В последнее время во многих школах Москвы стало модным праздновать так называемый Хэллоуин или же подобные ему маскарады, где главными участниками событий становится разного рода нечисть – вампиры, ведьмы, колдуны, оборотни и т.д. Каждому педагогу известно большое воспитательное значение праздников вообще и школьных праздников в особенности. Они способствуют единению детско-взрослого школьного сообщества, проявлению радостных чувств и переживаний. К сожалению, сегодня оказались утрачены традиции организации и проведения подобных мероприятий. Оскудение педагогической фантазии, а также нежелание прикладывать какие-либо творческие усилия стало закономерной причиной появления инокультурных нововведений, подобных Хэллоуину, не имеющих ничего общего ни с нравственностью Христианства, ни с моральными представлениями и традициями народов России.
См. также:
Хэллоуин "по американскому обряду"
По мнению ученых, праздник Хэллоуин, восходящий к языческим обрядам принесения жертв злым духам, постепенно был взят на вооружение изуверскими сектами. Он содержит в себе мощные психологические, психо-соматические и нравственно-духовные негативные воздействия через оккультные символику и ритуалы. Учителя и дети пишут сценарии и изобретают остроумные приспособления для садистских трюков и ужасающих костюмов. Например, в школе №1280 закупаются гвозди для прибивания пальцев (!) нерадивых школьников и иголки для зашивания ртов болтающих на уроках. Занятия в этот день с одобрения администрации, как правило, срываются вбегающими в классы разнузданными группами детей в костюмах монстров, ведьм и прочей нечистой силы. В прошлом году в школе № 1266 в спортивном зале в присутствии всех учащихся, педагогов и родителей имитировали ... казнь через повешение одного из "двоечников". Дети радовались насилию, смерти, страданиям, пусть даже игровым, в условиях декларированной гуманизации образования.
Но игра в демоническое мироощущение, как и всякая игра для ребенка, связана с примериванием на себя образа героя. Дети копируют человеческие жертвоприношения сатанистов, глумятся над человеческими страданиями и смертью – это не может пройти бесследно ни для их психического состояния, ни для личностного развития. На Западе известно о сотнях детей – жертвах этого чудовищного разгула: отравленных, убитых, повешенных, сгоревших в этот день. Снятие естественных для человеческой и особенно ранимой детской психики табу и внутренней цензуры на глумление над смертью и страданиями человека, на использование даже в игровой форме человеческих экскрементов и крови жертв в качестве лакомства, актов вандализма и пр. приводит к серьезным психическим и личностным нарушениям ребенка.
Участие в этих беснованиях учителей и администрации школы снимает воспитанное в течение сотен лет уважительное отношение маленьких к старшим, учеников к учителям, способствует проявлению самых низменных инстинктов и потребностей в разрушении, агрессии, разврата, возводит происходящее действо в норму. По логике ребенка, присутствие взрослых делает некое мероприятие "законным", легитимным, нормальным. Не случайно, после проведения праздника многие учителя отмечают возникающие большие сложности в проведении учебно-воспитательного процесса, лишь спустя недели они могут большими усилиями вернуть детей в нормальное русло общения и взаимодействия на уроках.
Надо отметить, что демонизация детского сознания идет не только по официальным – школьным – каналам, но и через неформальные пути, в частности, детскую субкультуру. Детская субкультура является тем смысловым пространством, в котором осуществляется формирование личности ребенка в "горизонтальной плоскости", на равных. Кроме функции социализации детская субкультура осуществляет и своеобразную психотерапевтическую функцию, ограждая ребенка от негативных и порой губительных для него воздействий культуры взрослых. Содержание детской субкультуры – игры, детский фольклор, творчество детей, детские рисунки...
Детский фольклор – свод устных текстов, передающихся из поколения в поколение детей, от старших к младшим на протяжении не только десятков, а сотен и даже тысяч лет! Через фольклор ребенок прикасается к живительным пластам народной культуры. Это потешки, считалки, игровые песенки, заклички, дразнилки и др. Каждая из этих малых форм выполняла свою функцию в саморегуляции детской жизни, воспитательную коммуникационную или развлекательную.
Например, такой жанр детского фольклора как дразнилка призван регулировать поведение ребенка в соответствии с моральными нормами, вырабатывать сдержанность, терпение, находчивость. Для традиционной детской культуры характерны и так называемые "страшилки". Это маленькие рассказы – былички, которые дети, оказавшись вместе в больнице, летнем лагере, санатории и пр. рассказывают обычно поздно вечером в темноте.
