалась в своем рабочем кресле. Ее тело было кремировано, и пепел разделен на части, которые хранятся в Индии, Нью-Йорке и Лондоне.

Альтернативные духовные пути

Феномен альтернативных духовных путей всегда притягивал к себе внимательный взгляд наблюдателей. Христианство на протяжении своей истории непрерывно боролось с "ересями" или же включало новые взгляды и подходы в свою духовную палитру. Такой ересью было когда-то лютеранство, отстоявшее свои принципы и сформировавшее самостоятельную христианскую конфессию. В европейской истории существуют сотни духовных течений, идущих вразрез с догмами господствующих мировоззрений. Такой же была духовная история буддизма, проявившего, однако, значительно больше терпимости к своим вольнодумцам и реформаторам.

С конца XIX века духовные моды на Западе начали меняться с калейдоскопической быстротой и продолжают меняться сегодня, захватывая все новые культурные пласты. Великие мировые религии, подобно мощным дамбам, пытаются удержать размывание берегов человеческих душ. Но духовная динамика не может сохраняться там, где нет искренности и восприимчивости к новым социальным и культурным процессам. Происходит все больший откат от проверенных временем религиозных обрядов и возникает все больший интерес к синкретическим формам духовности.

Альтернативными путями были в свое время буддизм и христианство, осуждаемые и преследуемые великими религиями, в лоне которых они зародились. Другие духовные ростки, современные буддизму и христианству, не стали деревьями и были растоптаны историей. Но та почва, которая дает новые и новые всходы, – это наша живая Вселенная, поколение за поколением вскармливающая души и тела людей и под конец принимающая их опять в свое лоно. Елена Блаватская называла ее Непознаваемой сущностью, Первоистоком или Единым космическим сверхразумом.

"Безжалостно снимая с каждой религии ее внешние, внесенные в ходе истории сиюминутными конкретными человеческими потребностями особенности, Тайная доктрина стремится обнаружить тождественность корней каждой религии с другими религиями, то есть найти один и тот же источник мистической информации ее основоположников, и синтезирует в себе эти истины", – пишет тонкая исследовательница учения Блаватской Валентина Пазилова. Такова тайна "Тайной доктрины" Елены Блаватской, ведущая от проявленных религий к их непроявленному истоку, провозглашающая "братство религий" вместо исключительной истинности одной религии за счет остальных.

Теософия и сегодня вызывает почти те же бурные эмоции, что и прежде. Можно отметить, что список ее противников значительно расширился за счет тех, кто испытал на себе мощное влияние теософских идей и заимствовал их важнейшие принципы, варьируя каждый в соответствии со своими задачами их форму и окраску.

Так, Рудольф Штейнер, бывший глава теософской секции Германии, позже создал свою собственную "духовную науку" антропософию. Ее истоки в отличие от Блаватской он нашел в мистериях западной традиции. Рене Генон, сформированный в недрах папюсовского ордена мартинистов с сильными теософскими обертонами, впоследствии написал две книги против теософии: "Теософия: история одной псевдорелигии" и "Спиритическое заблуждение". Тем не менее это не помешало ему создать идеалистическую метафизику, созвучную в своих главных чертах с теософской.

Благодушно отзывавшийся о теософии Георгий Гурджиев также не избежал судьбы тех, кто заимствовал из теософского наследства психологические и космогонические идеи, талантливо их модифицируя. Разумеется, при этом каждый реформатор подчеркивал свое расхождение с теософией и радикальную новизну своего учения.

"Виват, Блаватская!"

После смерти Елены Блаватской лидерами теософского движения становятся бывшая социалистка и суфражистка Анни Безант и американский спиритуалист Чарлз Ледбитер. Конец ХIХ и начало ХХ века – время триумфа теософских идей. Теософское движение распространило свое влияние на многие страны Востока и Запада, привлекло к себе ярких ученых, художников, музыкантов, поэтов и сотни тысяч рядовых адептов.

Однако это было также и время глубокого кризиса теософского движения, который в сознании его предводителей преломился в виде вопроса о духовном наследовании. С отказом выбранного ими в свои преемники Кришнамурти от теософского наследства и роспуском Ордена звезды на Востоке заканчивается триумфальная эпоха теософии и начинается тусклый и теневой этап ее существования, длящийся по сей день. Однако чуткие души помнят о Елене Блаватской и роли созданного ею движения в духовном пробуждении Запада.

"Теософское общество было самой влиятельной организацией своего времени, которой мы обязаны широким распространением духовных знаний, – говорится в каталоге лос-анджелесской художественной выставки 1981 года "Духовное в искусстве". – Оно заняло прочное место в истории как распространитель идей о перевоплощении и карме... оно прославилось деятельностью по возрождению буддизма на Цейлоне и индуизма в Индии; оно содействовало сравнительному религиоведению; оно убедило многих в том, что основные доктрины всех великих религий исходят из единого источника..."

А вот как оценивал Елену Блаватскую известный американский писатель Курт Воннегут в статье "Таинственная госпожа Блаватская": "Мир и честь госпоже Блаватской! Мне страшно нравится, что она была американской гражданкой... При всех своих странностях это была очень славная женщина: всех людей она почитала своими братьями и сестрами – она была гражданкой мира. Между прочим, у нее есть и такие слова: "Не допускай, чтобы палящее солнце осушило хоть единую слезу боли прежде, чем ты сам сотрешь ее с очей страждущего". Виват, Блаватская!"