Сущность страшилки – в коллективном переживании страшного, подобно греческому трагическому театру – освобождение и очищение через катарсис, а так же в выработке способов саморегуляции и норм поведения, в постижении вечных истин жизни и смерти, в стремлении сообща преодолеть страх.
Первые страшилки были "обнаружены" и записаны в середине 60-х годов нашего столетия и, вероятно, являются новым современным жанром, хотя обнаруживается их связь с известными формами – потешек-"пугалок", типа "Идет коза рогатая...". В конце 70-х годов появился самый молодой жанр детского фольклора – "садистский стишок". Причем, существует мнение, что садистские стишки изначально придумывались взрослыми и сознательно запускались в детскую среду с целью дегуманизации детского сознания.
И если пугалки, вызывающие в конечном итоге смех, обладают продуктивным творческим потенциалом, заставляя детей смеяться над своими страхами, то появление садистских стишков, связывают с поэтизацией жестокости, это соревнование в кощунственном остроумии, когда осмеиваются все ценности – семейные, дружественные и пр. Здесь смех не добродушный, а агрессивный. И в этих стишках мы видим и разрушение внутреннего строя семьи, и оппозиция детей и взрослых, и разрушение общественных табу:
Бабушка внучку из школы ждала
Калий цианистый в ступе толкла,
Дедушка бабушку опередил,
Внучку гвоздями к забору прибил.
Девочка Света нашла пистолет.
Больше у Светы родителей нет.
Дети в подвале играли в гестапо
Зверски замучен сантехник Потапов.
Маленький мальчик нашел пулемет.
Больше в деревне никто не живет.
И так далее. Есть стихи, имеющие общественно-политическое содержание:
Коленка к коленочке, звездочки в ряд.
Трамвай переехал отряд октябрят.
Тихо на улице, чисто в квартире,
Спасибо реактору номер четыре.
В поле нейтронная бомба лежала,
Девочка тихо на кнопку нажала.
Некому выругать девочку эту:
Спит вечным сном голубая планета.
Все. Круг завершился. Жанр современного детского фольклора строит такую концепцию развития человечества, при которой подобный конец неминуем. Такой "черный юмор" с элементами иронии и остроумия, поставленными выше требований совести и ответственности, имеет свои причины, социального и психологического плана, в частности, воздействие СМИ, однако ясно одно, что дети 9-12 лет испытывают потребность в такого рода коллективном соревновании в проговаривании ужасного. К этому добавим моду на атрибутику и одежду с изображением смерти, разрушения, дисгармонии (черепа, монстры, черные тона маек, игрушки-чудовища и пр.).
С чем связана эта потребность? Каковы факторы, влияющие на нее – генетические, психологические, социальные? Сначала отметим результаты происходящей в обществе дегуманизации детского сознания: это и известный рост преступлений несовершеннолетних, его омолаживание и о-девичивание, это и страшные преступления, отличающиеся особой жестокостью и изощренностью. Все чаще малолетними преступниками становятся дети из так называемых благополучных семей. Как пишет американский психолог Эйчхорн, "ребенок-невротик в хорошей семье, сдерживая свои инстинкты, пребывает в конфликте с самим собой, правонарушитель, чьи инстинкты семьей не сдерживаются, пребывает в конфликте с окружающими".
Параллельно с накоплением внутренней жестокости собственно в детском обществе, происходит сатанизация духа наших детей "свыше", от взрослых, намеренное извращение детской природы. Рядом с известным храмом Св. Николая в Кленниках книжный развал. На самом видном месте – большие красочные книги, подобные всеми любимым в недалеком прошлом изданиям: "Русские народные сказки" или "Красная Шапочка" или "Муха – Цокотуха" и др..
Издательство "Терра" выпустило серию книг (10-12 штук) для детей: "Сказание ужасов", "Колдуны и ведьмы", "Призраки", "Чары и путы", "Тайные искусства" и пр.по смехотворной для таких шикарных изданий цене – 50 руб. По словам прокуренной и пропитой продавщицы, это – самый ходовой товар, особенно для молодых мам и детей младшего школьного и подросткового возраста. В книжках – не безобидные детские пугалки типа "Идет коза рогатая..". В них – тексты и картинки, порождающие страхи, неврозы психические нарушения, немотивированную агрессию, вытекающую в самоубийства детей. К сожалению, сегодня одержимость, ночные кошмары, "голоса" – то, с чем сталкиваются священники на исповеди и детские врачи на приемах.
См. также:
"Памятник порокам" Шемякина с точки зрения психолога
Другой пример. Сквер Репинский (Болотная пл.). Яркое солнце, детская площадка с качелями. Слева – золотые купола Кремля, справа – купола церквей Ордынки и Пятницкой, храм Христа Спасителя. Здесь же – новое сооружение, открытое 1 сентября: памятник детям – жертвам человеческих пороков: наркомании, проституции, алкоголизма, садизма, бедности (бедность – порок?) и пр. В центре – аллегорическая фигура равнодушия. Все на постаменте. Под каждой подпись на русском и английском (!?) языках. Дети – мальчик и девочка с мячом и книжками сказок Пушкина – маленькие и беззащитно прекрасные, стоят ниже, чем "пороки", и почему-то с завязанными глазами, словно перед казнью, словно предназначенные в жертву.
Пороки, как и полагается отвратительные: мерзкие морды, фигуры с рогами, клыками, демонскими крыльями. Вся композиция обнесена высоченным металлическим забором. На открытии памятника присутствует автор – скульптор Шемякин – мрачная фигура вся в черном: черная рубаха, галифе, высокие черные сапоги и фуражка, металлический крест вместо галстука. В свите маэстро: брыластый русский боров заморского иностранного вида и немолодая дама.
На вопрос о том, "можно ли демонстрировать побеждающее зло", скульптор находчиво отвечает: "Меня обвиняют в глупости и безграмотности и отсылают к иконам, на которых показаны бесы из Страшного суда, а так же к сказкам братьев Гримм. На иконе Страшного суда есть альтернатива аду – рай и Христос Спаситель". Но в сказках добро побеждает зло! И Христос – победил смерть!
А дама – иностранка тут же рассказывает о монахине англиканской церкви, которая успешно воспитывает и лечит детей, малолетних правонарушителей, на отрицательных примерах – фотографиями монстров. Возможно ли это? Ведь зло порождает только зло. Грязью грязь не отмоешь.
Маэстро на вопрос о том, полезно ли детям видеть такие изображения, ответил, что памятник ему был заказан лично Лужковым. Подошел седой интеллигентный человек и долго тряс руку маэстро, благодаря. Мамы с маленькими детьми, молодые люди, подростки, пенсионеры, приезжие, студенты радовались, что "видят талантливое и правдивое произведение". Двое школьников-подростков, не смущаясь, задали вопрос: "моему брату 5 лет, после этих скульптур ему будут сниться ужасы?". Маэстро раздраженно снисходительно ответил, что, мол, "гораздо большие ужасы – на телеэкране". Но психологам известно, что осязаемые фигуры в трехмерном пространстве, способны производить неизмеримо более сильный эффект, запечатлеваясь в детском сознании, нежели плоские экранные образы.
Сегодня телеэкраны заполнили фильмы и передачи про разного рода не-человеков ("Позвоните Кузе", "Телепузики", "Покемоны"), прилавки магазинов – монстры и чудовища, книжки – внеземной разум, космические пришельцы, инопланетяне. Со всех сторон читателей, слушателей, зрителей стремятся убедить: "они хорошие, добрые!"
По сути, на наших глазах – и очень быстро – происходит подмена христианских ценностей и представлений антихристианскими. И получается, что вместо надвратной иконы, имеющейся в каждом храме, изображающей благословляющего Христа и апостолов по обе стороны, в современном обществе сегодня – шемякинские 12 демонов и в центре гордый сатана, скрестивший руки на груди.
В конце хочется отметить, что, прикрываясь словами об искусстве и творчестве, а также о борьбе за "светлое детство", Шемякин изобразил и воплотил те пороки (грехи), что перечислены в "Доктрине Далласа против СССР" 1945 г. Согласно этой доктрине следует вдалбливать, насаждать в сознание наших соотечественников средствами литературы и искусства: культ секса, насилия, предательства, садизма, ложь, пьянство, наркоманию, ненависть. Программа выполняется уже давно. Ее объекты и жертвы – наши дети и подростки. А скульптор всего лишь приготовил наглядное пособие...
Источник: Православие.Ru
